Небезызвестная Каролин Фурест (Caroline Fourest) определенно будет рада: коррекционный суд Парижа недавно отпустил на свободу девять так называемых «активисток» Femen, которых преследовали за повреждение колоколов в соборе Парижской Богоматери 12 февраля 2013 года.

Ни слова о других обвинениях, которые могли бы выдвинуть против них. Да, эти вандальские выходки носили совершенно явный богохульный характер, однако во Франции нет закона с наказанием за богохульство. Как бы то ни было, действия Femen можно было бы рассмотреть как разжигание ненависти против определенной категории населения, то есть католиков, как оскорбление в адрес их самих и их лидеров, как эксгибиционизм или, по меньшей мере, как нарушение общественного порядка.

Однако никто этого так и не сделал, по всей видимости, осознанно сохранив лишь самый слабый пункт обвинения. Не было начато разбирательство и по поводу омерзительной сцены аборта Девы Марии в церкви Святой Марии Магдалины 29 декабря прошлого года, которую резко осудил мэр Парижа Бертран Деланоэ (Bertrand Delanoë).

Судебное решение выглядит тем более удивительным, что трех охранников, которые попытались выдворить активисток из храма, приговорили к штрафам в 1 500, 500 и 300 евро. В мире все словно встало с ног на голову!

Подобное несправедливое решение отталкивается от того факта, что, с учетом принципа индивидуализации ответственности, установить, кто из девятерых участниц акции повредил колокола, не представляется возможным, тогда как личность охранников не подлежит никакому сомнению. Получается так: набрасываться на одного нужно обязательно группой. Если он начнет защищаться, всем будет ясно, что это именно он наносил удары, а нападавших в этой мешанине разглядеть не получится, и их всех отпустят на свободу.

Так, что же думать о храбрых стражах правосудия в нашей стране, особенно с учетом всего остального, о чем сейчас пишет пресса?

— «Подозреваемый на свободе: мать жертвы протестует» (подростка забили до смерти, но обвиняемого отпустили, потому что в правоохранительных органах «ошиблись с датой»). В этой связи в тулузском отделении Социалистической партии осудили то, как оппозиция «смакует обычное происшествие».

— «Осужденный за убийство отделался штрафом» (убийцу в прошлом уже десять раз признавали виновным в побоях и агрессии).

— «В Ангулеме отпускают всех обвиняемых в групповом изнасиловании» (пятерых негодяев судили за «насильственную сексуальную связь» с девушкой-инвалидом).

Если следовать точно такой же логике, стоило бы лишить политического убежища Инну Шевченко, которая вот уже который год возглавляет это прекрасное движение. Почему ей вообще предоставили это убежище? Потому что в 2012 году на своей родной Украине она с пособницами свалила большой крест, который установили в память о миллионах жертв коммунизма. Подумать только, какой исполненный гуманизма поступок!

Становится ясно как день, что в республике Олланда ненависть к христианам возводится в абсолют. Чтобы хоть как-то спасти лицо, в прокуратуре подали апелляцию. Но что на самом деле стоит от этого ждать?

Даже если не возвращаться к событиям вокруг митингов противников однополых браков, когда власти разгоняли тысячи совершенно мирно вышедших на демонстрацию людей, или выдворению из дома Фрижид Баржо (судебные исполнители даже не посчитали нужным дождаться решения по поданной ей апелляции), мы, к нашему большому стыду, вынуждены признать, что Франция с наибольшим безразличием среди всех западных стран смотрит на судьбу христианских беженцев из Ирака. Даже министру Делькассе более 100 лет назад было прекрасно известно, что на нашей стане еще со времен Франциска I лежит особая миссия по защите восточных христиан (она была признана в договоре с турецким султаном), и что международные вопросы стоят выше наших внутренних споров вокруг светского государства. Однако невежественные социалисты-христианофобы времен Франсуа Олланда окончательно об этом забыли.

Да, можно действительно признать излишне суровым вынесенный в Москве приговор к двум годам тюремного заключения активисткам Pussy Riot за вандализм и разжигание религиозной ненависти в знаменитом Храме Христа Спасителя, который был возведен в память о победе над Наполеоном, разрушен при Сталине, а затем вновь отстроен за немалые деньги после краха коммунизма. Но разве стоит удивляться, что при виде такой однобокости французского правосудия все больше и больше французов (как христиане, так и нет) закрывают глаза на геополитику и масштабную кампанию по демонизации Владимира Путина (Каролин Фурест, разумеется, играет в ней свою роль) и начинают воспринимать его как последнего настоящего защитника христианского наследия в Европе?