Над тундрой садится солнце. Северные олени возвращаются в деревню после месяцев миграции на российском крайнем севере. На снегоходах - оленеводы, в основном представители коренных народностей саами и коми.

Григорий Хатанзеи, оленевод: Мы специально выбираем тех, которые пойдут на мясо, и уводим на убой. Мы их перегоняем группами, это первая, за ней пойдут остальные.

На следующее утро животных забивают. Уже в течение нескольких лет это происходит в феврале, а не в декабре. Причина – потепление климата. Путь оленей в деревню лежит через многочисленные речки, то есть надо дожидаться, чтобы лед стал достаточно крепким.

 2 месяца задержки для оленеводов означают потерю дохода.

Владимир Филиппов, фермы “Тундра”: Если олени забиты в декабре, у них совсем другой убойный вес. За два месяца каждая голова теряет 10 кило мяса. В итоге получается 4-5 миллионов убытков.

Это примерно сто тысяч евро потерь для этой фермы. Управление решило взять ситуацию в свои руки и найти экологическое решение проблемы.

Виктор Старцев, содиректор фермы “Тундра”: Мы планируем поставить ветроэнергетические комплексы и холодильники там, где пасутся олени. Так нам не придется ждать, пока замерзнут речки и озера. Мы получим возможность забивать животных прямо на месте в декабре, и потом на снегоходах отвозить мясо в деревню.

Сейчас ферма ищет финансирование для своего проекта. Но оленеводы все равно обеспокоены. Потепление – не единственная проблема. Охотники и развитие инфраструктуры с каждым годом все больше разрушают их землю.