Atlantico: В обнародованном в понедельник докладе Международной организации труда отмечается упадок среднего класса во многих государствах с развитой экономикой. XXI век ознаменует собой исчезновение среднего класса? Почему?

Жюльен Дамон:
Говорить о его исчезновении было бы преувеличением. Как бы то ни было, в богатых странах и прежде всего США этот слой общества заметно сдает позиции, тогда как в развивающихся странах наоборот наблюдается тенденция по его формированию. Получается, что XXI век станет веком среднего класса в развивающихся странах, тогда как ХХ век был веком среднего класса в государствах, где к настоящему моменту уже сформировалась развитая экономика. В исследовании Всемирного банка говорится, что к среднему классу относятся люди, чей заработок колеблется в интервале от 10 до 100 долларов в день. В таком положении в настоящий момент находятся 2 миллиарда жителей нашей планеты. Большая их часть приходится на Европу и Северную Америку, тогда как на Азию — всего 28%. Примерно через десять лет зарабатывать от 10 до 100 долларов в день будут уже почти 3,5 миллиарда человек. Причем в своем большинстве они будут азиатами.


Николя Бузу: Об исчезновении говорить не приходится, но сокращение действительно происходит. Причина одинакова для всех развитых стран: экономическая обстановка в связи с глобализацией и ускорением процесса инноваций. В таких условиях экономический рост асимметричен и делит общество на два больших класса. Первый класс — это те, кто в состоянии разрабатывать и использовать инновационные инструменты, а также продавать их на изменившемся в ходе глобализации рынке. К нему относятся инженеры, дизайнеры и предприниматели. Второй класс образуют те, кто не успевает за прогрессом и не понимает явление глобализации. В обществе происходит деление людей на два этих класса. Кроме того, существует ряд обстоятельственных факторов, например, жилищные трудности и повышение налогов, который ускоряет этот процесс.

— Как отмечают в МОТ, ослабление позиций среднего класса в развитых странах вызывает беспокойство «по экономическим причинам», так как «принятие решений по долгосрочным инвестициям предприятий зависит от наличия большого и стабильного среднего класса, который в состоянии обеспечить потребление». Как отражается упадок среднего класса на экономике и в первую очередь на потреблении?

На улице Стокгольма


Николя Бузу: С того момента, как схема доходов людей начинает походить на песочные часы, система потребления приобретает точно такую же форму. Если у многих людей есть высокие доходы, а у еще большего числа людей — низкие доходы, такая ситуация ведет к расширению потребления товаров уровня эконом-класса и премиум-класса. Трудности среднего класса напрямую отражаются на системе потребления. Сегодня в развитых странах потребление находится на стабильном уровне. Однако на макроэкономических показателях сложно увидеть набирающее обороты деление на продукцию высокой и низкой ценовой категории. Все предприятия отмечают, что доля товаров среднего уровня неуклонно сокращается.

Жюльен Дамон: Рост среднего класса в западных странах был признаком развития общества потребления. Оказавшийся под давлением средний класс создает серьезные проблемы в плане форм потребления. Кроме того, в богатых странах среди этих самых форм потребления наблюдается расслоение на премиум-класс и эконом-класс. Такая поляризация потребления связана с расширением богатых и малообеспеченных слоев населения. Другими словами, в настоящий момент наблюдается противоположная тенденция по сравнению с тем, что происходило в период экономического роста с 1950-х по 1990-е годы.

— Если в развитых странах наблюдается существенное ослабление среднего класса, то в развивающихся странах, как отмечают в МОТ, он наоборот укрепляет позиции. Можно ли сказать, что эта тенденция — процесс исторической значимости, который поставит под сомнение существующее равновесие в мире? Идет ли все к обеднению западных стран?

Пассажиры в метро Сан-Паулу



Жюльен Дамон: Глобализация привела расширению товарооборота и сокращению бедности в развивающихся странах. Мощнейшая динамика выхода населения из бедности сейчас наблюдается в Китае, Бразилии и Индии, демографических гигантах, которые теперь стали гигантами в экономике. Некоторые государства, вероятно, и правда могут обеднеть, однако тенденция носит преимущественно демографический характер. Те, кто сегодня появляются на свет в развивающихся странах, обладают возможностями, о которых даже не мечтали их родители и родители их родителей. Другими словами в настоящий момент наблюдается скорее не относительное обеднение Запада, а мощное обогащение развивающихся стран.

Наличие автомобиля — это важнейший показатель среднего класса. В ХХ веке французский средний класс имел возможность приобрести автомобиль. То же самое четко просматривалось и в США с 1950-х по 1990-е годы. Сегодня возможность купить автомобиль — это то, что характеризует средний класс в Индии и Китае. В 2010 году в Китае насчитывалось 35 миллионов единиц личного автотранспорта. Раз обычная китайская семья состоит в среднем из трех человек, то модно подсчитать, что на средний класс приходится примерно 100 миллионов человек. В то же время в богатых странах покупка машины начинает создавать трудности, потому что она обходится все дороже и дороже. А в развивающихся странах личный автомобиль до сих пор еще не считается нормой.

Николя Бузу: Две главных причины упадка среднего класса — это технический прогресс и глобализация. Глобализация привела к тому, что рабочие места, которые в прошлом занимали представители среднего класса или небольшие чиновники, переехали в развивающиеся страны. С этой точки зрения в мире действительно существует некая передаточная система, движение. Тем не менее, частичным решением этих трудностей может стать подключение к экономическому росту развивающихся стран, попытка повторной индустриализации экономики. Нужно воспользоваться этой слабостью и превратить ее в силу.

— Может быть, сокращение среднего класса в развитых странах отчасти также связано с кризисом?

Утро в Париже


Николя Бузу:
Кризис усилил это явление. Возьмем, например, изменения в налогообложении. В условиях кризиса государства пытаются поднять налоги, чтобы тем самым увеличить сборы. В первую очередь утяжеление налогового бремени ударяет по среднему классу. Все дело в том, что повышение налогов не затрагивает людей с низкими доходами, а обладатели больших состояний гораздо подвижнее представителей среднего класса. Таким образом, большую часть возросшего налогового бремени придется нести именно среднему классу.

Еще один пример — это жилье. У людей с высокими доходами нет проблем с покупкой жилья, тогда как малообеспеченные граждане могут воспользоваться социальными программами. Среднему классу рассчитывать не на что. Тяжелые обстоятельства обостряют это явление, которое в целом носит структурный характер. Даже после выхода из рецессии у нас все равно продолжат обсуждать исчезновение среднего класса.

Жюльен Дамон: Нынешние обстоятельства серьезно отразились на покупательной способности среднего класса в Европейском Союзе. В первую очередь это касается Греции и Испании. Что касается Америки, там это явление носит более структурный характер. На протяжении примерно десяти лет показатели среднего заработка неуклонно идут на спад. Наблюдается сосредоточение богатств в руках наиболее обеспеченных слоев и концентрация населения на самых бедных уровнях общества. В целом структуру западного общества представляли как своего рода воздушный шар, тогда как в бедных странах его рассматривали как пирамиду с огромным основанием. С конца 1990-х годов мы начали чаще обращать внимание на то, что общества западных стран все больше напоминают песочные часы: речь шла о параллельном расширении богатых и бедных слоев при сужении средней прослойки. Сегодня мы наблюдаем великолепные «воздушные шары» в развивающихся странах и опасения насчет среднего класса в богатых государствах.

— То есть, политические планы по борьбе с неравенством и перераспределению общественных богатств обречены на провал? Как власти могут обратить вспять эту тенденцию?

Николя Бузу: Всплеск неравенства — это следствие трудностей среднего класса. Если проще, это означает, что в стране становится больше богатых и бедных. А также свидетельствует о провале политики перераспределения. Сегодня основой для укрепления общественных связей могут послужить политические программы в сфере образования и жилья. Когда вы увеличиваете плотность застройки и заселения в городах, тем самым вы снижаете квартплату для среднего класса и улучшаете социальные связи. Когда вы улучшаете образование детей, тем самым вы боретесь с неравенством.

Жюльен Дамон: На международном уровне существует мощная тенденция по сокращению неравенства путем обогащения одних и относительного обеднения других. Там, где появляются средние классы, происходит всплеск направленного вверх неравенства. Но там, где они теряют позиции, тоже ширятся неравенства при сосредоточении богатств в руках самых обеспеченных слоев (тот самый 1% населения) и обеднении представителей нижних слоев среднего класса. Таким образом, неравенство идет на спад на международном уровне и наоборот обостряется на национальном. Передаточная система, которая сопровождала появление средних классов в богатых странах на протяжении ХХ века, больше не способна поддержать их рост в настоящий момент.

Николя Бузу, экономист, преподаватель.

Жюльен Дамон, преподаватель, сотрудник парижского Института политических исследований.