Рада является весьма сомнительным «источником» легализации временной киевской власти, тем не менее, формально это так. Исполняющий обязанности спикера и президента – «плод» некой «народной коалиции», сформированной в парламенте в феврале. Не прошло и ста дней, как ВР превратилась в откровенное политическое болото, функционирующее (если так можно сказать) в режиме полураспада. Пленарные заседания становятся большой редкостью. И это вполне объяснимо, поскольку устойчивого и «демократического» большинства в парламенте нет.

И откуда ему, собственно говоря, взяться? Дело ведь не в отказе Партии регионов и коммунистов от голосования в сессионном зале. Формально во фракции ПР в настоящее время состоит 103 народных депутата, а в КПУ – всего 33. Оставшихся должно с лихвой хватить на законодательное обеспечение так называемого «нового европейского курса». Однако раз за разом проваливаются голосования по принципиальным для киевской власти законопроектам. Чуть ли не каждую неделю идут разговоры об отставке руководства Рады. Представительный орган власти умирает.

Политическая смерть началась, естественно, с «регионалов». Это уникальный случай, когда ведущая политсила за считанные недели практически полностью потеряла свой электорат. И нет никаких шансов на его возвращение, поскольку образовавшийся вакуум в традиционном для ПР регионе заняла Россия. Сами же «регионалы» распались на собственно «партийную» фракцию (103 парламентария), депутатские группы «Экономическое развитие» (38) и «Суверенная европейская Украина» (35), а также пополнили численность внефракционного отстойника, в котором сегодня находятся 74 человека.

«Батькивщина» (88 депутатов) неформально раскололась на «свидетелей последнего пришествия Юлии Владимировны» (ортодоксальные юльки во главе с Андреем Кожемякиным), «фронтовиков» Арсения Яценюка, так и не интегрировавшихся в ряды «материнской секты», и группу друзей Петра Порошенко. Это основное деление. Они еще дробятся по мелкопартийному, финансово-спекулятивному и даже половому признаку.

Фракция УДАР (41 экземпляр) переживает период жуткой депрессии. Они же рассчитывали получить в собственность страну, разделили между собой все хлебные должности, а в результате оказались в роли бэк-вокала. Знаете, как сильно подобное положение влияет на больную психику «ударников». Человек уже видел себя в кресле главы Администрации президента, готовился встречаться с выдающимися европейскими лидерами, купил специальное представительское платьичко, как бум – максимум, на что он может рассчитывать – директор платного туалета на Крещатике. Это называется кризис целеполагания, дополненный обычным маразмом. Отведенная Виталию Кличко роль мэра в городе, погруженном в девяностые годы прошлого века с соответствующей атмосферой и товарно-денежными отношениями, их явно не устраивает. К тому же Киевсовет после выборов будет напоминать сходку сотников «евромайдана», выясняющих, кому полагается больший куш за участие в «революции».

«Свобода» (35 депутатов) приходит к осознанию простого факта: на предстоящих парламентских выборах она не преодолеет четырехпроцентный барьер, поскольку, как ни парадоксально, уровень ее поддержки в Галичине упал до одного процента. Она, как ни странно, повторила судьбу Партии регионов, только в более извращенной форме.

О группировках с громкими, абсолютно идиотскими названиями, выдуманными в период февральских страхов, мы даже упоминать не будем. Труп еще шевелится, но это всего лишь судороги. Понятное дело, что подобный парламент по определению не может быть дееспособным. Но самая большая проблема – предстоящее введение пропорциональной избирательной системы.

То есть ликвидация мажоритарных округов и избрание депутатов исключительно по партийным спискам. Вот это их больше всего пугает. Половина нынешней ВР (225) – мажоритарщики.

Они любовно «выращивали» свои округа, вкладывали в них бюджетные средства, расставляли своих людей. И вдруг рискуют потерять все, нажитое непосильным трудом. Поэтому именно мажоритарщики сегодня наиболее заинтересованы в срыве президентских выборов.

Теперь собственно о выборах. Ставка, как это уже неоднократно отмечалось, делается на их проведение любой ценой. Делается вид, что кампания проводится по всей Украине, включая Республику Крым, Донецкую и Луганскую республики. «Антитеррористическая операция» не остановится вплоть до инаугурации нового президента. Гражданская война заставляет их спешить и пытаться все успеть в один тур. До второго тура (15 июня) провернуть все задуманное уже точно не получится.

Давайте проанализируем ситуацию в поствыборном ключе. 25 мая, 22.00. На всех центральных телеканалах объявляются результаты экзит-полов. Кандидат «Х» набирает совершенно сумасшедшие проценты – 60, 70 и даже 75! Ни слова не сообщается о перестрелках и гибели мирных жителей в Луганской и Донецкой областях в ходе «миротворческой АТО». Наоборот, акцент делается на то, что, несмотря на все усилия сепаратистов и террористов, выборы на юго-востоке и в Крыму состоялись! Делается вывод о том, Украина остается единой и неделимой. Уже на базе экзит-полов, которые проводят конторы, сидящие на европейских и американских грантах, формируется мнение о победе кандидата «Х» в первом туре. Сразу же на следующий день появляется информация о потрясающих успехах АТО: от сепаратистов зачищена целая лесополоса и села в ряде районов Луганской и Донецкой областей, батальон «Днепр» занял сельсовет, установлен контроль над 120-ю блокпостами. ЦИК безропотно подсчитывает голоса, и в результате выясняется, что благодаря невиданной поддержке юго-востока президентом становится все тот же «Х»!

Понимаете, в чем цинизм ситуации? Военная операция в Донецке и Луганске используется в качестве обоснования победы в один тур. Тимошенко, естественно, заявляет о массовых фальсификациях. Объявляет третий майдан. В таких условиях главной задачей бывшего кандидата «Х» является роспуск Верховной рады, в которой: а) никогда не будет пропрезидентского большинства; б) не найдется голосов на формирование нового правительства и принятие новой же Конституции с элементами «децентрализации». Нет, конечно, теоретически договориться с подобной Радой можно, пообещав не распускать ее до конца срока полномочий и не вводить пропорциональную систему для голосования. Но издержки подобного шага крайне велики. В результате может сложиться ситуация, когда в стране будет один президент, сомнительно избранный в однотуровом голосовании. Его признает ЕС и США, но вряд ли признает Россия. ВР объявляется распущенной, однако это решение, как и легитимность нового президента, опять-таки будет поставлено под сомнение. В итоге будет полуизбранный глава государства и полулегитимный парламент. К тому же как бы распущенный. Вот это и создаст основание для стремительной фрагментации страны. Причем процесс будет идти как с востока, так и с запада. Введение чрезвычайного положения лишь ускорит это разделение.