В номере American Thinker за 29 сентября Майкл Кертис (Michael Curtis) написал хорошо продуманную статью, в которой проанализировал сложную ситуацию в юго-западной Азии. Он детально рассмотрел проблемы, действующих лиц, а также текущие и возможные будущие последствия от американского бездействия. Но предложенное им решение в большей степени тактическое, нежели стратегическое, и оно принесет больше вреда, чем пользы. Вот цитата:

Администрации Обамы следует объединить силы с Путиным и добиться мирных переговоров между теми сторонами сирийской гражданской войны, которые могут договориться, независимо от любых соглашений о будущем самого Асада. Но важнее сотрудничество между США и Россией в уничтожении ИГИЛ. В этом вопросе Путин явно выглядит прозорливее западных лидеров.

Такой тактический подход поможет взять под некое подобие контроля проблему ИГИЛ, но он усугубит другие проблемы, связанные с продолжающимся уходом США из этого региона под лозунгом «лидерства сзади». Он поднимет престиж и влияние Путина/России, одновременно снизив наш престиж и влияние. Мы уже наблюдаем, как правительство Египта разворачивается в сторону России, и, как верно отмечает Кертис в своей статье, Нетаньяху обращается за помощью к Путину для решения проблемы «Хезболлы».

Мы должны продемонстрировать стратегическое мышление, что касается престижа, власти и общемировых интересов США. Для этого мы должны отказаться от рефлективной убежденности в том, что иностранные диктатуры изначально плохи для интересов США и зависимых от них государств. В значительной мере наша несостоятельность в Сирии, Ираке и других частях юго-западной Азии объясняется той активной поддержкой, которую мы оказывали в свержении двух американских союзников и диктаторов — Мубарака в Египте и Каддафи в Ливии.

Будучи диктатором во всем, кроме названия своей должности, Мубарак все-таки буква в букву выполнял договорные обязательства с Израилем и США. Зная, что власть Мубарака на исходе, саудовцы предупредили США, чтобы те не унижали его публично. Пусть он вместо этого уезжает в добровольную ссылку, дабы избежать того, что с ним в конечном счете произошло: революция «Братьев-мусульман», показной суд и хаос.

Каддафи, который тоже был диктатором, пришел к нам и вскоре уже осуждал террор, выплачивал компенсации жертвам Локерби и передал американским властям свое оружие массового уничтожения. Он также стал добровольным партнером в войне с террором. Но мы способствовали революции в его стране, а вскоре после убийства Каддафи тогдашний госсекретарь Клинтон публично закудахтала как старая карга на печке: «Мы пришли. Мы увидели. Он умер».

Видя, как мы обращаемся с этими двумя союзниками/диктаторами, руководство любого нашего нынешнего или возможного союзника вряд ли захочет нам доверять. Стоит ли удивляться, что президент Египта ас-Сиси и израильский премьер Нетаньяху говорят об интересах своих стран с Путиным?

Настоящая проблема здесь не ИГИЛ. Это просто симптом. Настоящая проблема это склонность США к проявлению эмоций, а не к тщательному продумыванию своей внешней политики. Мы автоматически исключаем диктаторов из числа союзников и поэтому демонстрируем тактический, но не стратегический подход.

Вместо того, чтобы объединяться с Путиным, нам следует заручиться поддержкой Асада и добиться, чтобы он объединился с нами. Да, Асад безжалостный диктатор. Но будем мы его поддерживать или нет — он все равно останется у власти, а Путин об этом позаботится. Здесь важно думать стратегически, а не тактически. Втянув Асада на нашу орбиту, мы сумеем многого добиться. Во-первых, в ближайшей перспективе мы сможем ликвидировать ИГИЛ в Сирии, лишив его возможности использовать сирийскую территорию для нанесения ударов в других странах региона. Во-вторых, мы уведем сателлита у России и в меньшей степени у Ирана. Это само по себе приведет к уменьшению региональной нестабильности и снижению давления на Израиль, что обеспечит нам большую гибкость в действиях. И наконец, если Асад будет «нашим диктатором», им будет проще управлять.

При заключении такого соглашения с Асадом надо будет получить от Сирии некоторые гарантии относительно ее поведения, скажем, чтобы она прекратила свои отношения с «Хезболлой», а также признала Израиль и установила с ним полномасштабные дипломатические отношения. Кроме того, Асаду придется продемонстрировать подлинную готовность свести к минимуму жертвы среди гражданского населения при ведении борьбы с боевиками. Далее, Асад должен будет уйти в отставку ко времени, которое будет оговорено позднее, а США гарантируют ему безопасность на пенсии.

Сделать такой разворот с привязкой к Асаду будет сложно. Поскольку президент Обама слабый лидер в сфере внешней политики, реальные и потенциальные союзники вряд ли захотят верить тем обещаниям, которые дает нынешняя администрация. Но переходный период со дня выборов в 2016 году до дня инаугурации может дать новой администрации уникальную возможность для проведения таких тайных переговоров с Асадом. Будучи лидером свободного мира, мы порой должны делать такие вещи, о которых сожалеем, но которые необходимы.