Stav: страна, получившая контроль над Средней Азией, получит статус мирового гегемона

Распад бывшего Советского Союза тридцать лет назад привел к появлению 16 независимых государств. Это позволило региональным, средним и малым государствам наладить дипломатические и торговые связи с новыми членами ООН ради собственных национальных и стратегических интересов. Государства Средней Азии, которые иногда обобщенно называют "станами", привлекли к себе особенное внимание больших и мощных держав из-за нерастраченных обширных ресурсов и природных богатств. Но еще важнее оказалось их геополитическое положение, так как данный регион особенно значим для тех государств, кто претендует на доминирование в мире.

Помимо США, России, Китая, Ирана и Индии, а также Великобритании и Евросоюза особый интерес к странам Средней Азии проявляет Израиль, несмотря на отдаленность этого региона от Палестины. Западные державы особенно заинтересованы во влиянии на этот регион, и их интерес к "станам" дополнительно возрос за последние несколько лет из-за конфронтации между Западом и Россией. Запад хочет ослабить ее, в том числе, ограничив российское влияние в Средней Азии, которое пока там сильно, особенно в оборонной сфере. Именно в этой части мира, которую Россия в прошлом, будучи империей, превратила в свой имперский трофей, она соперничала с Великобританией. Некоторые историки называли этот регион крышей мира, без контроля над которой невозможно сохранить гегемонию в мире.

Вторая причина геополитической борьбы за "станы" заключается в стремлении западных держав ограничить и сбалансировать влияние Китая в этом регионе, который тоже считает его своей "епархией". Интерес со стороны США, Великобритании, а также Индии к Средней Азии можно рассматривать как попытку помешать Китаю и его инфраструктурному мегапроекту "Один пояс и один путь". Этот новый Шелковый путь должен пройти через данный регион до Стамбула, а затем далее в Европу, Африку и на Ближний Восток. В этой связи любопытно прозвучало недавнее заявление бывшего левоориентированного лейбористского председателя правительства Австралии Пола Китинга, одного из главных критиков западной иррациональной воинственной политики сдерживания Китая в мире. Пол Китинг заявил, что США, хотя и чувствуют себя в безопасности, окруженные двумя океанами и дружественными странами на севере и юге, и хотя они и являются доминантной морской и ядерной державой, все же они ограничены в борьбе с Китаем.

США уже некуда расширяться на суше, а Китай применяет стратегию расширения своего экономического влияния, создания цепочек и связей на всей территории Средней Азии. Китай реализует свою стратегию на огромных территориях от турецкого Стамбула и и польского Гданьска до Ближнего Востока и Африки. Китай делает это, руководствуясь собственными экономическими интересами, и вместе с тем китайская стратегия полезна для всех государств, которые участвуют в этом величайшем мировом проекте развития в современной истории человечества. Это лучше всего подтверждается тем фактом, что в Западной Азии значительно ослабло американское влияние, а влияние Пекина усилилось. Китай подписал с Ираном, Саудовской Аравией и другими государствами богатыми нефтью и газом стратегические соглашения, а китайское влияние в Африке превосходит влияние старых европейских держав, таких как Франция и Великобритания.

Отношение Запада к Китаю в Вашингтоне объясняют соперничеством держав, но не отрицают сотрудничества с ним в сферах, где это возможно. Дело в том, что Китай, в отличие от России, не ревизионист, он не хочет подорвать или разрушить мировой порядок. Однако Китай понимает, что Вашингтон системно проводит политику сдерживания Китая в Индо-Тихоокеанском регионе, пользуясь сетью союзников, которых хочет любой ценой втянуть в конфронтацию с Китаем. Некоторые аналитики даже полагают, что Вашингтон намерен не только сдерживать, но и вступить в открытую конфронтацию с Китаем, а также ослабить его влияние в Восточной Азии. Эта активная конфронтационная стратегия в краткой терминологии времен холодной войны известна как roll back (англ. "откат"). В своих целях американцы используют несколько союзов, в том числе известный "Четырехсторонний диалог по безопасности" (QUAD), платформу, в которой участвуют США, Австралия, Индия и Япония. Другой англо-американский эксклюзивный союз — это, конечно, AUKUS (Австралия, Великобритания и США), а также билатеральные союзы США с Южной Кореей, Японией, Филиппинами. Вашингтон пытается перетянуть на свою сторону и всю Ассоциацию государств Юго-Восточной Азии (ASEAN). Однако мнение членов этой организации об оправданности конфронтации с Китаем разделились, поскольку многие поддерживают с ним конструктивные, дружественные и чрезвычайно выгодные торговые отношения.

Китай больше всех выиграл от глобализации, которой в последние десятилетия предводительствовали США. Поэтому Пекин хочет продолжить процесс глобализации, а значит, он заинтересован в мире и стабильности на планете. Конечно, Китай хотел бы реформировать мировой порядок, чтобы закрепить свою влиятельную позицию, которая по праву принадлежит ему как державе. Россия же совершенно иначе относится к мировому порядку, будучи ревизионистской державой, переживающей свой закат. Она силой пытается сохранить свой статус великой державы, подрывая и саботируя западные интересы где только можно. Но Россия, хотя и является самым большим по площади государством, а также располагает ядерным арсеналом и большими запасами энергоносителей, все же недостаточно сильна и влиятельна в смысле мягкой силы, чтобы привлекать остальной мир в экономическом и культурном плане. Поэтому Россия особенно активна и агрессивна на востоке Европы, на Кавказе, на Балканах и, конечно, в Средней Азии, на своем "заднем дворе". Москва понимает, насколько уязвима она с этой стороны, и знает, что там ей может грозить опасность, если ее западным соперникам удастся распространить свое влияние в государствах Средней Азии.

Эпицентром конфронтации Запада с Китаем, безусловно, является Индо-Тихоокеанский регион, где сходятся два океана и два континента. Однако центром этого конфликта, который еще не перерос в военную конфронтацию, является Средняя Азия, где стратегия Запада заключается в одновременной конфронтации с Россией и Китаем. Кроме того, Запад стремится саботировать влияние Ирана в этом регионе, когда-то бывшем частью Персидского царства. Агрессивное отношение Великобритании к России проявило себя в XVI веке, когда британцы попытались подчинить Московское царство своим экономическим интересам и проложить через нее сухопутный путь к богатствам Индии. Успеха Лондон не добился, и англичане были вынуждены пользоваться морским путем в Индию. В Средней Азии Великобритания распространила свое влияние прежде России. Великобритания весьма быстро начала выкачивать богатства из своих азиатских колоний, тем самым покрывая дефицит, возникший из-за экспортно-импортных операций с американскими и европейскими компаниями при торговле с Индией и Китаем. Русско-персидская война, спровоцированная Лондоном (1826 — 1828), была попыткой Лондона замедлить прорыв Российской империи на юг.

Однако поражение Персии помогло России консолидироваться на Ближнем Востоке, подорвав позицию Великобритании. Первая афганская война, которая закончилась для британской короны бесславно, и в которой Великобритания потеряла более пяти тысяч солдат и понесла большой материальный ущерб, а также освоение русскими Средней Азии позволили Москве во второй половине XIX века оккупировать Бухару и Хиву в ущерб интересам Лондона. В начале ХХ века британские и российские интересы снова вступили в конфликт, и Великобритания уже тогда уступила свой статус ведущей мировой державы США, после чего превратилась в самого надежного американского партнера в Европе. Одна из причин, по которым Великобритания решилась на "Брексит", конечно, заключается в желании освободиться от контроля Брюсселя, чтобы восстановить свою глобальную роль. Отсюда и лозунг "Global Britain", который можно интерпретировать как британскую попытку восстановить прежнюю империю.

Стратегические планировщики в Лондоне долгое время считали Среднюю Азию регионом стратегических интересов. Причем не только из-за больших залежей минералов, но и из-за геостратегического положения. Среднюю Азию рассматривали как мост между Европой и Юго-Восточной Азией. Аналитики уверены, что после того, как Ричард Мур возглавил Секретную разведывательную службу МИД Великобритании, британская разведка активизировалась в Казахстане, Киргизии, Таджикистане и Узбекистане. Есть некоторые признаки, хотя и трудно доказуемые, что упомянутая служба контролирует некоторые экстремистские исламистские группировки, которые использует для диверсионных операций в интересах ослабления британских оппонентов в этом регионе. Более того, Лондон так и не отказался от попыток воспользоваться некоторыми элементами в Турции, чтобы добиться своих целей в Средней Азии и, прежде всего, вытеснить оттуда Россию.

Главное препятствие для британцев на этом пути, разумеется, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и его политика, в основе которой лежит защита интересов Турции в регионе. Поэтому можно ожидать, что Лондон будет поддерживать турецкую оппозицию, которая, по мнению Лондона, была бы более лояльна к интересам Великобритании и Запада в широком смысле. Хорошие отношения между Анкарой и Москвой, несмотря на некоторую конкуренцию между ними на Южном Кавказе, в Ливии и Сирии, как бельмо на глазу у Запада с его стратегией, чья цель заключается в подрыве интересов соперников в Средней Азии, особенно России, а также Китая и Ирана. При этом Турция, став автономным игроком, уже более не желает служить интересам Запада в Средней Азии. И об этом следует помнить, когда мы говорим об отношении западных государств к предстоящим выборам в Турции и поддержке ими оппозиции президенту Реджепу Тайипу Эрдогану. Цель Запада — ослабить прагматичные и корректные отношения между Анкарой и Москвой.

Политика Вашингтона в отношении государств Средней Азии, по крайней мере на словах, заключается в поддержке их независимости, суверенитета и территориальной целостности. В последнее время американские официальные лица часто посещают государства Средней Азии, что подтверждает повышенный интерес США к этому региону. Позицию Госдепа можно свести к помощи в строительстве процветающей, безопасной и демократичной Средней Азии. Также США обещают экономическую помощь и инвестиции в рамках разных инициатив. Но понятно, что Вашингтон, в первую очередь, руководствуется желанием расширить свое влияние в регионе, который находится на границе с Россией и Китаем, главными американскими оппонентами и большими державами.

В новой Стратегии национальной безопасности США ясно сказано, кто считается главными соперниками для глобального гегемона. Согласно стратегии, Российская Федерация "представляет непосредственную угрозу для свободной и открытой международной системы", а Китай является "единственным конкурентом, который намерен переформатировать международный порядок и все чаще пользуется экономической, дипломатической, военной и технологической мощью для достижения этой цели". Иными словами, Российская Федерация для США — вызов сейчас, а Китай — вызов в будущем. Страны Средней Азии граничат с обоими американскими соперниками. Некоторые наблюдатели ошибочно интерпретировали поспешный уход американцев из Афганистана как отказ от глобальной гегемонии. Но правда заключается в том, что американцы лишь поменяли позиции и перенаправили ресурсы на реализацию все той же цели, то есть на сохранение глобального доминирования. Стратегия США в Средней Азии была просто пересмотрена, они не покинули этот регион. Элис Уэллс, бывшая зампомощника Госсекретаря США по делам Южной и Центральной Азии, подтвердила, что главная мантра американской стратегии — поддержка Вашингтоном "независимости, суверенитета и территориальной целостности" стран региона, и это — "святая троица американской политики в Средней Азии".

Хорошо осведомленные наблюдатели согласятся, что ни одно из пяти государств Средней Азии не является демократичным, за исключением Киргизии, где есть определенные элементы демократических процессов и самое развитое гражданское общество. Американская политика направлена на демократизацию региона, поскольку администрация Байдена смотрит на глобальную политику, прежде всего, через призму борьбы между демократией и автократией. Так как Средняя Азия никак не укладывается в эту идеологическую концепцию, администрация Байдена открыла двери и для тех государств, кто не приемлет демократические институты, но все же поддерживает международную систему, основанную на правилах. Государства Средней Азии на самом деле подпадают под эту категорию. Они вписываются в серую зону между ревизионистскими автократиями и либеральными демократиями западного типа. Будучи относительно молодым регионом независимых государств, окруженных державами, Средняя Азия тяготеет к диверсификации международных отношений, особенно в том, что касается экономических партнерств и торговых путей. Вооруженный конфликт на Украине также привел государства Средней Азии к осознанию того, что не следует полностью зависеть от милости России или Китая. Однако из-за того, что у стран региона нет выхода к морю, они вынуждены балансировать между конфликтующими интересами держав.

Некоторые хорошо осведомленные аналитики уверены, что сейчас и Великобритании, и США выгодна геополитическая нестабильность в Средней Азии. Она позволяет им держать Россию и Китай в ослабленном состоянии. Помимо этого "стратегического союза" между Великобританией и США в Средней Азии, есть еще Франция, которую Лондон в последнее время пытается переманить в свой лагерь. В начале февраля в Париже проводился круглый стол под патронажем парламента Франции, на котором обсуждалось расширение западного присутствия, в том числе Франции, в Средней Азии ради ослабления там влияния России и Китая. С этой целью Париж культивирует отношения с политическими лидерами среднеазиатских государств, в том числе с Шавкатом Мирзиёевым и Касым-Жомартом Токаевым, которые уже приезжали в Париж с официальным визитом. Франция обещала миллиарды долларов вложений в страны региона. Крупнейшая французская атомная компания "Орано" подписала с узбекским добытчиком урана договор о стратегическом партнерстве, который предусматривает совместную разведку и разработку месторождений урана. Кроме того, Французское агентство развития (AFD) планирует инвестировать в проекты в странах Средней Азии.

Повышенный интерес Парижа к этому региону в основном объясняется тем, что Франция нуждается в уране для своих АЭС. Франция — европейский лидер в производстве атомной энергии. С другой стороны, Казахстан — мировой лидер по добыче природного урана. В Казахстане находятся 26% от всех разведанных запасов урана в мире. Французско-казахстанская компания КАТСО перерабатывает 15% урана, добытого в Казахстане. Помимо экономических целей, Франция также заинтересована в вытеснении России из Средней Азии и особенно из Казахстана. У России и Турции недостаточно средств для инвестиций в этот регион, и поэтому Франция, США и Великобритания стараются пользоваться своими преимуществами в этом смысле. Китай, в свою очередь, способен экономически доминировать в регионе, поскольку располагает большим капиталом. Турция же может предложить другие ценности из разряда мягкой силы, которые дают ей преимущество перед западными соперниками и Россией. Речь идет об общей истории, исламском культурном наследии, языке, традициях, общем этническом происхождении и других ценностях, которые воплощает собой формальный союз тюркских государств. Кроме того, не стоит забывать и оборонный потенциал Анкары, который тоже важен при распространении ее влияния и выстраивании доверия с государствами Средней Азии.

Если державы так борются за влияние и добрые отношения со среднеазиатскими "станами", то самое время и нашему государству уделить достаточно внимания этому региону ради собственных интересов. Наше главное богатство (мягкая сила) — это, конечно, схожая и отчасти общая религиозная и культурная история. Также нас объединяет опыт жизни под репрессивным режимом, и поэтому нам будет легче найти общий язык, а экономика станет еще одним средством для укрепления связей с государствами Средней Азии.