Четверть века назад, когда в Восточной и Центральной Европе один за другим рушились коммунистические режимы, экономически разоренный Советский Союз мог только бессильно смотреть на это. Затем СССР распался, и восточноевропейские страны бросились вступать в Организацию Североатлантического договора и в Европейский Союз. Тем не менее Россия так и не отказалась от своей сферы влияния. Однако теперь вместо войск она использует сеть экономических связей с бывшими сателлитами.

Финансируя строительство АЭС в Венгрии и трубопроводов в Болгарии, Россия покупает себе влияние в Восточной Европе. Несмотря на российско-украинский конфликт, большая часть региона считает невыгодным для себя идти наперекор российским интересам. Венгерские, словацкие и чешские политики откровенно выступают против ужесточения европейских санкций против России, утверждая, что на их экономики подобные санкции лягут более тяжелым бременем, чем на экономики их западных соседей.

«Русские ведут с ЕС классическую игру по принципу "разделяй и властвуй", — считает Отилия Дханд (Otilia Dhand), аналитик специализирующейся на политических рисках консалтинговой компании Teneo Intelligence. — Им важно, чтобы национальные интересы отдельных стран сильнее влияли на принятие решений, чем общие интересы Евросоюза».

Один из главных инструментов России — Сбербанк, ее крупнейшее кредитное учреждение, контролируемое государством. В последние годы Sberbank Europe, активы которого составляют 12 миллиардов евро, укрепляет свое присутствие в Центральной Европе и на Балканах. Он активно расширяет свою филиальную сеть и щедро кредитует компании из бывших коммунистических стран. В апреле он согласился предоставить хорватской компании Agrokor кредит в 820 миллионов долларов на приобретение словенской фирмы Mercator. В результате этой сделки должна возникнуть крупнейшая розничная продуктовая сеть на Балканах.

Однако в первую очередь Россия фокусируется на энергетике. Ранее в этом году она заключила с Венгрией соглашение о строительстве двух ядерных реакторов. Под этот проект Кремль предложил венграм кредитование на сумму до 10 миллиардов долларов на 30 лет по ставкам ниже рыночных. Ни один западноевропейский коммерческий банк не мог бы предложить такие условия.

В июне Сбербанк объявил, что он предоставит кредитную линию на 1,2 миллиарда долларов Slovenske Elektrarne — энергетической компании, контролируемой итальянской Enel. Между тем словацкое подразделение Enel до сих пор не может закончить строительство спроектированной еще в Советском Союзе АЭС «Моховце». Глава Enel Франческо Стараче (Francesco Starace) отмечал, что компания рассматривает возможность продать свои словацкие активы в рамках программы по сокращению задолженностей. По данным некоторых словацких и российских СМИ, в число потенциальных покупателей входит российское государственное ядерное агентство Росатом. Enel отказывается комментировать эту тему.

«Российская политика щедрого кредитования — «это целенаправленная (и, судя по всему, вполне удачная) попытка приобрести экономическое и геополитическое влияние, — считает главный экономист лондонского отделения Standard Bank Group Тимоти Эш (Timothy Ash). — Маленьким странам — Венгрии, Словакии, Сербии — нужны иностранные инвестиции. Деньги решают многое». Впрочем, по словам Эша, не только восточноевропейцы заботятся в первую очередь о собственных экономических интересах. В мае США и ряд стран ЕС раскритиковали Францию за то, что она решила не отказываться от сделки по продаже России двух вертолетоносцев «Мистраль». Италия и Австрия поддерживают газпромовский проект трубопровода «Южный поток», цель которого — поставлять газ в Европу в обход Украины.

Готовность соседей принимать российские деньги не нравится Польше, а также прибалтийским республикам — Эстонии, Латвии и Литве, единственным посткоммунистическим странам ЕС, граничащим с Россией. В отличие от своих центральноевропейских собратьев, они хотят, чтобы санкции против Москвы были ужесточены, и стремятся видеть на своей территории больше войск НАТО.

Чехи, словаки и венгры, напротив, говорят, что больше солдат НАТО на их земле им не нужно. Они подчеркивают важность деловых связей со Сбербанком и другими российскими компаниями. Иржи Пеге (Jiří Pehe), директор Нью-йоркского университета в Праге и бывший советник покойного чешского президента Вацлава Гавела, утверждает, что в период украинского кризиса политика этих стран в отношении России выглядит «оппортунистической».

По мнению Дханд из Teneo Intelligence, Россия делает ставку именно на подобный оппортунизм. Это и заставляет Москву укреплять экономические связи с теми европейскими странами, которые беднее и меньше прочих, но при этом имеют право голоса в делах Евросоюза. «Для русских это вопрос эффективности, — говорит она. — Они вкладывают миллиард долларов в маленькую страну вроде Словакии — и все, страна куплена. Это абсолютно рациональное бизнес-решение».