Времена «Спутника» и Джо Маккарти давно прошли, однако в контексте нынешней напряженности между Россией и США Стивен Спилберг в своем новом фильме «Шпионский мост» размышляет именно о холодной войне.

Будучи подростком, в конце 1950-х и начале 1960-х годов, Спилберг часто беспокоился о том, что может случиться с его отцом, инженером-электромехаником Арнольдом Спилбергом, родители которого были родом с Украины. «Я вырос с идишем и русским языком в доме», — рассказывает режиссер.

Стивен Спилберг


Отец режиссера любил усаживаться с любительским радио в сарае заднего двора и разговаривать со своими советскими приятелями. «Я всегда за него боялся, — говорит Спилберг. — Я всегда говорил ему: Что если ФБР узнает, что ты беседуешь с людьми из России по радио?»

Сегодня 68-летний Спилберг принадлежит к поколению тех, кто еще помнит убежища гражданской обороны в пригородных подвалах и учения по срочной эвакуации в школе. «Нас всех ужасала перспектива жить в тени грибовидного облака», — говорит он.

«Шпионский мост» (премьера 16 октября) рассказывает о том, как американский страховой юрист Джеймс Б. Донован (Том Хэнкс) неожиданно становится защитником советского разведчика и оказывается вовлечен в опасную игру международной дипломатии. Как и в «Линкольне», где отмена рабства противостоит целям прекращения войны, история завязана на моральной дилемме: конституционные права частных лиц, приходящие в столкновение с национальной безопасностью в жестоком мире.


Поначалу неохотно, но Донован втягивается в защиту советского шпиона, известного под именем Рудольф Абель (в исполнении Марка Райлэнса [Mark Rylance] из «Волчьего зала»), что оборачивается для него общественным презрением и даже хуже. «Если у вас такая работа в 50-е годы, можете не рассчитывать на всеобщее одобрение», — говорит Спилберг.

Позднее Донован ведет переговоры об обмене Абеля на Фрэнсиса Гэри Пауэрса, американского пилота, чей самолет-шпион U-2 был сбит русскими в 1960 году. Название фильма отсылает к мосту Глинике через реку Хафель в Германии, где в 1962 году состоялся обмен разведчиками.

«Шпионский мост» является второй картиной Спилберга на тему холодной войны. В фильме «Индиана Джонс и Королевство хрустального черепа», вышедшем в 2008 году, героический археолог Харрисон Форд противостоит мультяшным советским злодеям 1950-х годов.



Режиссер признается, что не вынашивал особенных планов по созданию фильма об этой эпохе до той поры, пока случайно не услышал рассказ британского драматурга Мэтта Чармэна (Matt Charman). По словам писателя, он впервые узнал о Доноване около трех лет назад, когда читал биографию Джона Ф. Кеннеди. В одном из абзацев описывалось, как адвокат встречался с Фиделем Кастро для переговоров об освобождении нескольких сотен американских бойцов, попавших в плен после закончившейся неудачей операции в заливе Свиней. Сноска о роли мистера Донована в обмене Абеля-Пауэрса заставила Чармэна копнуть глубже и заняться поиском информации. Затем он придумал основную идею сюжета и в 2013 году начал подбрасывать ее людям в Голливуде. Спилберг, который после «Линкольна» обдумывал ряд новых проектов, обратил на нее внимание.

Режиссер уже был знаком с инцидентом U-2 и захватом Пауэрса, но он не знал об обмене пленными. Спилберг признался, что зацепило его главным образом то, как тропинка сложного бюрократического процесса привела к попытками самого ЦРУ заполучить Донована для работы на США за рубежом. Первоначально Спилберг слышал историю в качестве кандидата на финансирование и распространение фильма, но она полюбилась ему настолько, что режиссер начал подумывать о съемках.

Очевидцы задержания Пауэрса не позавидовали шпиону


«Это был полный напряженности сюжет, который я ожидал бы от сценариста, но не от драматурга», — признается режиссер, которому уже доводилось работать с театральными драматургами, такими как Тони Кушнер (Tony Kushner, авторству которого частично принадлежит сценарий «Мюнхена» и полностью «Линкольна») и Том Стоппард (Tom Stoppard), написавший в 1987 году «Империю Солнца».

«Самое замечательное у драматургов то, что они с большим терпением относятся к моменту и готовы в течение долгого времени исследовать диалог, а этот фильм, "Шпионский мост" представляет собой серию бесед, каждая из которых имеет в поле зрения весьма ясную цель», — говорит режиссер. В результате получается не слишком типичный шпионский триллер — по словам Спилберга, он пытался избежать так называемого жанрового кино — но сочетание морально заряженной камерной драмы «Линкольна» и навязшего на зубах сюжета классического «Шпиона, пришедшего с холода» 1965 года.

Спилберг пригласил Джоэла и Итана Коэнов, чтобы помочь заострить характер Донована и развить «нуар» интригу в стиле Феллини, которую герой должен проводить, как только он попадает в Берлин для переговоров с советскими и восточногерманскими чиновниками.

Чармэн признался, что писал сценарий, в уме уже наметив Хэнкса. «Посмотрите на него в таком фильме, как "Капитан Филлипс", совершенно неясно, как этот парень в итоге прорвется, — говорит писатель. — Я действительно хотел, чтобы с Донованом было такое же ощущение непредсказуемости». Он добавил, что и его соавторы братья Коэны помогли подчеркнуть эту особенность.

«Шпионский мост» со сценами грубого обращения, которому подвергается Пауэрс со стороны захвативших его в плен русских, а также ввиду дискуссий о том, как относиться к бойцам противника, также вызывает в памяти недавние споры об обращении американцев с людьми, задержанными во время войны с террором.

Тем не менее, когда режиссера спросили, видит ли он какие-то параллели между событиями «Шпионского моста» и сегодняшней ситуацией, Спилберг снова сослался на амбиции Владимира Путина на Украине и в Сирии.

«Сегодня в отношениях между Россией и США установились морозы, — сказал режиссер, — и это те самые морозы, которые мне, выросшему в вечной мерзлоте холодной войны, известны не понаслышке».