Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Заброшенные дома, люди, медленно умирающие от кожных заболеваний и рака, спровоцированных примесями в местной воде, — так выглядит обычный американский городок Флинт, который посетил документалист Тайлер Оливейра. Он взял интервью у местных жителей, чтобы выяснить причины этой катастрофы.
Это Флинт, штат Мичиган. Тут нищета, преступность и отравленная вода.
Тайлер интервьюирует первого местного.
— Как вы знаете, Обама приезжал сюда и пил воду. Сказал, что все в порядке. Мы до сих пор живем с этим. Вода все еще грязная, коричневая течет из наших кранов.
— На что она похожа?
— На что она похожа?
В разговор вступает прохожий.
— Желтая. Отвратительная. Крайне отвратительная. Не пейте ее. Мы вот вообще ее не употребляем.
— Так можно ли пить местную водопроводную воду?
— Так можно ли пить местную водопроводную воду?
Снова отвечает первый собеседник.
— Я пью. Черт, мы пьем ее уже так долго, что и не припомню. Я ею "Кул-Эйд" развожу. Мне уже плевать. Что есть, то есть. Все мы когда-нибудь умрем.
— Заметили ли вы улучшение качества воды за последние десять лет или типа того?
— Нет. Единственное, они еще и перестали раздавать бесплатную воду. Некоторые люди заболевают из-за нашей воды. Со временем она вызывает рак. Некоторые люди кипятят воду, чтобы принимать ванну. Эта вода покалечила много людей.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
— Заметили ли вы улучшение качества воды за последние десять лет или типа того?
— Нет. Единственное, они еще и перестали раздавать бесплатную воду. Некоторые люди заболевают из-за нашей воды. Со временем она вызывает рак. Некоторые люди кипятят воду, чтобы принимать ванну. Эта вода покалечила много людей.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Далее документалист опрашивает молодую семью с ребенком.
— Очень сильная экзема. Вода очень плохо влияет на кожу. Высыпания и сильное шелушение от ее использования.
— У меня появляются пятна на коже от воды. После душа.
— У меня появляются пятна на коже от воды. После душа.
Следующим участником опроса становится местный пастор.
— Вы купили бутилированную воду. Почему?
— Потому что я не доверяю этой флинтовской воде. Каждую неделю в моей церкви мы раньше раздавали воду. А эта местная жижа годится только для смыва в туалете. Где деньги для людей Флинта, которые пили эту воду? Мы не слышали, чтобы кто-то получил выплаты.
— Так они травят вас, пытаясь сэкономить сами?
— И не выплатили ни цента. Мы просто медленно, но верно умираем.
"Ножами, ножницами и камнями". Чем Гамбург встретил американца
— Потому что я не доверяю этой флинтовской воде. Каждую неделю в моей церкви мы раньше раздавали воду. А эта местная жижа годится только для смыва в туалете. Где деньги для людей Флинта, которые пили эту воду? Мы не слышали, чтобы кто-то получил выплаты.
— Так они травят вас, пытаясь сэкономить сами?
— И не выплатили ни цента. Мы просто медленно, но верно умираем.
"Ножами, ножницами и камнями". Чем Гамбург встретил американца
В то время как внимание политиков и СМИ сосредоточено на токсичном водоснабжении Флинта, эта тетушка, живущая здесь, в дачном сообществе Бичар, в восьми километрах к северу от города, сказала, что ее вода такая же отвратительная.
Женщина показывает Тайлеру кастрюлю, полностью покрытую белым налетом.
— Это осталось после кипячения. Я с этой водой даже и не готовлю.
— Она всегда была такой?
— С тех пор, как я сюда переехала.
— Посмотрите на этот осадок. Это тяжелые металлы?
— Наверное. Я даже не знаю. Не готовлю с этой водой, только моюсь в ней.
— Посмотрите на это. Она странная на вкус?
— Да. Хотите попробовать воду?
— Да. Посмотрите на это. Какой осадок. Давайте нальем немного. Вода выглядит вполне хорошо. А, нет. Выглядит довольно хреново. Там плотный осадок. Вроде как обычная вода из-под крана. На вкус тоже. У вас когда-нибудь появлялись кожные высыпания от мытья в ней? Боже мой. Это все от воды?
— Это от воды.
— Она всегда была такой?
— С тех пор, как я сюда переехала.
— Посмотрите на этот осадок. Это тяжелые металлы?
— Наверное. Я даже не знаю. Не готовлю с этой водой, только моюсь в ней.
— Посмотрите на это. Она странная на вкус?
— Да. Хотите попробовать воду?
— Да. Посмотрите на это. Какой осадок. Давайте нальем немного. Вода выглядит вполне хорошо. А, нет. Выглядит довольно хреново. Там плотный осадок. Вроде как обычная вода из-под крана. На вкус тоже. У вас когда-нибудь появлялись кожные высыпания от мытья в ней? Боже мой. Это все от воды?
— Это от воды.
Дама демонстрирует руку со следами экземы.
— Святые угодники. Никто никогда не говорит о воде Бичара.
— И я не знаю почему. То есть мы все еще часть Флинта.
— У вас часто бывают такие обострения?
— Да. Время от времени. Потом у меня появляются пятна на ногах.
— И никто ничего об этом не говорит?
— Врач сказал, что это возраст.
— Что-то в воде?
— В правительстве сказали, что кладут новые трубы и прочее, но я не вижу улучшений. То есть они могут менять трубы на улицах, но как насчет труб, которые идут в наши дома? Я расходую шесть упаковок воды в неделю. По четыре доллара за пачку в 40 бутылок.
— Это куча денег. И вода от города здесь тоже недешевая, верно?
— О, нет. Мы даже не платим за водоснабжение. Зачем нам? Вода и так должна быть бесплатной.
— И я не знаю почему. То есть мы все еще часть Флинта.
— У вас часто бывают такие обострения?
— Да. Время от времени. Потом у меня появляются пятна на ногах.
— И никто ничего об этом не говорит?
— Врач сказал, что это возраст.
— Что-то в воде?
— В правительстве сказали, что кладут новые трубы и прочее, но я не вижу улучшений. То есть они могут менять трубы на улицах, но как насчет труб, которые идут в наши дома? Я расходую шесть упаковок воды в неделю. По четыре доллара за пачку в 40 бутылок.
— Это куча денег. И вода от города здесь тоже недешевая, верно?
— О, нет. Мы даже не платим за водоснабжение. Зачем нам? Вода и так должна быть бесплатной.
Осмотрев непризнанный пригород Бичар, мы направились в местность всего в восьми километрах к югу, в сердце Флинта. Этот город — место рождения General Motors и некогда процветающий промышленный центр Америки. Мы едем туда чтобы посмотреть, как он выглядит сегодня, и проверить, считают ли жители здесь, что вода теперь безопасна для питья. Хорошо, мы на месте. Здесь довольно много заброшенных домов. А прямо справа мы можем видеть питбуля. Не думаю, что на нем есть ошейник. Не уверен, что хочу проверять и быть загрызенным питбулем. Есть тут кто? А тут у нас дом после пожара. Суровая жизнь здесь, ребята. Тут не до шуток.
Документалист подходит к домику, в котором живет семья с детьми.
— Привет. Как дела? Как водичка?
— Вода ужасна, как вы можете видеть на коже моего ребенка.
— Экзема?
— Да.
— Вода ужасна, как вы можете видеть на коже моего ребенка.
— Экзема?
— Да.
Тайлер дает слово старичку — ветерану Вьетнама.
— Я просто хочу получить выплаты, которые они удерживают. Ведут себя так, будто им реально требуется столько времени. Мы ждали достаточно долго, чтобы получить возмещение за этот кошмар. Отдайте наши деньги и прекратите морочить голову!
— Думаете, они когда-нибудь выплатят вам деньги?
— Сомнительно.
— Я просто хочу получить выплаты, которые они удерживают. Ведут себя так, будто им реально требуется столько времени. Мы ждали достаточно долго, чтобы получить возмещение за этот кошмар. Отдайте наши деньги и прекратите морочить голову!
— Думаете, они когда-нибудь выплатят вам деньги?
— Сомнительно.
Один из жителей отказывается оплачивать счета за такую ужасную воду.
— Просто не думаю, что мы должны платить за что-либо ненадлежащего качества.
— Эту воду даже собаки не пьют. А как она выглядит, когда течет из крана?
— Пузыристая, беловатого цвета. А налоги все растут. Это несправедливо.
— Эту воду даже собаки не пьют. А как она выглядит, когда течет из крана?
— Пузыристая, беловатого цвета. А налоги все растут. Это несправедливо.
Следующей Тайлер опрашивает женщину, живущую в разваливающемся доме.
— У меня аллергия на свинец, а свинец и металлы тут в воде. Когда наливаешь стакан, видишь пузыри и всякий осадок. Даже у рыб рак. И у меня сейчас рак.
— У меня аллергия на свинец, а свинец и металлы тут в воде. Когда наливаешь стакан, видишь пузыри и всякий осадок. Даже у рыб рак. И у меня сейчас рак.
Прогуливаясь по одной из улиц города, документалист замечает фото подростка с цветами рядом.
У нас здесь что-то вроде алтаря. "Наши любимые не покинули нас. Они ходят меж нами прямо сейчас". Это очень грустно. Здесь крайне высокий уровень насилия с применением оружия. Преступность. Нищета. Это место заброшено, забыто, обмануто и отравлено его собственным правительством. Несмотря на то что народ Флинта выиграл иск на 641 миллион долларов в 2020 году, став крупнейшим гражданским урегулированием в истории Мичигана, никто из встреченных мной здесь не мог назвать ни одного человека, который видел бы хоть часть этих денег. А ведь 80% этих средств предназначены для детей, подвергшихся воздействию загрязненной воды.
У нас здесь что-то вроде алтаря. "Наши любимые не покинули нас. Они ходят меж нами прямо сейчас". Это очень грустно. Здесь крайне высокий уровень насилия с применением оружия. Преступность. Нищета. Это место заброшено, забыто, обмануто и отравлено его собственным правительством. Несмотря на то что народ Флинта выиграл иск на 641 миллион долларов в 2020 году, став крупнейшим гражданским урегулированием в истории Мичигана, никто из встреченных мной здесь не мог назвать ни одного человека, который видел бы хоть часть этих денег. А ведь 80% этих средств предназначены для детей, подвергшихся воздействию загрязненной воды.
— Роберт, что происходит во Флинте?
— Люди живут, пытаются выжить, знаете, преодолевают трудности с водой. Они говорили, что все починили, но я ее не пью все равно. Пью только бутилированную воду.
— Люди живут, пытаются выжить, знаете, преодолевают трудности с водой. Они говорили, что все починили, но я ее не пью все равно. Пью только бутилированную воду.
Одна из прохожих сомневается, что хуже: смерть в перестрелке или от местной воды.
— Между пулями и этой водой — выбор сложный.
— Между пулями и этой водой — выбор сложный.
Тайлер опрашивает молодого местного жителя.
— Создали бы вы семью здесь?
— Нет.
— Флинт опасен?
— Да. Тут много бандитских разборок. Много перестрелок. Можно, конечно, вызвать полицию, и типа через дня два они приедут, просто чтобы проверить, все ли в порядке.
— Создали бы вы семью здесь?
— Нет.
— Флинт опасен?
— Да. Тут много бандитских разборок. Много перестрелок. Можно, конечно, вызвать полицию, и типа через дня два они приедут, просто чтобы проверить, все ли в порядке.
Утраченное доверие местных к своему правительству никогда не будет восстановлено. Правительство и народ США легко убедить поддержать иностранное государство и бомбить страны, которые большинство даже не сможет показать на карте. Но, возможно, помощь и благотворительность должны начинаться со своего дома.