Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Странная война западных боевиков в Ираке

© AP Photo / Militant website via AP, fileБоевики Исламского государства в городе Ракка
Боевики Исламского государства в городе Ракка
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Бритоголовый Джим — бывший скинхед. Он не вылезает из своих красных Dr. Martens, «лучших ботинок для боя». Несмотря на странный вид, он не считает себя ни ультралевым, ни ультраправым. Просто аполитичным человеком с «ярким прошлым». Он 20 лет работал водителем грузовика, но после увиденных зверств ИГ продал машину и целый год экономил до отъезда в «Двук навшу» в марте.

Есть на Западе радикалы, которые едут воевать на стороне Исламского государства. Но находятся и те, кто старается дать ему отпор. На севере от Мосула, где противостоят друг другу курды и ИГ, западные бойцы присоединились к одному из христианских отрядов. Их разместили в тылу, но они отчаянно пытаются делать то, ради чего и приехали: воевать. Хотя удовлетворить их жажду войны удается далеко не всегда.

Джим и Джеймс дурачатся, чтобы обмануть врага. Этим днем они для смеха ходят по улице с криками и выставив напоказ татуировки на обнаженных по пояс телах. Их лица скрыты под масками с черепами.

Однако в штабе их христианского отряда «Двек навша» все эти выходки взывают лишь слабые улыбки. Быть может, причиной тому дробовики, которыми они размахивают, как игрушками? Кроме того, обстановка явно не разряжает атмосферу. Их база в деревне Бакуфа в 30 километрах к северу от Мосула — последняя позиция перед линией фронта. Всего в нескольких сотнях метров боевики ИГ закапываются в траншеи напротив курдских пешмерга.

Вдали от фронта


Это-то больше всего и не нравится двум шутникам. Они пришли сюда драться, а враг почти не кажет носа. И сейчас их не пускают на передовую.

После появления ИГ в регионе около ста западных бойцов добровольно отправились в Ирак, чтобы сражаться на стороне курдов. Есть в их числе и французы.

В «Двек навша» сейчас их трое. Все они приехали сами по себе. Джеймсу 46 лет, он из Шотландии. Англичанину Джиму — 52. Луису из Техаса — 25. Все они вступили в отряд с января по июнь этого года.

Пока что они не видели ни окопов, ни ожесточенных боев. Единственное, чего они боятся, это случайности. Хотя враг почти не дает о себе знать, иногда он наугад стреляет из миномета. Пока что в отряде обошлось без потерь.

Разочарование

Через два месяца после появления в отряде в июне 2015 года Джемс «разочарован». Как и два его иностранных товарища, он потратил где-то 5 000 — 7 000 долларов, чтобы привезти с собой оружие.

В Шотландии остались дети и работа в охранной компании. Он беспокоится о том, как его решение может отразиться на отпрысках и поэтому отказывается вдаваться в детали.

Помимо билета в столицу Иракского Курдистана Эрбиль он купил автомат, пистолет и боеприпасы.

Перед отъездом он несколько месяцев переписывался в Facebook с представителями отряда. Через несколько дней после приземления он отправился на тыловую базу «Двек навши» в Дахуке, на севере страны. Новые братья по оружию встретили его с распростертыми объятьями, и он быстро приспособился к обстановке с помощью прибывших до него Джима и Луиса. Иракцы тоже быстро приняли его, не скрывая радости при виде иностранной помощи.

Джеймс — бывший солдат британской армии, человек с впечатляющей мускулатурой. Он служил под знаменем Ее Величества семь лет, до 1991 года.

Он получил католическое воспитание, но фанатиком его не назовешь. По его словам, он возмущен педофильскими скандалами, в которых оказались замешаны некоторые представители духовенства. Не отрицает он и «лицемерия церкви». «Сейчас я верю в Бога в моем собственном углу», — шутит он.

В Ирак он прибыл не ради «крестовых походов»: «Есть хорошие и плохие мусульмане, как и в любой вере. Великобритания была христианской страной, а теперь стала мусульманской, где укрепляет позиции ИГ».

Единственным вариантом для него было приехать в Ирак: «В Великобритании я не могу ничего сделать. Иначе меня отправят в тюрьму. Моя жизнь вошла в какое-то подвешенное, промежуточное состояние. Я старею, и для меня это последний шанс сделать что-то хорошее».

Он пошел добровольцем, ему никто не платит: «Я приехал сюда с большими надеждами, но они испарились, как только я прибыл на место. Я ждал боев, патрулей, борьбы за умы и сердца, но ничего этого не было».

Выглядит он внушительно: глубокий голос, борода, куча оружия и патронов, нашивки в цветах британского и ассирийского флагов. Но не скрывает он и расстройства. Потому что в Бакуфе сейчас почти ничего не происходит.

С момента прибытия Джеймс всего раз или два стрелял из «Душки», когда после переговоров пешмерга все же взяли его на фронт. Именно они решают, пускать или нет солдат «Двек навши» на передовую.

Официально пешмерга не имеют ничего против западных добровольцев. На практике же они делают все, чтобы избежать удара по репутации, которым стала бы гибель одного из них на их территории. И время от времени это случается: один генерал порешительнее отправляет «Двек навшу» на непродолжительные операции. Шотландец же теряет остатки терпения.

Позади

До Джеймса, Джима и Луиса в рядах этого небольшого отряда (всего около 70 человек) побывали с десяток западных бойцов. Он был создан в 2014 году Ассирийской патриотической партией и является одной из немногих христианских вооруженных групп на Ниневийской равнине. Официально «Двек навша» не является частью пешмерга. Те относятся к христианскому отряду терпимо при условии, что он будет держаться позади.

Сейчас его роль ограничивается защитой Бакуфы. До прошлого лета в ныне опустевшей деревушке жили 400 человек. Тогда ИГ захватило Ниневию, колыбель иракского христианства, вынудив десятки тысяч человек покинуть дома.

Для тех людей на Западе, которым хочется сойтись в бою с Исламским государством, этот отряд стал настоящей находкой. Ему не хватает бойцов и оружия, в связи с чем он принимает их куда охотнее курдской армии, в чьи рядах сражаются исключительно местные уроженцы.

Краудфандинг

Бывшему морпеху и ветерану Афганистана Луису было непросто проглотить эту горькую пилюлю. Он прибыл еще в январе и первые три месяца «занимался политикой». После множества встреч с представителями курдской разведки и военного командования техасцу, наконец, разрешили поехать в Бакуфу:

«Курды не хотят, чтобы иностранных бойцов ранили. Поэтому они оставляют нас позади линии фронта, где особой активности не видно. Они боятся дипломатического инцидента».

Хрупкий на вид молодой человек не снимает солнцезащитных очков. Он постоянно сидит в Instagram и Facebook и выкладывает все новые селфи. Каждый день он делится новостями с теми, кто собрал ему деньги на поездку в Ирак краудфандингом. В общей сложности ему перечислили порядка 2 500 долларов.

Луис признает, что реальное положение дел отличается от фотографий в соцсетях. Он скучает и устал от нежелания пешмерга пустить его на передовую:

«Вы что думаете? Что я приехал сюда, чтобы меня защищали? Нет, я приехал, чтобы рисковать собой на линии фронта, сражаться, помогать. Я приехал сюда не туристом».

В 2011 году после полугода службы в Афганистане его ждал неприятный диагноз: посттравматический синдром. Луис больше не может служить в американской армии. Он думал, что сможет вновь воевать с «Двек навшей», но его ждало одно лишь разочарование. Несмотря на бездействие, он утешает себя:

«Тут я хотя бы могу привлечь внимание к происходящему с помощью СМИ. У меня больше свободы и ответственности, чем во время службы в морской пехоте. Там я делал только то, что мне говорили».

Как радушные хозяева Джемс и Луис предлагают гостям развлечение. Они залезают на крышу штаба, чтобы попытаться «растормошить ребят из ИГ». Обычно исламисты с биноклями быстро их замечают и выпускают несколько снарядов из миномета. Увы, сегодня они никак не реагируют. Десять минут спустя разочарованные Джеймс и Луис возвращаются обратно.

Такса

Бритоголовый Джим — бывший скинхед. Он не вылезает из своих красных Dr. Martens, «лучших ботинок для боя».

Несмотря на странный вид, он не считает себя ни ультралевым, ни ультраправым. Просто аполитичным человеком с «ярким прошлым». Так он избегает дальнейших неприятных вопросов. Он 20 лет работал водителем грузовика, но после увиденных зверств ИГ продал машину и целый год экономил до отъезда в «Двук навшу» в марте.

Его отцом был военный, а он сам родился в казарме и провел немалую часть жизни на стрельбище. Его брата, солдата британской армии, убили в Афганистане в 2006 году. Он решил, что теперь его очередь отправиться на фронт. «Я здесь как христианин, но хочу оставить людям свободу выбора», — говорит он.

На его жилете между обоймами красуются две нашивки: британский флаг и обожаемая такса. Он настолько любит этих собак, что даже вступил в посвященный им клуб. «Не считая меня, большинство членов — престарелые дамы», — смеется он. Приехать сюда он смог благодаря помощи одной из них, которая дала ему денег на поездку. Четыре его таксы остались дома, а тут в Бакуфе он даже еще ни разу не взял на мушку боевика ИГ. Большую часть времени он проводит с планшетом в руках, читает романы Стивена Кинга.

После ИГ

Командир «Двек навши» Альберт Кисо привык к нетерпеливости иностранных «друзей». Она даже слегка его забавляет. Этот член Ассирийской патриотической партии не ищет боя любой ценой. Он подготавливает почву на период «после ИГ». Ассирийцы — часть мозаики восточного христианства. Члены этой общины считают себя потомками Ассирийской империи, которая существовала в Междуречье задолго до появления христианства и ислама.

С 2006 года Альберт выступает за автономию Ниневии, где до прихода ИГ было с десяток христианских деревень. В августе 2014 года, когда большинство его братьев по вере бежали, он создал отряд, чтобы участвовать в боях вместе с пешмерга и внести вклад сообщества в борьбу.

После вытеснения ИГ из региона он хочет, чтобы власть и безопасность в Ниневии находились в руках христианских сил. Об этом поговаривают несколько партий на протяжение вот уже 40 лет. Он навлекал на себя резкую критику, в том числе и со стороны духовенства, но вновь вышел на первый план после усиления ИГ. Альберт не желает расставаться с мечтой:

«Это наша земля, мы всегда тут жили, — объясняет он. — Я бы предпочел, чтобы мы сами защищали наши дома. Мы в силах это сделать, у нас есть опыт в боях и торговле. Мы можем легко управлять регионом».

Когда ИГ пытается прорваться через линии курдов, Альберт задействует своих бойцов. Тем не менее роль отряда ограничивается лишь обороной. Поэтому жажда адреналина западных «рэмбо» вызывает у Альберта только улыбку. Большинство его людей — бывшие чиновники, фермеры и простые студенты, которые взяли в руки оружие, чтобы защитить родную землю, и не могут похвастаться хорошей военной подготовкой. Некоторые были солдатами в иракской армии, но все равно контрастируют с куда лучше снаряженными иностранными добровольцами.

С человеческой точки зрения разница между приезжими и местными наводит на мысль, что они с разных планет. Проект автономии Ниневии? Джеймс, Джим и Луис о чем-то таком смутно слышали. «Пусть делают, что хотят потом, первая проблема — это ИГ», — считают они.

Ни один из трех добровольцев не знает арабского. Переводчиком для них стал один из бойцов «Двек навши». В любом случае, делать им особенно нечего. Они приехали не как туристы. И хотят воевать.