«Вода — стратегический ресурс, который определит будущее Средней Азии, но одновременно это и бомба с часовым механизмом и пультом дистанционного управления, которая в любой момент может быть приведена в действие в силу проблем в области управления водными ресурсами в регионе». Эти слова принадлежат руководителю Академии гидрополитики и эксперту по проблемам водных ресурсов Дурсуну Йылдызу (Dursun Yıldız), который в беседе с изданием дал ответы на целый ряд вопросов: какие препятствия стоят на пути регионального сотрудничества в Средней Азии в сфере водных ресурсов, насколько доступ к водным ресурсам равноценен вкладу в обеспечение их сохранности, какие проекты способны помочь решить проблемы в области управления водными ресурсами и какие страны могут лидировать в процессе разработки таких проектов.

Воде приписывают разные смыслы


Региональное сотрудничество в сфере управления водными ресурсами в Средней Азии сталкивается как с проблемами общего толка, так и специфическими, характерными только для данного региона вопросами. Так, серьезным препятствием является рассмотрение права водопользования в рамках вопроса национальной независимости (отсюда разное понимание и отношение к проблеме водопотребления). Здесь же — разный уровень регионального влияния и развития находящихся в регионе государств, а также стратегии глобальной напряженности и их реализация. Кроме того, в уже не столь отдаленном будущем одной из существенных проблем станет вопрос глобальных климатических изменений.

Проблема не решается, а откладывается

Средняя Азия — регион, в котором существуют и географические, и культурные предпосылки для того, чтобы местные государства сотрудничали между собой. К этому их подталкивают самые разные обстоятельства. Но сегодня такое сотрудничество выглядит весьма отдаленной перспективой. Некоторым странам, пусть с момента получения независимости и прошло уже 23 года, до сих пор не удалось создать стабильный механизм управления. Сегодня у них нет ни малейшего желания реализовывать заключенные ими соглашения — вопреки тому, что эти документы позволили им преуспеть в создании нормативно-правовой базы в области управления водными ресурсами. В то же время создается впечатление, что большинство этих соглашений направлено не столько на решение и устранение источника проблемы, сколько на затягивание этого процесса. Кроме того, не способствует тому, чтобы страны этого региона испытывали необходимость в соблюдении своих договорных обязательств, и тот факт, что в этих государствах нет ни полноценной и функционирующей институциональной структуры, ни сложившейся традиции межгосударственных отношений, которая отвечала бы новой ситуации в регионе.

Неравноправный вклад и водопользование


Для среднеазиатских республик характерна несоразмерность объемов водопотребления и вклада этих государств в обеспечение сохранности водных ресурсов региона. То есть страны, вклад которых незначителен, желают использовать и, фактически, используют огромную долю водных ресурсов региона. Так, если говорить о бассейне Аральского моря и таких реках, как Сырдарья и Амударья, то в пределах Киргизии формируется 25% общего стока этого бассейна, в Таджикистане — 49%, в Узбекистане — 9,5%, в Казахстане — 2,5%, в Туркмении — 1,5%, в Афганистане и Иране — 13,5%. При этом после распада СССР Киргизии было выделено только 3,5% общего количества ресурсов Сырдарьи и Амударьи, Таджикистану — 11%, при этом Узбекистану — 51%, Туркмении — 21%, Казахстану — 12%. 90% объема водных ресурсов Сырдарьи было предоставлено Узбекистану и Казахстану, 86% ресурсов бассейна Амударьи было передано Узбекистану и Туркмении. Примечательно, что на долю Туркмении, которая практически не вносит вклада в пополнение ресурсов этих рек, приходится 43% водных ресурсов Амударьи.

Региональное лидерство смещается в сторону Казахстана

Две страны, которые мечтают о лидерстве в регионе, — Казахстан и Узбекистан. Но попытки Узбекистана жестко выстраивать отношения с соседями ведут к сдвигу регионального лидерства в сторону Казахстана. Многие региональные проекты сегодня осуществляются при активной поддержке или даже ведущей роли Астаны. Да, в Средней Азии какая-нибудь страна может выйти на первый план, могут появиться международные институты, которые будут способны разработать региональные проекты в области управления водными ресурсами. Но по уровню и приоритетам развития страны в этом регионе резко отличаются друг от друга. Кроме того, в области управления водными ресурсами здесь все еще ощущается влияние советского периода. Поэтому, по крайней мере сегодня, сотрудничество в регионе при наличии какого-либо регионального лидера или международного института выглядит делом достаточно затруднительным.

Прежде всего необходимо выработать единые представления о безопасности

В регионе происходят стремительные изменения. Очевидно, силы, желающие контролировать эти перемены, могут чинить препятствия на пути регионального сотрудничества. В любом случае такое сотрудничество не может существовать только в области водных ресурсов. В регионе в первую очередь необходимо единство в восприятии вопросов безопасности. Помимо этого, назрела потребность в том, чтобы развивать отношения взаимозависимости, создавать масштабное сотрудничество, которое охватит не только водные, но и энергетические ресурсы. Все это ставит перед регионом задачу — обеспечить устойчивое развитие и избегать каких бы то ни было конфликтов. Однако это будет непросто для региона, который на протяжении последних 23 лет находится на шахматной доске международной системы и постоянно сталкивается с проблемами в области управления водными ресурсами.