С тех пор как кадры с безжизненным телом маленького Айлана (Aylan), утонувшего вместе с матерью и братом при попытке перебраться в Грецию, облетели весь мир, проблема беженцев особенно остро встала на мировой повестке дня. В ЕС (по оси Венгрия — Германия) она приобрела тенденцию к эскалации, а после того, как венгерка-журналистка толкнула беженца, убегавшего от полиции на венгерско-сербской границе, а венгерский премьер-министр сделал ряд сенсационных заявлений, стало ясно, что в гуманитарном измерении этой проблемы все совсем плохо. Теперь миграционная проблема возникает перед нами как новый инструмент тайной войны.

Проблема беженцев, которая достигла своего пика вместе с 11 сентября и арабской весной и является следствием войн, идущих в границах целевой области проекта «Большой Ближний Восток», стала некой демографической бомбой, которую конкурирующие элементы на данном этапе используют друг против друга. Поэтому попытки интерпретировать проблему только в контексте беженцев — главных жертв этой грязной войны — не совсем верны. Эти люди — всего лишь жертвы этой новой игры, как и других кровавых войн...

Прежде всего следует отметить, что мир давно находится в состоянии большой неназванной и необъявленной войны. Меняются лишь методы и средства, которые стороны используют для достижения своих целей.

Но разжигатели этой войны сейчас сталкиваются с таким ее последствием, на которое они вовсе не рассчитывали. У их порога — беженцы! Ни их прогнозы, ни ряд мер, предпринятых до этой войны, не предусматривали такой вероятности. Но все пошло наперекосяк. Жители стран, которым в рамках «политики неоколониализма» пытались навязать определенные идеалы, стали угрожать Европе и ее «ценностям».

Европа, которая говорила о «нашествии варваров» и еще совсем недавно пыталась строить большую европейскую крепость, снова показала, что она сама — главный в мировой истории варвар. Политика соседства Европы, которая пыталась создать безопасную буферную зону у своих границ, а точнее — на территории бывшей Римской империи, провалилась.

Особое внимание обращает на себя желание этих мигрантов и беженцев, которые, как ожидалось, поселятся в таких странах, как Турция, Иордания и так далее, при первой удобной возможности перебраться в Европу и прежде всего в Германию. В это же время беженцы, подошедшие к европейским границам, потенциально способны заронить зерно новых кризисов и расколов не только в ЕС, но и во всем западном мире. То, что США винят в происходящем ЕС (и особенно Германию), а страны ЕС — друг друга, четко указывает на это.

В этой связи нельзя пропустить следующее высказывание премьер-министра Венгрии Виктора Орбана (Viktor Orban): «Это проблема Германии, а не Европы». Этот выпад важен по той причине, что он свидетельствует о «немецкой трещине» внутри ЕС и отражает реакцию союза на политику, которую проводит Германия. Очевидно, США и некоторые силы в составе ЕС вежливо намекают Берлину: «держи свои руки подальше от Ближнего Востока, Балкан, Восточной Европы; в противном случае ты понесешь ответственность за последствия своих действий».

Премьер-министр Венгрии, то есть одной из стран союза, который рассматривают в качестве защитника демократии и прав человека, заявил, что однажды мусульмане составят большинство в Европе, и если Европа допустит соперничество между культурами, то христиане проиграют. «Европа должна остаться христианской», — подчеркнул Орбан. Далее он выразился так: «Единственно возможный выход для сохранения Европой своей христианской культуры — больше не принимать мусульман. Однако высокопоставленные политики Европы не любят говорить об этом».

Прежде всего из этих заявлений следует, что ЕС — по-прежнему «христианский клуб». Под эгидой «европейских ценностей» людям приходится терпеть очень многое. А с преданием гласности подхода, в котором нет человечности, а за основу человеческой цивилизации принимается только христианство, опять же наружу выходит истинная природа проекта ЕС.

Когда верховный представитель ЕС Федерика Могерини (Federica Mogherini) игнорирует гуманитарное измерение этого вопроса и смотрит на кризис беженцев исключительно через призму квот, - это не что иное, как беспринципность. При взгляде на фотографии трехлетнего Айлана она говорит, что политики устали от призывов эмоционально реагировать на такие факты, «наше дело — принимать взвешенные, рациональные решения и контролировать свои эмоции».

Да, Европа как подстрекатель «нового переселения народов», судя по всему, не сможет выплыть из-под этой миграционной волны. Западная политика неоколониализма начала давать обратный эффект. Хваленые европейские идеалы провалились. Наружу торчат лишь их материальные аспекты, с моральной же точки зрения они совершенно пусты и учитывают только интересы христиан.

Пусть больше никто не говорит нам о европейских ценностях!