Если отбросить в сторону добычу нефти, Ангола как правило занимает последние места по целому ряду мировых показателей. Приведем здесь некоторые цифры богатой страны, где умирает больше всего детей в мире.

Ангола далеко не бедное государство. Богатая ресурсами (она является одним из крупнейших производителей нефти и алмазов в мире), страна, на протяжении последних 36 лет возглавляемая Жузе Эдуарду душ Сантушем (José Eduardo dos Santos), считается, по оценкам Всемирного банка, «экономикой средневысокого уровня развития», если иметь в виду валовой национальный продукт. Этот показатель означает, что, если распределить богатства и производство страны в равной мере между 19,5 млн жителей Анголы, на каждого гражданина будет приходиться 4400 евро в год. Так, Ангола оказывается в одном ряду с такими странами, как Румыния, Бразилия, Мексика и Турция.

Однако в реальности все совершенно иначе, и международные рейтинги об этом очевидным образом свидетельствуют. Начиная с образования и заканчивая коррупцией, равно как в области судопроизводства и особенно здравоохранения, Ангола неизменно демонстрирует самые низкие показатели в мире.

Узнаем, какие же цифры отчасти сподвигли Луати Бейрау провести 36-дневную голодовку — где каждый день был равен году правления Жузе Эдуарду душ Сантуша и МПЛА (Народного движения за освобождение Анголы — Партии труда).

Здравоохранение — государство с самой высокой детской смертностью

По данным Всемирной организации здравоохранения за 2013 год, Ангола является пятой страной с самыми низкими показателями ожидаемой продолжительности жизни. В среднем ангольцы живут 52 года, как в Республике Чад. Хуже обстоят дела только в Центральноафриканской Республике (51), Лесото (50) и Сьерра-Леоне (46).

Местная жительница на одной из улиц города Луанда


В то же время, несмотря на зарегистрированные в последние годы небольшие улучшения, Ангола остается страной, где умирает больше всего детей. 96 детей на каждую тысячу рожденных умирают, не прожив и года, 157 — не доживают до своего пятого дня рождения — что превращает Анголу, даже спустя 13 лет после окончания войны, в страну с худшими показателями детской смертности и смертности в возрасте до пяти лет. По данным Всемирной организации здравоохранения, основной причиной смерти детей в возрасте до пяти лет является диарея — 25% случаев. Второе место, с 23%, занимает категория «другие заболевания», а третье (20%) — пневмония. По данным ЮНИСЕФ, у 29,2% детей в Анголе наблюдаются проблемы с ростом из-за недоедания и 15,6% имеют недостаточный вес.

Также в соответствии с данными ЮНИСЕФ, в целом только 60% населения имеют возможность пользоваться канализацией и лишь 42% из них доступна питьевая вода. Как и в случае с детьми, диарея оказывается главной причиной смерти в 12,5% случаев, за ней следуют респираторные инфекции — 12,2%. Малярия — третья болезнь, на которую приходится 6,8% всех смертей. С другой стороны, процент людей с ВИЧ относительно низок по сравнению с соседними странами — в Анголе этот показатель равен 1,9%, что значительно ниже 4,4% в Намибии.

Государство Ангола тратит на здравоохранение 3,8% своего ВВП, в результате чего оно попадает в тридцатку стран, которые меньше всего инвестируют в здоровье во всем мире.

Образование — далеко не всеобщее право


По данным ЮНИСЕФ, после окончания войны в 2002 году доступ к начальному образованию вырос. В соответствии с тем же агентством ООН, 76% детей в возрасте до 12 лет учатся в школе. «Тем не менее, 1 миллион детей остается вне системы начального образования, а процент второгодников и покинувших учебу, является высоким», — пишет ЮНИСЕФ, также отмечая, что эти цифры становятся гораздо хуже, когда дело доходит до среднего образования. В этом случае только 20% детей в возрасте от 12 до 17 лет ходят в школу.

По данным Всемирного банка, Ангола также занимает 33-е место среди стран с самой низкой грамотностью, где соответствующий уровень зафиксирован на 71,1%.

Свобода — подавление мирных демонстраций

Что касается свободы прессы, организация «Репортеры без границ» ставит Анголу на 124-е место из 180 возможных и ссылается на дело журналиста Рафаэля Маркеша (Rafael Marques), «который был задержан и несколько раз допрашивался по поводу своей книги «Кровавые алмазы: коррупция и пытки в Анголе» («Diamantes de Sangue: Corrupção e Tortura em Angola»). Опубликованная издательством Tinta-da-China в Португалии и запрещенная в Анголе, эта книга рассказывает о пытках, которым подвергаются шахтеры во время разведки алмазов в провинциях Южная и Северная Лунда.

Также НПО Human Rights Watch сообщает, что «свобода слова в Анголе жестко ограничена из-за цензуры и самоцензуры в государственных средствах массовой информации и частных медиа, принадлежащих правящей партии» МПЛА. На днях государственный телевизионный канал TPA назвал объявленную Луати Бейрау голодовку «особым поведением в отношении продуктов питания».

Что касается свободы собраний и выражения мнений, Human Rights Watch заявляет, что с 2011 года «реакцией правительства на какой-либо вид мирных протестов против существующей власти было применение силы, произвольные задержания, несправедливые судебные разбирательства, преследования и запугивания активистов и нападения на журналистов и прохожих». Этот год ознаменовался волной мирных протестов, проводимых главным образом в Луанде молодыми людьми, которых вдохновила арабская весна и которые стали известны как «revús». Луати Бейрау является одним из лиц этого движения, равно как и оставшиеся 14 политзаключенных, арестованных 20 июня этого года во время чтения книги.

В 2014 году Human Rights Watch сообщает о восьми случаях, когда мирные демонстрации заканчивались полицейским насилием и произвольными арестами. В частности, говорится о деле Лоуринды Гувейи (Laurinda Gouveia), 26-летней активистки, арестованной и в течение двух часов в одной из школ подвергавшейся побоям со стороны полиции и других сил безопасности. Лоуринда Гувейя входила в группу людей, каждую субботу собиравшихся для чтения книги «Инструменты, необходимые для уничтожения диктатора и избежания новой диктатуры», и обвиняется по тому же делу, что и Луати Бейрау.

Совсем недавно, 11 октября, ночное бдение, проводимое у церкви Святого Семейства в Луанде в защиту освобождения политических заключенных, было прервано нарядом полиции, действия которого мало соответствовало мирному характеру выступления. «Приехали 12 полицейских машин, бригада с собаками, все вооружены до зубов, в пуленепробиваемых жилетах. Были даже водометы», — рассказала Observador жена Луати Бейрау, Моника Алмейда (Mónica Almeida).

У Human Rights Watch также имеется обширный список грубых нарушений прав человека в Анголе. Вот он: «Ограничение права баллотироваться на официальные должности; противозаконные действия полиции и вооруженных сил; пытки, избиения и изнасилования со стороны сил безопасности; условия тюремного содержания, приведшие к смертельному исходу; произвольный арест и содержание под стражей; длительное предварительное заключение; безнаказанность в отношении лиц, злоупотребивших правами человека; судебная неэффективность, отсутствие независимости судебной власти и справедливых судебных разбирательств; нарушения права граждан на свободу и выселения без компенсации; ограничения свободы слова, печати, собраний, объединений и передвижения; коррупция в правительственных кругах; ограничения на деятельность НПО; дискриминация и насилие в отношении женщин; жестокое обращение с детьми; торговля людьми; дискриминация в отношении лиц с ограниченными возможностями, коренных народов и людей с ВИЧ/ СПИДом; ограничения прав рабочих; и принудительный труд».

Коррупция — официальный орган по борьбе с коррупцией был создан в 1996 году, но до сих пор не приступил к выполнению своих функций

Строительство жилого комплекса на улице города Луанда


Согласно индексу восприятия коррупции за 2015 год, подготовленному компанией Transparency International, Ангола является 15-ой по счету среди наиболее коррумпированных стран в мире, занимая 161 место в рейтинге 175 стран — кстати, последними в этом списке числятся Северная Корея и Сомали с одинаковыми показателями. В докладе, составленном Transparency International в партнерстве с Институтом Михельсена, «правовой и институциональный аппарат Анголы по борьбе с коррупцией по-прежнему не соответствует реальным потребностям» даже несмотря на то, что с 2002 года в стране установился мир.

«Институты по борьбе с коррупцией недостаточно развиты, в них ощущается нехватка людей и финансовых ресурсов, равно как и технических знаний и навыков. Кроме того, они в высшей степени подвержены политическому вмешательству, что вызывает серьезные сомнения в желании самой политической власти проводить реформу этой сферы», — читаем в том же документе, составленном в 2010 году.

Также и Global Integrity в своем докладе 2015 года отмечает, что, «несмотря на несколько серьезных обвинений в коррупции, выдвинутых против политиков на самом высшем уровне, редко когда дело доходит до расследования». Ярким примером неэффективности в борьбе с коррупцией, которую демонстрирует страна, возглавляемая Жузе Эдуарду душ Сантушем, является тот факт, что Верховный орган по борьбе с коррупцией, юридически созданный в 1996 году, еще не приступил к работе. Таким образом, органом, рассматривающим случаи коррупции, оказывается Генеральная прокуратура Республики, в работе которой Global Integrity отмечает существенные недостатки: «Она не только выступает объектом политического давления, но сама скомпрометирована тем фактом, что Генеральный прокурор Республики, Жуао Мария де Соуза (João Maria de Sousa), в Португалии находился под следствием из-за налогового мошенничества и отмывания денег, что подрывает легитимность роли прокурора в борьбе с коррупцией».

Согласно Transparency International, «небольшие взятки в Анголе представляют собой обычную практику, и госслужащие по традиции требуют взяток», известных в народе как «gasosas». «Взятки приходится давать, чтобы получить доступ к основным государственным услугам, таким как здравоохранение, образование и правосудие (...) Известно, что государственные служащие прибавляют к своей низкой заработной плате дополнительные сборы, проведенные в сфере бюрократических услуг».

Что же касается коррупции в более крупных масштабах, с участием политических лидеров, Transparency International пишет, что «правительственные и экономические элиты в Анголе тесно между собой связаны», «зачастую правительственные чиновники занимают должности в частных компаниях, совмещая их со своей политической деятельностью». Эта НПО также ссылается на президента Жузе Эдуарду душ Сантуша, говоря, что он «находится в центре глубоко укорененной системы фаворитизма, действующей за пределами государства и делающей неэффективными нормальные способы функционирования». МПЛА также не удалось избежать этого обзора: «Союзники МПЛА на высшем уровне и их семьи имеют бесконтрольный доступ к государственным ресурсам и могут с большой вероятностью подозреваться в использовании государственных ресурсов в собственных интересах».

Правосудие — в руках президента

Аналогично неважному положению в рейтинге по коррумпированности, правосудие в Анголе также оценивается признанными на международном уровне рейтингами весьма низко. По мнению Global Integrity, суды «чрезвычайно подвержены политическому вмешательству, что вызывает серьезные сомнения в желании самих властей реформировать» судебную сферу.

По данным Global Integrity, оценка Анголы по критерию «Правовое государство» составляет 39 баллов из 100. Хотя и признается, что ангольский закон гарантирует, на бумаге, независимость судебной власти, категорически отрицается, что это происходит на практике — таким образом Ангола получает уровень 0, ниже 25, 50, 75 и 100 — остальных возможных баллов. «Судьи редко обладают автономией, чтобы интерпретировать и оценивать действующее законодательство, и находятся под давлением в случаях, имеющих политическое значение, или тогда, когда в деле оказываются затронуты партийные, семейные или личные интересы важных государственных деятелей». Кроме того, Global Integrity сообщает о свойственной Анголе «общей культуре зависимости от приказов вышестоящих», что разоблачает раболепие перед президентом или другими должностными лицами".

Global Integrity также отмечает, что система отбора кандидатов на высокие посты в судебной системе подвержена политическому влиянию, подчеркивая, что часть судей Высшего совета магистратуры назначается президентом, а другая часть — Национальным Собранием, где доминирует МПЛА.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.