Помните, как когда-то пресс-секретарь министерства иностранных дел Израиля Игаль Пальмор назвал Бразилию «дипломатическим карликом» из-за занятых ею позиций относительно войны в секторе Газа в 2014 году?

Вот-вот, тогда это не было правдой, зато теперь — вполне, и речь здесь идет отнюдь не об Израиле, Палестине или окрестностях.

Самым непосредственным и красноречивым проявлением бразильской карликовости стала состоявшаяся в этот понедельник (21 сентября) встреча между президентами Колумбии, Хуаном Мануэлем Сантосом, и Венесуэлы, Николасом Мадуро, в сопровождении представителей Уругвая и Эквадора.

Повторим вкратце: в течение двух недель после закрытия границы Венесуэлы с Колумбией Бразилия тихонечко отсиживалась в углу.

Молчание совершенно необъяснимое для страны, у которой есть все естественные условия для того, чтобы стать региональным лидером. Еще меньше объяснений отыщется, если учесть, что подобная ситуация, что очевидно, подрывает приоритет номер один бразильской дипломатии — южноамериканскую интеграцию. Нужно ли говорить, что закрытие границ является прямой противоположностью интеграции?

Наконец Бразилия зашевелилась, отправив своего министра иностранных дел в Колумбию и Венесуэлу с отчетливой — и, скажем так, правильной — миссией: попытаться организовать встречу между президентами враждующих стран.

Эти попытки были пренебрежительно отвергнуты, поскольку Колумбия и Венесуэла не согласились на встречу на саммите, до тех пор пока в игру не вступили Эквадор, президент CELAC (Сообщества стран Латинской Америки и Карибского бассейна) и Уругвай, который в данный момент председательствует в UNASUR (Союзе южноамериканских наций).

Только тогда Сантос и Мадуро договорились о встрече, чтобы попытаться распутать ужасный клубок разногласий.

В этой ситуации с Бразилией обошлись как с карликом, хотя в Министерстве иностранных дел и утверждают, что самое главное это участие ряда стран в содействии встрече.

Разумно предположить, что второстепенная роль, которую отвели Бразилии, обусловлена внутренним кризисом. Президент Дилма Русеф, никогда не проявлявшая большого интереса к внешней политике, сейчас слишком занята попытками сохранить свое рабочее место.

Жаль. Бразильская дипломатия, в итоге, оказывается отстранена от «очень серьезной проблемы, которая может разрушить иллюзию того, что регион способен решать собственные споры, не прибегая к другим средствам, кроме дипломатии», — пишет Шавьер Сюрлицца (Javier Ciurlizza), директор по делам Латинской Америки в Международной кризисной группе.

Он также справедливо заключает: «К сожалению, нас коснулся дефицит лидеров в Латинской Америке».

Это еще один способ определить «дипломатического карлика», пусть даже слова эти не имеют отношения только или конкретно к Бразилии.

Хуже всего, что конфликт, в котором бразильская дипломатия оказалась полностью маргинализирована, происходит в странах, каждая из которых имеет общие границы с Бразилией — и довольно проблематичные.