Когда российский генерал направился в посольство США в Багдаде, чтобы объявить о начале Москвой кампании бомбардировок в Сирии и предупредить американцев и их союзников, что им следует держаться подальше, президент Владимир Путин делал важное заявление. Это посольство, являющееся маленьким и хорошо организованным городом, оказавшимся внутри жестокого хаоса Багдада, задумывалось как важный символ американской мощи после вторжения в Ирак в 2003 году — вторжения, посредством которого предполагалось преобразить Ближний Восток.

Но вместо этого регион попал в спираль межконфессиональной войны между шиитами под предводительством Ирана и арабами-суннитами. Среди прочего данная война породила ИГИЛ и его трансграничный джихадизм, который сегодня угрожает Ираку и Сирии. Хорошо просчитанная дерзость генеральского демарша составляла единое целое с путинским выступлением на заседании Генеральной Ассамблеи ООН, где он тыкал пальцем в американцев и говорил: «Вы понимаете, что наделали?»

Здесь есть один более общий аспект. Путин, похоже, думает, что введя войска в Сирию, он присоединился и занял принадлежащее ему по праву место лидера в коалиции победителей. Наверное, сейчас это именно так и выглядит. Но пройдет совсем немного времени, и Ближний Восток научит российского диктатора тому, что американцам уже известно: победа - это вещь весьма относительная.

Бесспорно то, что вторжение в Ирак изменило вековой прядок в регионе и превратило Иран в сверхдержаву местного масштаба. Исламская республика за это время создала шиитскую ось от Багдада до Бейрута и далее до Персидского залива. Вашингтонские союзники из числа арабов-суннитов были не в силах ей противостоять. Покойный саудовский министр иностранных дел принц Сауд аль-Фейсал (Saud al-Faisal) заявил в прошлом году госсекретарю Джону Керри: «ИГИЛ - это наш ответ на вашу поддержку партии „Дава“ (правящая исламистская партия шиитов в Ираке)». Присутствовавшие на встрече подумали, что он имел в виду суннитский, а не конкретно саудовский ответ.

Путину не мешало бы задуматься над этими словами. Его собственное театральное выступление в ООН предположительно было адресовано не только США, но и суннитам, которые больше всех пострадали от грубого авантюризма президента Джорджа Буша, а также от возвышенных разглагольствований и бездействия президента Барака Обамы.

Но Путин вверил свою судьбу шиитской оси. Непосредственной причиной его демонстрации силы стала вероятность распада с виду вполне успешного альянса в Сирии, где диктатура меньшинства Башара аль-Асада начала постепенно рушиться под напором наступающих сил суннитских повстанцев. Российские подкрепления стали появляться в прибрежном северо-западном районе вокруг Латакии в июне, как раз тогда, когда Корпус стражей исламской революции вместе со своими ливанскими ставленниками из «Хезболлы» начал наращивать собственное присутствие в Сирии. Арабские источники из структур безопасности говорят, что «Хезболла» только что получила танковую дивизию в составе 75 танков советской эпохи.

Тем временем, российские летчики предпочитают наносить удары по сирийским повстанцам, воюющим как с ИГИЛ, так и с режимом Асада, который готов закрывать глаза на «Исламское государство», пока оно сражается с их общими врагами. В ближайшей перспективе это укрепит режим. А у коалиции под руководством США, которая отличилась большим нежеланием вооружать своих местных союзников, нет на это готового ответа. Замешательство в составе «проигрывающей», как считает Путин, коалиции, которая была сколочена в прошлом году для борьбы с ИГИЛ, сегодня неоспоримо. Обама проигнорировал свои собственные «красные линии» два года тому назад, когда войска Асада при помощи нервно-паралитического газа убивали гражданское население в восставшем районе к востоку от Дамаска. В лагере противников Асада нет единства в вопросе о том, надо или нет включать его в состав будущей переходной власти.

Турция в своем стремлении свергнуть Асада сама превратилась в проходной двор для джихадистов, а свою политику в отношении Сирии свела к единственному вопросу: как помешать сирийским курдам захватывать новые территории вдоль своей южной границы. Саудовская Аравия, которой правит непроверенный в деле и вызывающий сомнения новый король, все больше вязнет в борьбе с шиитскими хуситами в Йемене, ставшем новым Афганистаном на Аравийском полуострове.

«Это чистой воды оппортунизм, — говорит по поводу российского вмешательства бывший представитель ООН в регионе. — Они посмотрели, как мы выглядим, и увидели для себя благоприятную возможность».

Но Россия своими действиями в Сирии сокращает расстояние от бочковых бомб режима до жестокого насилия ИГИЛ. Это вызовет новую лавину суннитских беженцев, причем произойдет это в тот период, когда сирийские соседи типа Ливана, Иордании и Турции уже переполнены, а европейские страны не знают, как реагировать.

Валид Джумблат, являющийся лидером друзской общины в Ливане и в меньшей степени в Сирии, говорит об изменениях в демографическом балансе Сирии, где 70 процентов составляет суннитское большинство. «От семи до восьми миллионов беженцев никогда не смогут вернуться в свои дома и деревни — они подверглись этническим чисткам».

В итоге оппортунистическая политика Путина может привести к тому, что сунниты на веки вечные возненавидят Россию. А ведь сплотить их против Москвы не могли даже Соединенные Штаты. Это должно вызывать тревогу в стране, где проживают десятки миллионов суннитов, а тысячи, в основном чеченцы, уже воюют в Сирии. Кроме того, ИГИЛ в настоящее время создает свои базы на Северном Кавказе.

Тыкать Америку носом в ее собственные неудачи — это может вызывать глубокое удовлетворение. Когда Путин начал бомбардировки в Сирии, Россия объявила об обмене разведывательной информацией с Ираком, Сирией и Ираном, а США свернули свою провальную программу подготовки сирийских повстанцев. Но Россия такими действиями наверняка повесила себе на спину мишень. Даже США со своей колоссальной военной мощью не сумели подогнать ближневосточный регион под собственные цели и замыслы. Нет никаких оснований полагать, что такая второсортная сверхдержава, как Россия, добьется больших результатов. Добро пожаловать в ближневосточную трясину.