The Spectator: интерес России к Шпицбергену вызывает обеспокоенность на Западе

Со склона тихого холма рядом с церковью Лонгйира гостям столицы норвежского архипелага Шпицберген открывается суровая, но прекрасная панорама залива. Cеро-голубые воды Арктики омывают заснеженные отвесные скалы.

С этого холма я наблюдала за тихой суетой Лонгйира. С тех пор как Дональд Трамп пригрозил НАТО крупнейшим кризисом в истории альянса, заявив о желании прибрать к рукам Гренландию во имя "национальной безопасности" США, жители Шпицбергена с тревогой поглядывают на запад. Президент США неоднократно заявлял, что ему одному по силам обезопасить остров, расположенный всего в 300 километрах от Шпицбергена, иначе Россия или Китай превратят его в плацдарм для нападения на Запад.

На архипелаге Шпицберген площадью примерно с две Бельгии, проживает всего 3 000 человек. Веками Шпицберген служил заполярной базой, откуда исследователи снаряжали экспедиции на Северный полюс. Однако несмотря на дикую местность и пространство, здесь царит отчетливое ощущение клаустрофобии.

Расположенный на 78 градусе северной широты архипелаг щедр на природные ресурсы. Здесь располагается крупнейшая в мире наземная спутниковая станции Svalsat, которая предоставляет данные НАСА и Европейскому космическому агентству. Формально Шпицберген принадлежит Норвегии, однако на этой уникальной — и потому особенно уязвимой — территории действует особый режим управления.

Подписанный в 1920 году Шпицбергенский трактат предоставляет всем подписавшим его сторонам беспрепятственный доступ к природным ресурсам архипелага и право жить и работать там без виз. Он также запрещает использовать острова в "военных целях" — всем, даже самой Норвегии: выходит, что Осло не в праве размещать войска на собственной территории.

На Шпицбергене есть два основных поселения: Лонгйир с населением в 2 490 человек из почти 50 стран — единственный подконтрольный Норвегии. В 50 километрах вниз по побережью расположился Баренцбург, так называемый "корпоративный город", где управляет российская государственная горнодобывающая компания "Арктикуголь". Там проживает 386 человек (более половины из которых — русские). Дороги между ними нет. Зимой можно за несколько часов домчать из поселка в поселок на снегоходе, летом же основной транспорт для местных жителей и туристов — катер. Компактно спланированный Баренцбург располагает собственной больницей и детским садом, а также может похвастаться первой на Шпицбергене пивоварней "Красный Медведь".

Россия присутствует на Шпицбергене уже много веков: считается, что охотники за пушниной с Русского Севера впервые прибыли на архипелаг в середине XVI века (русским поморам архипелаг был известен задолго до его "открытия" Виллемом Баренцом, — прим. ИноСМИ). Шахтерские поселки Баренцбург и Пирамида (последняя сегодня практически заброшена) компания "Арктикуголь" выкупила в начале 1930-х годов. Они словно застыли во времени: на центральных площадях по-прежнему высятся огромные бронзовые бюсты Ленина, а в Баренцбурге стоит монумент с советским лозунгом: "Наша цель — коммунизм!". "Арктикуголь" утверждает, что бережет эти советские реликвии как туристическую достопримечательность, но зреющая у Владимира Путина ностальгия по СССР выставляет их во все более зловещем свете.

Норвежская и русская общины на архипелаге мирно сосуществуют с тех пор, как СССР подписал Шпицбергенский трактат 1920 года. И если долгое время Лонгйир и Баренцбург способствовали здоровому экономическому и культурному сотрудничеству, то с началом спецоперации на Украине в 2022 году все переменилось. "Ситуация щекотливая, и у нас уже не тот диалог, что прежде", — говорит мэр Лонгйира Терье Ауневик.

Мы с Ауневиком встречаемся в его кабинете в совете Лонгйира. Высокий, с соломенными волосами, он впервые приехал на Шпицберген в 1998 году каюром. "Гонки на собачьих упряжках были тогда смыслом моей жизни", — вспоминает он. Совет он возглавляет с 2023 года. На стене за его столом висит берцовая кость белого медведя длиной 40 сантиметров — подарок норвежского правительства.

В Лонгйире проживает и 57 россиян, большинство из которых — сотрудники "Арктикугля". "Разумеется, было бы верхом наивности не учитывать, что в Лонгйире идет сбор разведданных, — рассуждает Ауневик. — Это совершенно очевидно". В прошлом году "Арктикуголь" восстановил гражданское сообщение между Баренцбургом и Мурманском, избавив россиян от необходимости оформлять шенгенские визы ради поездки на Шпицберген через Норвегию. Рейсы нерегулярны и зависят от погодных условий, и Норвегия все больше нервничает: она не в силах отслеживать, кто прибывает на архипелаг из России — или какие грузы, гражданские или военные, эти корабли возят в обход санкций. Первый рейс прибыл в Баренцбург в начале прошлого месяца. Сообщается, что всего на этот год запланировано еще девять.

В последние годы Москва все активнее крепит русскую общину на Шпицбергене. В 2024 году Русская православная церковь учредила на архипелаге постоянный приход. В прошлом году Кремль выделил "Арктикуглю" субсидий на 18,3 миллиона фунтов стерлингов (информация не подтверждена российскими официальными источниками, — прим. ИноСМИ). Учитывая, что добыча угля на Шпицбергене приносит России лишь убытки, а община столь мала, вопрос напрашивается сам собой: почему Кремль так активно вкладывается в свое присутствие на архипелаге?

Ответ кроется в том, что Шпицберген расположен всего в 1 200 километрах от Мурманской области, где базируется Северный флот. На его долю приходится примерно две трети атомных кораблей ВМФ России, включая минимум мере 23 подводные лодки. Сообщается, что подводные лодки несут оружие, способное поразить Америку через Северный полюс. Важно отметить, что воды вокруг Мурманска зимой не замерзают, что позволяет флоту круглый год выходить в Арктику и Северную Атлантику.

Норвегия и Шпицберген примыкают к так называемому "Медвежьему проливу" — водному коридору для Северного флота в Северную Атлантику. Хотя международный договор об архипелаге запрещает военную деятельность, в стратегическом плане тот, кто контролирует Шпицберген, обретет преимущество в Медвежьем проливе в "горячей" войне. Министр обороны Германии Борис Писториус недавно заявил с нескрываемой тревогой: "В случае эскалации в Европе Россия наверняка задействует Северный флот и откроет второй фронт, перережет трансатлантические линии снабжения и будет угрожать атомными подводными лодками обеим берегам Атлантики".

Исторически интересы России на Шпицбергене казались оборонительными, однако военные предупредили, что, по некоторым признакам, Москва переходит к наступательной позиции. В 2022 году морская доктрина России провозгласила главной целью "ограничение иностранной военно-морской деятельности в согласованных районах" — включая воды Северного морского пути.

Военные эксперты отмечают, что в последние годы значительная часть личного состава Северного флота была переброшена на Украину, что привело к ослаблению российского присутствия на севере. Но это отнюдь не значит, что российская угроза для Европы самоликвидировалась. Глава генштаба Норвегии вице-адмирал Руне Андерсен предупредил, что по окончании конфликта на Украине Москва планирует перегруппироваться и расширить свои вооруженные силы. "Мы готовимся к тому, что Россия станет еще опаснее", — сказал он.

Загвоздка в том, что, поскольку лишь Норвегия гарантированно соблюдает запрет Шпицбергенского трактата на использование архипелага в военных целях, нет никаких гарантий, что Россия не попытается захватить его до того, как Осло сможет нанести ответный удар. Поэтому вот где таится подлинное испытание для НАТО: согласятся ли союзники Норвегии вступить в конфликт с Россией, чтобы отбить Шпицберген?

В Лонгйире власти предпочитают действовать медленно и осторожно. "Спокойствие и стабильность были главными принципами норвежской политики с 1980-х годов", — объясняет Ауневик. Это значит никаких неподобающих провокаций. Однако конфликт подбирается все ближе к берегам Шпицбергена, и похоже, что этот подход долго не продержится.