NZZ: Саудовская Аравия выигрывает противостояние с Ираном за лидерство в регионе

Такого сценария регион опасался неделями. Лидеры арабских государств Персидского залива поэтому всеми силами пытались предотвратить удар США и Израиля по Ирану, но потерпели неудачу. В субботу в восемь утра начались боевые действия против Ирана. К полудню в ответ первые иранские крылатые ракеты ударили по пяти государствам Залива. Целью были базы США. Но под удар попали и местные жители, и инфраструктура этих стран.

Уже в субботу вечером стало известно: в ходе атак был убит верховный лидер Исламской Республики Али Хаменеи. Пока непонятно, означает ли массированная волна ударов по силовым структурам страны и конец режима мулл. Однако бывшая региональная держава Иран сломлена.

Еще в январе руководство Ирана фактически утратило легитимность. Тогда режим распорядился убить десятки тысяч иранцев, протестовавших против высоких цен и неэффективного управления (бездоказательные утверждения, которые Иран отрицает, – прим. ИноСМИ). До этого он уже лишился своей сети союзных вооруженных группировок по всему Ближнему Востоку. Еще совсем недавно формирования, связанные с Тегераном, фактически контролировали Бейрут, Багдад и Дамаск. А теперь иранские власти с трудом удерживают позиции даже в собственной столице — Тегеране.

На фоне руин поднимается Саудовская Аравия — страна, которая десятилетиями соперничает с Ираном за доминирование в регионе. С падением своего вечного противника саудовский наследный принц Мухаммед бин Салман видит шанс наконец выиграть многолетнюю борьбу между суннитской Саудовской Аравией и шиитским Ираном за первенство в регионе.

С 1979 года между крупнейшей монархией Залива и Исламской Республикой идет жесткое соперничество. В тот год Иран пережил радикальную трансформацию: вернулся лидер революции Рухолла Хомейни, превративший страну в государство мулл. Но и Саудовская Аравия изменилась не менее резко. В ноябре 1979 года радикальные исламисты захватили Большую мечеть в Мекке и две недели держали в заложниках десятки тысяч верующих. Захват закончился вмешательством саудовского спецназа, но стоил жизни сотням, а возможно, и тысячам людей.

Требования захватчиков были направлены прежде всего против саудовской королевской семьи, среди условий звучал и отказ от западного образа жизни. Это стало шоком. Дом Саудов пошел на уступки и резко изменил курс своей абсолютной власти. В качестве новой опоры был выбран фундаменталистский ваххабизм: строгий религиозный кодекс стал регулировать повседневность. Женщины исчезли за чадрой (закрывает фигуру женщины с головы до ног) — так же, как и в Иране.

Началась настоящая гонка радикализма с режимом в Тегеране, которая изменила мир. Сунниты Сауды и шиитские муллы пытались экспортировать свои идеологии, соревнуясь за лидерство в исламском мире. "Руководство Саудовской Аравии вкладывало богатство от нефти по всему миру — в мечети, переводы Корана и образовательные центры, продвигавшие их интерпретацию ислама", — описывает глобальные последствия Ким Гаттас из "Фонда Карнеги за международный мир"*. Иран тем временем усиливал влияние через союзные группировки в регионе, снабжая их огромными средствами и оружием.

Эта борьба за первенство дестабилизировала Ближний Восток. Время от времени противостояние переходило и в открытую фазу. Последний крупный всплеск пришелся на 2019 год, когда удар беспилотников, приписанный связанному с Ираном движению хуситов, на время парализовал половину нефтедобычи Саудовской Аравии.

Для наследного принца это стало поворотной точкой. США, главный военный партнер королевства, тогда не обеспечили саудитам защиты. Мухаммед бин Салман — также известный как МБС (MBS) — воспринял это как предательство. С тех пор он пытается придерживаться стратегии "ноль конфликтов". Зависимость от США сокращена. "Он сотрудничает с Россией, чтобы контролировать объемы добычи нефти и цены, а Китай стал его важнейшим торговым партнером. Он использует финансовую мощь и влияние, чтобы продвигать свою повестку", — говорит журналистка и автор книги о МБС Карен Эллиотт Хаус.

По словам Хаус, 40-летнего наследного принца по сути ведут две мысли: "Что выгодно Саудовской Аравии? Как получить максимум?"

Формально во главе Саудовской Аравии тоже стоит пожилой правитель: 90-летний король Салман ибн Абдель-Азиз Аль Сауд. Но, в отличие от иранского престарелого лидера Али Хаменеи, он передал рычаги власти следующему поколению. В 2017 году король нарушил все традиции: спустя два года пребывания на троне он отстранил своего племянника, 57-летнего наследного принца Мухаммеда ибн Наифа, и назначил преемником и фактическим руководителем страны своего тогда 31-летнего сына Мухаммеда бин Салмана.

Тот понимал: Саудовскую Аравию нужно перестраивать. Он ограничил влияние духовенства и сделал ставку на экономическое развитие. Так появилась программа "Видение 2030" — гигантский инвестиционный план с бюджетом, эквивалентным 1,3 триллиона швейцарских франков, призванный превратить зависящее от нефтяного экспорта королевство в современную экономику.

Времени было в обрез: на подъеме была не только "зеленая" энергетика. Волны арабской весны тоже грозили докатиться до монархии Залива. Высокая безработица среди молодежи и отсутствие перспектив для нового поколения подтачивали фундамент власти. Почти две трети из 36 миллионов жителей страны моложе тридцати лет. Однако, в отличие от других арабских государств, Саудовская Аравия тогда сохранила спокойствие.

Не все планы наследного принца сработали. Слишком амбициозный сын короля вынужден был признать: финансовые ресурсы не безграничны. Корректировка курса предполагала, что вместо гигантских "монументов в песке" ставка будет сделана на перспективные отрасли, например, искусственный интеллект. "Мы мчались вперед на экстремальной скорости, теперь нужно заново расставить приоритеты", — заявляли приближенные к наследному принцу.

Главная цель — создать больше рабочих мест для молодежи и мягче провести общество через перемены. Правовое положение женщин по-прежнему остается слабым местом: их могут наказать за "неповиновение" мужу. Но в повседневной жизни у них стало больше свободы.

За последнее десятилетие занятость женщин выросла с 17% до примерно 30%. Вместо черного чадора они выходят на улицы в цветных абайях. Они водят автомобили, ходят, как и молодые мужчины, в кофейни, на поп-концерты и в торговые центры, арены для рестлинга в стиле Лас-Вегаса стали частью нового образа жизни. Процветают и сервисы знакомств вроде Tinder. Запрет на алкоголь для иностранцев недавно смягчили. В столице, Эр-Рияде, один за другим выросли роскошные отели — город стал напоминать Абу-Даби и Дубай.

Саудовский правитель Мухаммед бин Салман — реформатор, хотя он по-прежнему правит железной рукой, не терпит критики королевской семьи и пренебрегает правами человека. Только в июне был казнен журналист Турки аль-Джассер. Его "преступление" — расследования коррупции в королевском доме. Всего за прошлый год в стране к смертной казни приговорили 300 человек, 200 из них — по делам о наркотиках.

Но МБС давно уже не изгой, как его называл президент США Джо Байден после жестокого убийства журналиста Джамаля Хашогги. Саудовская Аравия снова востребована на международной арене. В прошлом мае именно Саудовская Аравия стала первой остановкой в зарубежной поездке президента США Дональда Трампа, а в ноябре наследного принца со всеми почестями приняли в Белом доме. Он говорит по-английски лучше, чем когда-либо, и теперь может без спешки вжиться в новую роль — будущего короля Саудовской Аравии, чей путь к власти теперь практически расчищен.

В Иране Али Хаменеи, напротив, пытался лишь удержать свою абсолютную власть в Исламской Республике. Молодое население страны — 90 миллионов человек — лишилось любых перспектив. Хаменеи не допускал реформ и подавлял любое восстание или протест, в том числе выступления женщин, которые требовали больше свободы.

Свою власть он выстроил на системе Корпуса стражей исламской революции. Эта "теневая армия" численностью до 200 тысяч человек подчинялась только ему. Она контролировала не только ядерную программу и разработки ракет и беспилотников, но и половину экономики страны. Коррупция и неэффективное управление, а также санкции из-за ядерной программы обрушили государственные финансы. Инфляция доходила до 50%, и людям стало не по карману даже самое необходимое. Хаменеи не менял курса и именно этим загнал Иран в упадок. Его упрямство оказалось роковым и для Исламской Республики, и теперь — для него самого.

МБС тем временем пытается закрепить свои претензии на лидерство на Ближнем Востоке и готов щедро за это платить. Недавно он выделил Палестинской национальной администрации 90 миллионов долларов. На восстановление Газы пообещал 1 миллиард долларов. А новый лидер Сирии, президент Ахмед аш-Шараа, находится под особым покровительством саудовского наследного принца. МБС поддерживает восстановление страны суммой в 2 миллиарда долларов.

В отличие от Объединенных Арабских Эмиратов, саудовский наследный принц до сих пор отказывается присоединяться к Соглашениям Авраама с Израилем. Его условие для установления дипломатических отношений с Израилем — гарантия создания палестинского государства. Он — новый сильный игрок на Ближнем Востоке.

Очевидно одно: Саудовская Аравия выиграла противостояние с Ираном — во многом за счет боевых действий, которые за королевство вели другие, но прежде всего благодаря радикальной перестройке саудовского общества.

* признан в РФ иноагентом и внесен в перечень нежелательных организаций