Как Джо Байден поставил мир на грань пропасти: стратегическая оценка

Читать на сайте inosmi.ru
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Байден непопулярен у себя в стране и столкнулся с юридическими трудностями, пишет TEC. Кроме того, многие считают его физически и умственно непригодным к президентству. По мнению автора, слабость байденовской Америки, реальная и мнимая, уже привела к веренице скандалов, вторжений и проблем.
Поль дю Кенуа (Paul du Quenoy)
"Я вообще-то давно над этим работаю. Но никогда не думал, что увижу подлинные фотографии детей, обезглавленных террористами", — так явно озадаченный президент Джо Байден прокомментировал жуткое нападение ХАМАС на Израиль. Позже представители прессы уточнили, что Байден этих фотографий не видел, однако целый ряд изданий эти злодеяния подтвердил, причем некоторые даже перепечатали фотографии.
Читайте ИноСМИ в нашем канале в Telegram
В лучшем случае слова Байдена прозвучали наивно — особенно учитывая, к какой катастрофе привела внешняя политика его администрации. Ведь именно его неумение проявить лидерские качества во многом и подвело к нынешнему кризису.
Для начала будет поучительно вернуться к суматохе первых месяцев после вступления Байдена в должность. После первых шагов, которые во многом продолжали политику бывшего президента Дональда Трампа, а также мощного двухпартийного упора на сдерживании Китая, Байден стремительно ускорил вывод американских войск из Афганистана.
Поддерживающие Байдена военные и представители внешнеполитической элиты пообещали со всем разобраться "по-взрослому" и заверили нового президента, что правительство Афганистана и вооруженные силы США выстоят против "Талибана" (запрещенное в России террористическое движение. – Прим. ИноСМИ). Не приложив особых усилий для проверки этих заверений, Байден объявил о выводе войск США — не только не убедившись, что афганцы справятся самостоятельно, но даже не дождавшись эвакуации гражданских лиц США.
После этого развернулся хаос: афганцы в отчаянии осаждали подконтрольный США аэропорт в Кабуле, надеясь на спасение. Некоторым это удалось, но многие другие погибли или были брошены на произвол судьбы. Судьба их оказалась незавидной: сородичей, работавших на американцев, "Талибан" не пощадил. Сдерживая его натиск, погибли тринадцать морских пехотинцев США. Брошенные собственным правительством, сотни граждан США ушли в подполье или выбирались из страны самостоятельно. Но хуже всего то, что афганская армия развалилась за считанные дни, оставив талибам и другим террористическим группировкам американской техники и оружия на 85 миллиардов долларов.
Каким бы ужасающим ни было афганское фиаско, американские избиратели, для которых внешняя политика никогда не была приоритетом, быстро о ней позабыли. А помогли им в этом услужливые СМИ, твердившие на все лады мантру о том, что вывод войск, хотя и далеко не элегантный, был совершенно необходим.
Остальной мир при этом сделал принципиально иной вывод: по своей решимости Байден значительно уступает Трампу, который за последние полтора года своего президентства значительно стабилизировал ситуацию в Афганистане, не допустив гибели ни единого американского военнослужащего. Подход же Байдена к внешней политике напоминал скорее бывшего президента Барака Обаму — сам он при нем был вице-президентом, а значительная часть его внешнеполитической команды начинала в его администрации карьеру. Всего через полгода после Афганистана президент России Владимир Путин ввел войска на Украину. Путин воодушевился сигналами о слабости администрации Байдена: он принял близко к сердцу его глупое заявление, что США не будут вмешиваться в ответ на ситуацию на Украине, и решил, что бояться ему нечего.
Хотя российская кампания сложилась неудачно, стратегический расчет Кремля, что он не встретит военного сопротивления со стороны Запада во главе с США, был вполне рациональной оценкой провала Байдена на евразийской периферии. Тому даже были прецеденты. В первый раз Путин вторгся на Украину в 2014 году — спустя полгода после того, как Обама так и не смог прочертить обещанную "красную линию" в гражданском конфликте в Сирии (президент США пригрозил военным вмешательством, если режим Башара Асада применит против повстанцев химическое оружие). Своего обещания Обама не выполнил и дал этим Путину понять, что тот сможет захватить Крым и поддержать пророссийских сепаратистов Донбасса без военных последствий.
Показательно, что Трамп в бытность свою президентом, напротив, успешно сдержал Москву, уговорив европейских членов НАТО увеличить расходы на оборону и выйдя из соглашений по контролю вооружений времен холодной войны, которые шли вразрез с американскими интересами. Кроме того, он впервые предоставил Украине летальную военную помощь, ввел против России мощнейшие санкции до начала нынешних боевых действий и пригрозил последствиями в случае "дальнейшей агрессии" против Украины.
Жесткий подход Трампа сработал и с Ираном. Трамп мудро отказался от соглашения эпохи Обамы, который, по сути, приплачивал Тегерану за отсрочку ядерной программы примерно на десятилетие (не требуя при этом ее прекращения). Кроме того, Трамп упрочил военную и дипломатическую поддержку Израиля, Египта, Саудовской Аравии и других традиционных региональных союзников США, которые уже были или стали противниками Ирана. Он уничтожил ИГИЛ (запрещенная в России террористическая организация. – Прим. ИноСМИ), нейтрализовал иранских ставленников в Ираке и впервые с 1940-х годов привел США к энергетической независимости. Но, пожалуй, самым недооцененным достижением президента Трампа стало то, что он проигнорировал ошибочный, пусть и устоявшийся консенсус в Вашингтоне, который связывал решение всех вопросов Ближнего Востока с прочным окончанием израильско-палестинского конфликта. Он выступил посредником в заключении Авраамских соглашений — первого мирного договора между Израилем и странами мусульманского мира с 1994 года.
Байден решительно переиграл все эти позиции. Он пошел на поводу у левых радикалов и ограничил внутреннее производство энергии, снова ввергнув США в непростительную зависимость от ближневосточной нефти. Это привело обескровленную пандемией экономику к резкому скачку цен на энергоносители и инфляции. Кроме того, Байден разозлил региональных союзников США, обосновывая соглашения о поставках оружия и инвестициях невыполнимыми требованиями в области прав человека и других нематериальных сферах, чем сам же толкнул их в объятия России и Китая. Те, в свою очередь, провозгласили "партнерство без границ" и включили Иран в де-факто трехсторонний антиамериканский альянс. Кроме того, они постоянно привлекают на свою орбиту десятки развивающихся стран со всего мира.
Байден непопулярен в собственной стране и уже столкнулся с юридическими трудностями. Кроме того, многие считают его физически и умственно непригодным к дальнейшему президентству. Таким образом, борьбу за переизбрание в 2024 году он, скорее всего, проиграет — причем, вероятно, возродившемуся Трампу. Южная граница страны фактически вышла из-под контроля правительства: миллионы граждан въезжают в США незаконно и безнаказанно, подрывая доверие к системе и истощая ее ресурсы. Это одновременно служит симптомом донельзя поляризованногообщества, где сторонники Байдена отстаивают чуть ли не марксистские догмы, и усугубляет этот раскол еще больше. При этом остальной мир находит их сбивающими с толку, а внутренние оппоненты и вовсе считают глупостью либо изменой.
Ослабление американской решимости усилило китайскую агрессию на Дальнем Востоке, устранило любые сдерживающие факторы в региональных конфликтах в странах, до недавнего времени считавшихся стабильными, и вынудило европейских союзников задуматься о новой роли в назревающем глобальном конфликте. Международные институты, созданные для решения или смягчения глобальных конфликтов, без твердого американского руководства постепенно теряют эффективность, причем большинство из них в лучшем случае обречены на ненужность, а в худшем — на активное сопротивление.
Хуже всего то, что Байден восстановил невыгодную ядерную сделку с Ираном, тем самым подтолкнув Тегеран лишь отложить свою ядерную программу (не сворачивая ее полностью), усилить поддержку "Хезболлы" в Ливане, развивать аналогичные покровительственные отношения с ХАМАС в секторе Газа и поддерживать другие антиамериканские правительства и движения на Аравийском полуострове, в Африке и даже в Латинской Америке.
ХАМАС и "Хезболла", а также источники в разведке, на которые ссылаются американские СМИ, подтверждают, что именно Иран сыграл важную роль в планировании и осуществлении недавних атак на Израиль, в результате которых погибло свыше 1 200 человек и еще тысячи получили ранения. Когда стало известно о нападении, весь иранский парламент вскочил на ноги и скандировал "Смерть Америке" (не только Израилю).
Между тем лишь в прошлом месяце США высвободили иранские активы на сумму шесть миллиардов долларов ради освобождения всего лишь пятерых заключенных. Когда несколько недель спустя в Газе разразилась война, опозоренная администрация Байдена судорожно пустилась устранять последствия. С ее слов, эти средства предназначены сугубо для гуманитарного использования и не могут быть потрачены на другие цели. Это противоречит заявлению президента Ирана Эбрагима Раиси о том, что Тегеран будет распоряжаться деньгами по своему усмотрению. Кроме того, Иран прекрасно сознаёт, что если шесть миллиардов долларов вернутся под его контроль, эти деньги в любом случае могут быть использованы для согласованных нужд — что, в свою очередь, высвободит другие средства на военные и террористические цели.
К пятнице сообщения подтвердили, что США надавили на Центральный банк Катара, вызвавшийся контролировать высвобожденные средства, и вынудили его снова перекрыть Тегерану доступ. Однако ущерб уже нанесен. К великому несчастью для народа Израиля, слабость байденовской Америки, реальная и мнимая, уже привела к веренице скандалов, вторжений и проблем. К власти может прийти президент более решительный. Более твердая защита американских интересов — как внутри страны, так и за рубежом — перечеркнет провальное наследие Байдена. Но следующему президенту понадобится железная воля, чтобы навести порядок.
Поль дю Кенуа — президент Института свободы Палм-Бич. Имеет докторскую степень Джорджтаунского университета по истории
Обсудить
Рекомендуем