Анталия — 20 ведущих промышленно развитых государств и стран с развивающейся экономикой намерены сообща выступать против угрозы экстремизма. Кроме того, на встрече в верхах в Турции весьма интенсивно обсуждается вопрос о причинах возникновения потока беженцев.

Если бы федеральному канцлеру не сопутствовала удача, то о самой острой для нее проблеме вообще не говорили бы на встрече группы G20. Связанный с беженцами кризис, который Ангела Меркель (ХДС) намерена решать не на национальном, а на международном уровне, не был включен в программу этой 24-часовой встречи с участием глав государств и правительства 20-ти важнейших промышленно развитых государств и стран с развивающейся экономикой.

Именно Реджеп Тайип Эрдоган, президент Турции и хозяин проходящего на этот раз в курортном регионе Анталия мега-события, включил, тем не менее, вопрос о беженцах в повестку дня: в воскресенье вечером во время «неформального ужина» участников группы G20 речь, судя по всему, пойдет «о миграции и о терактах».

Группа G20 представляет собой своего рода пожарную команду, которая была создана в период финансового кризиса и которая — прежде всего по желанию обладающих влиянием китайцев — не должна быть заменой ООН. Поэтому группа G20 лишь постепенно включает в свою работу чисто политические вопросы. Еще одна тема, затмевающая все остальные в Европе — то есть теракты в Париже, — отнюдь не является доминирующей на этом саммите, хотя к такому выводу можно было прийти на основании заголовков типа «Теракты омрачают встречу в верхах группы G20».

Меркель говорила о том, что «терроризм является доминирующей темой». «Отсюда, с саммита группы G20, мы посылаем важный сигнал — мы сильнее терроризма». И поэтому на саммите в Турции в ответ на теракты было решено улучшить сотрудничество спецслужб. Страны, входящие в группу G20, решили, в частности, противодействовать тому, чтобы их собственные граждане получали боевую подготовку тех странах, где происходит гражданская война — в том числе в Сирии, — а затем совершали теракты у себя на родине.

В настоящее время речь идет о том, чтобы найти преступников и их покровителей. «Это наш долг перед жертвами терактов и их близкими, но мы должны это сделать и ради нашей собственной безопасности», — подчеркнула Меркель. После этого она сделала примечательное добавление. «Это наш долг и перед невинными беженцами, бегущими от войны и терроризма». Тем самым Меркель неожиданно четко дистанцировалась от любых попыток смешения дебатов о терроризме и о беженцах.

Меркель надеется на диалог между Асадом и оппозицией


Эрдоган в качестве председательствующего во второй половине дня в воскресенье начал работу группы G20 с минуты молчания — однако не только в память о «жертвах в Париже», но и в память о «жертвах в Анкаре». Он имел в виду направленный против оппозиции теракт, ответственность за который — как и за теракты в Париже — лежит на террористах из числа боевиков Исламского государства. Сама по себе первоначальная программа саммита не была изменена. «На полях», по словам Меркель, она обсуждала «причины появления беженцев», а также «Исламское государство»; например, с Эрдоганом, с саудовским королем Салманом, а также с президентом США Бараком Обамой.

Тем не менее, заключительное заявление — оно является результатом жестких переговоров с участием так называемых шерпа, то есть главных доверенных лиц, — будет доработано, и в него будет включен дополнительный абзац относительно терроризма. Об этом еще до своего прибытия на встречу в Анталии сообщил российский президент Владимир Путин.

Эрдоган и Путин — именно эти два ведущие себя в стиле мачо автократа, с которыми в прошлом Меркель не раз вступала в борьбу, являются звездами этого саммита. Да и сама федеральный канцлер вынуждена возлагать свои надежды на турок и на русских. Дело в том, что судьба мира в Сирии находится в руках Путина, а, следовательно, и возможность возвращения на родину сотен тысяч сирийских беженцев, находящихся в настоящее время в Германии.

Поэтому большие надежды федеральный канцлер возлагает в том числе и на начатый на прошлой неделе в Вене процесс диалога между сирийским диктатором Башаром аль-Асадом и представителями более или менее умеренной оппозиции. «Двусторонние», то есть прямые переговоры федерального канцлера с российским президентом, — последний пункт ее программы на воскресенье. Год назад, на саммите группы G20 в австралийском Брисбене, такого рода встреча переросла в пятичасовые ночные переговоры в одном из отелей города: тогда обсуждался вопрос о российской агрессии на Украине.

На этот раз встреча не будет столь продолжительной — Путин с помощью военной операции в Сирии вернулся на мировую арену, и сегодня он держится весьма самоуверенно. И то же самое можно сказать об Эрдогане после победы его Партии справедливости и развития на парламентских выборах; однако вопрос о том, закрыл ли он на самом деле турецкое побережье для беженцев, не был прояснен на этой встрече в верхах.

Олланд из-за совершенных боевиками
«Исламского государства» терактов остался во Франции

Собственная повестка Меркель отошла на второй план, по крайней мере, официально. При этом члены ее команды и ее шерпа Ларс-Хендрик Реллер (Lars-Hendrik Röller) оказали существенное влияние на содержание встречи в верхах в Турции. Состоявшийся в Германии весной саммит группы G7 направил послание относительно того, что страны мира на этот раз серьезно относятся к борьбе с изменением климата.

Нынешняя встреча в верхах в Анталии должна стать важным шагом на пути к Конференции по климату, которая состоится в декабре. Западные страны, участвовавшие во встрече группы G7, неожиданно объявили о готовности сделать своей целью «декарбонизацию в этом столетии», то есть речь идет о полном отказе от производства электроэнергии, в процессе которого в атмосферу выбрасывается двуокись углерода.

Находящиеся еще в процессе индустриализации страны с развивающейся экономикой, составляющие большинство в группе G20, не поддерживают подобную амбициозную цель. Но на что они готовы пойти? В последнее время ситуация в этом отношении была неплохой. Китайцы вдруг заявили о своем желании не только сократить выброс CO2, но и позволить проводить у себя в стране регулярные проверки. Министры финансов группы G20 — Вольфганг Шойбле (ХДС) сопровождал Меркель в поездке в Анталию — в основном смогли договориться относительно финансирования фонда, в задачу которого будет входить борьба с последствиями изменения климата.

До саммита в Турции страны с развивающейся экономикой не хотели брать на себя равную с промышленно развитыми странами ответственность в этом вопросе. В первую очередь Соединенные Штаты не были готовы пойти на подобную рода «уступку в области климата». «Все говорят: мы хотим добиться успеха в Париже, — отметила Меркель после первого заседания, — но мы сегодня вечером должны будем очень интенсивно поработать над текстом коммюнике для того, чтобы продемонстрировать эти амбиции».

Германия и Франция задолго до саммита в Анталии подготовились к этой игре и распределили между собой роли. Франсуа Олланд как организатор Конференции по климату намеревался оказать давление на несговорчивые страны, тогда как Меркель, используя более любезный тон, должна была весьма активно поддержать французского президента в этом вопросе. Вместе эти два во многих отношениях разных политика намерены были произвести соответствующее впечатление и предстать в роли спасителей климата.

Однако Олланд в Анталию не приехал: после терактов в Париже он решил остаться дома и направить вместо себя своего министра иностранных дел Лорана Фабиуса, а также министра финансов Мишеля Сапена (Michel Sapin). Поэтому Меркель вынуждена была одна выступить в роли спасителя климата — хотя связанные с климатом вопросы в настоящий момент не является ее единственной заботой.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.