Премьер-министр Литвы Альгирдас Буткявичюс сегодня заявил, что он лучше уйдет в отставку, чем будет рассматривать вопрос о том, отменять ли запланированный срок вступления страны в еврозону – 1-е января 2015 года. Литва - последнее прибалтийское государство, еще не вошедшее в еврозону. Латвия вступила в ряды стран, где расплачиваются евро, две недели назад, а в Эстонии евро используют еще с начала 2011 года.

И хотя некоторые латвийские законодатели считают, что, возможно, вступление в еврозону можно было бы отложить, а литовцы все меньше поддерживают членство в еврозоне, это довольно сильные слова премьер-министра, сильная угроза. Что-то подобное в чешской среде сложно представить, чтобы какой-то чешский политик так переживал из-за такой темы, как евро или еврозона, и считал этот вопрос настолько принципиальным.

У прибалтов в принципе иное понимание того, что означает членство в еврозоне. Для них каждая новая ступень интеграции в западные структуры - однозначный вопрос национальных интересов, национальной безопасности и идентичности. Мощная и всегда экспансивная Россия у этих народов - прямо под боком, и половину прошлого века эти страны не были в сфере советского влияния, они не были оккупированы, как мы, они просто стали частью Советского Союза.

Речь здесь идет не только о безопасности, но и об идентичности. Евро в Прибалтике воспринимается не только как инструмент торгового обмена, но и как один из символов европейства и принадлежности к Западу.

Но все сводить к геополитике и безопасности нельзя. Это еще и вопрос престижа и экономической рациональности. Вопрос престижа понятен. Литва по сравнению с Эстонией и Латвией - странами, с которыми она себя больше всего сравнивает и больше всего соперничает - выглядит отстающей, и премьер Буткявичюс просто не хочет слишком долго быть тем последним, над которым все смеются.

И еще есть вопрос экономической рациональности. В Прибалтике не спорят о том, распадется ли еврозона. Заверений Европейского центрального банка для местных экономистов и политиков, как правило, достаточно. Прибалтийские экономисты умеют подсчитывать, почему членство в еврозоне для них выгодно.
 
Чешская Республика временно, а может быть, и надолго, покинула глубокие евроскептические воды, но все равно сложно себе представить, чтобы какой-нибудь политик ставил вопрос членства в еврозоне так экзистенциально и драматически.

При этом у нас это тоже мог бы быть вопрос престижа. Словаки - в еврозоне, австрийцы и немцы - тоже. С точки зрения экономики, точнее – экономического роста, у всех дела идут лучше, чем у нас. Почему нас это не трогает? И еще вопрос экономической рациональности. И почему до сих пор еще не всем понятно, что из-за того, что у нас нет евро, мы довольно много теряем? Теперь есть надежда на проевропейское правительство, и группа промышленников, реагируя на ослабление кроны, даже отметила, что они уже хотели бы иметь евро. Но все равно - все так поздно и до сих пор так непонятно. И, пожалуй, еще можно добавить, так по-чешски - невежественно и по-домашнему.