У газовой отрасли — собственное летоисчисление. Год для нее начинается 1 октября. Дни становятся короче, ночи — длиннее, а любовь людей к теплу — больше. Кое-что свидетельствует о том, что новый «газовый год» будет менее напряженным, чем годы, которые остались в прошлом.

Во всяком случае, европейские потребители могут радоваться низким ценам на топливо, даже если цена на газ давно не является такой низкой, как стоимость нефти. Это показывает, что часто подвергающаяся критике привязка цены на газ к цене на нефть не так сильна, как представлялось еще пару лет назад. Условие «бери или плати» (take or pay) все чаще сменяется принципом «оплати столько, сколько поставлено». Газпром этому долго сопротивлялся. То, что российский концерн, играющий важную роль в обеспечении Европы природным газом, прекратил сопротивление, свидетельствует о том, что Москва не считает больше неприемлемым слово «гибкость».

Сигнал разрядки

В последние недели Газпром многократно доказал, как быстро можно приспособиться к новым обстоятельствам. Буквально в пятницу концерн договорился — при посредничестве с ЕС — с Украиной об условиях поставок топлива и транзита газа в центральную и западную Европу.

Договор пока не подписан, отсутствует и пункт о цене в первом квартале 2016 года. Но если вспомнить полугодовой давности угрозы Газпрома прекратить поставки, то недавнее соглашение — сигнал разрядки. То, что он совпал по времени с внешнеполитической инициативой по Сирии, с которой российский президент выступил на Генассамблее ООН, разумеется, не является случайностью. В своем стремлении принять участие в политической реорганизации Сирии Владимир Путин, очевидно, не хотел проблем, связанных с новыми спорами с ЕС и Украиной. Но это совсем не значит, что сделки с Газпромом лишены политического подтекста. С другой стороны, в настоящее время государственный концерн, по-видимому, не так часто привлекается к политическим сделкам Кремля.

Не прошло и года с тех пор, как президент Путин объявил о прекращении проекта по строительству газопровода в Болгарию и Австрию по дну Черного моря, так как Газпром не хотел играть по правилам ЕС, не допускающим концентрации добычи и транспортировки газа в руках одной и той же компании. Вместо этого Путин «приказал» построить трубопровод в Турцию. Евросоюзу он предписал «забирать» газ на греко-турецкой границе. Ввиду мрачной атмосферы, связанной с украинским кризисом и западными санкциями, были сорваны такие сделки, как обмен активами между BASF и Газпромом.

Прошло немного времени, и кажется, что все забыто. Москва переключилась с конфронтации на кооперацию. Газпром и BASF вернулись к своей сделке. С австрийской компанией OMV Газпром намерен тесно сотрудничать. Европейцам, которых Путин еще несколько месяцев назад отвергал, Газпром предлагает строительство двух новых веток газопровода по дну Балтийского моря. На мощности газопровода ОПАЛ, проходящего по территории Восточной Германии, Газпром неожиданно объявил аукцион — Евросоюз требовал это давно и безрезультатно.

Низкие цены на нефть угнетают бюджет

Газпрому удалось примечательное превращение из несговорчивого игрока в партнера по игре. Положительная перемена произошла столь же резко, сколько и разрыв в прошлом году. Некоторые моменты говорят о том, что изменение позиции рассчитано на долгосрочную перспективу, и новый курс выдержит очередную «резкую перемену погоды», связанную с Украиной и Сирией. Ведь причина сближения кроется не в тщеславии или чистом дружелюбии: речь идет об экономической необходимости.

Переговоры России с Турцией о строительстве газопровода идут сложнее, чем предполагалось. То же самое относится и к налаживанию деловых отношений с новым партнером в лице Китая, которому в прошлом году авансом были оказаны большие почести. В самой России потребители и региональные власти преподносят государственному концерну подарок в виде неоплаченных счетов. Продолжающееся падение цены на нефть и газ негативно влияет на доходы от экспорта энергоресурсов, что в свою очередь отрицательно сказывается на зависимом от валюты бюджете.

Потребители в Европе, наоборот, платежеспособны и готовы платить. За это Газпрому придется смириться с правилами ЕС и текущим антимонопольным расследованием в связи со злоупотреблением доминирующим положением на рынке. Но, возможно, ситуация с расследованием будет разряжена при хорошем поведении концерна в отношении других вопросов. К тому же европейский рынок находится в центре внимания Газпрома: если русские оскорбят своих потребителей, последние, вероятно, еще сильнее повернутся в сторону других поставщиков. В конце концов, газ постепенно становится продуктом, который продается во всем мире.

Если Путин хочет к 2019 году достичь своей стратегической цели, состоящей в том, чтобы поставлять газ на Запад в обход Украины, во временном и техническом плане у него не остается другого маршрута, как тот, что пролегает по дну Балтийского моря.

Пока ничего не подписано. Однако выгода для России является решающим аргументом в деле возобновления сотрудничества с Евросоюзом, который никогда не закрывал двери для Газпрома. Таким образом, новый «газовый 2016 год» может остаться в памяти как год разрядки. Первый шаг сделан.