Пять месяцев. Именно за такой рекордный срок Реджеп Тайип Эрдоган смог «исправить» результаты июньских выборов, на которых его Партия справедливости и развития (ПСР) лишилась абсолютного большинства. Впервые с 2002 года. Однако в воскресенье, вопреки всем прогнозам, ПСР набрала 49,4%, получив тем самым абсолютное большинство в парламенте. На следующий день президент отметил успех молитвой в мечети Эйюп. Там, куда отправлялись все новые султаны Османской империи...

Наблюдатели ОБСЕ отметили предложенный избирателям «широкий политический выбор», но в то же время обратили внимание на окружающую выборы атмосферу «агрессии».

В период между двумя выборами власти возобновили войну с Рабочей партией Курдистана, в стране прогремело несколько кровавых терактов (в том числе и на прокурдских собраниях), а на представительства Демократического союза (умеренная курдская партия), который добился впечатляющих результатов в июне, обрушились нападки и угрозы.

Кроме того, по словам наблюдателей, в кампании и не пахло равенством. Президент полностью наплевал на долг проявить беспристрастность и активно включился в предвыборную гонку, а его партия пользовалась приоритетным доступом к телеэфиру. Параллельно с этим ряд СМИ стали объектом силовых операций: всего за четыре дня до выборов полиция объявилась в студиях двух близких к оппозиции телеканалов, которые были взяты под судебный контроль. А здание газеты Hurriyet подверглось нападению активистов ПСР.

Этот набор инструментов («хаос или я», давление на СМИ, НКО и оппозиционеров, контроль над судами и полицией...) напоминает другого исполненного имперских амбиций лидера, Владимира Путина, проповедника демократии, сведенной лишь к периодическому плебисциту на фоне авторитаризма.

Помимо предвыборной стратегии двух этих людей (они стоят у власти уже долгие годы) объединяет нравственный консерватизм и экзальтация национальной гордости с параллельным неприятием ряда западных ценностей.

Даже в таких, казалось бы, разделяющих их вопросах как Сирия, Путин и Эрдоган придерживаются схожей стратегии: Россия разыгрывает карту Исламского государства, чтобы помочь Асаду, а Турция оправдывает ею бомбардировки курдских сепаратистов. А когда Путин ставит себя на центральное место в урегулировании сирийского кризиса, Эрдоган поступает точно так же в проблеме хлынувших в Европу волн сирийских беженцев.

Сейчас, когда Эрдоган добился безраздельного господства своей партии, перед ним встает следующая альтернатива: продолжить авторитарное движение в сторону путинского мира или же попытаться сыграть роль посредника между западными и мусульманскими блоками. Второй вариант предполагает отказ от стратегии страха, напряженности, поляризации и репрессий, которая, быть может, и на время привлекает избирателей, но отпугивает инвесторов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.