Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Югославы - вымирающий вид?

Спустя двадцать лет после распада Югославии и переписи населения 1991 года, в которой около одного миллиона человек идентифицировали себя как югославы, мы попытались выяснить, где эти люди сегодня, и что югославского в них осталось...

© Public domainФлаг бывшей Югославии
Флаг бывшей Югославии
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Спустя двадцать лет после распада Югославии и переписи населения 1991 года, в которой около одного миллиона человек идентифицировали себя как югославы, мы попытались выяснить, где эти люди сегодня, и что югославского в них осталось. В Хорватии перепись населения состоится в апреле, в Сербии ее отложили до октября, а в Боснии и Герцеговине не известно, будет ли она вообще. В частности, в этой стране после войны переписи так и не было.

В Хорватии перепись населения состоится в апреле, в Сербии ее отложили до октября, а в Боснии и Герцеговине не известно, будет ли она вообще. В частности, в этой стране после войны переписи так и не было.

Югославы, как анти-националистическая категория

К югославкам себя причисляет Мая Рогич, жительница города Нови-Сад, рожденная всего за год до смерти пожизненного президента бывшей страны Иосипа Броза Тито. Почему Мая Рогич считает себя югославкой по сей день?

«Я думаю, главная причина в том, что я выросла в семье, где чтили братство и единство, и в которой уважали достижения Югославии. Так что я думаю, что решающее влияние на это оказали мои родители. И даже в девяностые годы, когда начали происходить страшные вещи, когда началась война, они не перешли ни на одну из сторон, они остались верны тому югославскому духу».
 
Горана Бехмена из Сараева также не волнует национальная принадлежность. «Если вы спросите меня о моей национальности, то я отвечу вам так, как я себя ощущаю, а я ощущаю себя южным славянином, боснийцем и герцеговцем. К этому можно еще добавить, что я сараевлянин, родом из Герцеговины и так далее».
 
Идея мертва?

Биляна Касич, преподавательница на философском факультете в Загребе, считает, что югославской идеи сегодня почти не существует. «На мой взгляд, югославская концепция в идеологическом и политическом значении сегодня мертва, и в этом смысле трудно возобновима. Причина, прежде всего, в национальных, а точнее в националистических проектах, которые частично привели к краху югославского сообщества».

Алексей Кишьюхас, социолог с факультета философии в Нови-Саде, однако, считает, что идею все-таки можно возродить. «Существует своего рода ностальгия по тем временам. И эта ностальгия абсолютно понятна, она есть и в странах Восточной Европы. Поэтому, я считаю, что если бы возникла какая-то инициатива по сохранению этой самобытности, не факт, что она бы провалилась».

По словам Кишьюхаса, националистам ни одного из новосозданных государств не выгодно, чтобы люди называли себя югославами, и потому мы часто слышим жалобы, что югославы не могут быть признаны как национальное меньшинство. «Сегодня югослав это какая-то подрывная идентификация. Из-за отсутствия государства-нации, она как таковая, в первую очередь является антинациональной идентификацией и настаивает, прежде всего, на многонациональной основе, которая и характеризовала югославское пространство как таковое».

Югославская самобытность

Горан Бехмен не согласен с аргументами, что у югославов нет своей самобытности, своего ​​языка, своей культуры и даже своего рок​​-н-ролла.

«Нельзя сказать, что Ekatarina Velika исключительно сербская группа, она югославская. Точно также Bijelo dugme хотя и сараевская, но не только боснийская. Она и боснийская, и сербская, и хорватская и македонская группа. То есть, она стала символом движения, которое называется «экс-Ю-рок».

И активист движения за мир из Загреба Огнен Тус считает, что сотрудничество между бывшими югославскими республиками открыто. «И, конечно, в первую очередь культурное, поскольку этот язык понятен всем в этом регионе. Так что трудно закрыть границы для обмена идеями. Люди, которые испытывают потребность обмениваться идеями, всегда будут дружить, как бы они не назывались».
 
Биляна Касич считает, что дополнительный стимул для югославской идеи произростает из ностальгии по более богатому экономическому прошлому бывших наций и народностей экс-Югославии. «Но это не означает, что нет заинтересованности в югославской концепции. Она, с одной стороны, движима драмой социального и экономического краха ряда государств, возникших на територии бывшей Югославии, так называемых стран переходной экономики. А с другой стороны, и функциональными интересами. Я, в первую очередь, имею в виду неизбежные рыночные взаимоотношения».

Исчезающий вид

Так или иначе, югославам не легко в современных государствах. По крайней мере, так говорит Мая Рогич, отвечая на наш вопрос о том, как она себя чувствует, как югославка в Сербии. «Обездоленное меньшинство, вид, находящийся под угрозой исчезновения, вымирающая порода... И я так сожалею об этом... Мне очень жаль, что так мало людей на вопрос «кто вы» не сразу определяется с этнической принадлежностью».

Согласно переписи населения 2001 года в Хорватии, югославы не выражены как отдельная категория. В Сербии, согласно переписи 2002 года, югославами назвали себя более 80 тысяч человек, в основном в Воеводине - около 50 тысяч. В Боснии и Герцеговине в 1991 году, до кровавой войны, жило более 240 тысяч югославов. В общем, в бывшей СФРЮ чаще всего называли себя югославами рожденные в смешанных браках.