Вы захотели приобрести недвижимость в США или в старой доброй Европе, например, в Швейцарии? В глазах российской финансовой разведки такая сделка априори будет подозрительной. Еще больше вопросов возникнет у нее при переводе ваших денег за рубеж. Причиной является нормативный документ, тихо опубликованный российской Службой по финансовому мониторингу 1 апреля 2015 года. И это не шутка.

Специально или нет, но вовсе не шуточный документ — информационное письмо, содержащее рекомендации «по разработке критериев выявления и определения признаков необычных сделок» — Росфинмониторинг опубликовал именно в праздник смеха. Сама по себе серьезная формулировка к шуткам не располагает. И совсем уж пропадает тяга к юмору, если учесть, что письмо является пояснением к так называемому «антиотмывочному» закону «115-ФЗ», который направлен на борьбу с легализацией доходов, полученных преступным путем, и с финансированием терроризма.

До широкой общественности содержание документа дошло уже ближе к концу месяца, и вот тогда-то и разгорелся нешуточный сыр-бор. Дело в том, что в соответствии с критериями, изложенными в письме, в число «необычных и подозрительных» автоматически попадают сделки, например, с приличными европейскими странами и с США, которые сами являются глобальными лидерами в борьбе с отмыванием преступных доходов.

Кстати, понятие «отмывание денег» возникло именно в Соединенных Штатах. В начале нулевых аналогичный закон, тот самый «115-ФЗ», появился и в России. В соответствии с этим документом финансовые операторы обязаны сообщать в уполномоченный орган обо всех подозрительных сделках своих клиентов. Цель — выявить так называемые «необычные» сделки, то есть операции, которые, скорее всего, совершаются с целью легализации сомнительных доходов.

Но вот незадача: точных признаков «необычности» сделок в этом законе не содержалось. Право определять эти критерии получил Центробанк (для финансовых организаций) и Росфинмониторинг (для организаций некредитных, например, посредников на рынке недвижимости, юристов и нотариусов), который по сути и стал главным уполномоченным государственным ведомством по антиотмывочному законодательству.

Эта структура не только отвечает в России за исполнение действующих нормативов в сфере борьбы с отмыванием, но и является органом выработки соответствующей государственной политики. Именно поэтому неожиданно всплывшее в конце месяца письмо финансовой разведки и наделало столько шума.

Иран и США в одном флаконе

Итак, о чем речь? При определении «необычных» сделок Росфинмониторинг предписывает руководствоваться прежде всего принципом «странового» риска. Проще говоря, вот вам признаки государств, сделки с участием которых уже априори являются подозрительными и требуют пристального внимания.

Казалось бы, очень удобно. Не надо ломать голову над каждой сделкой. Переводит, например, человек деньги на счет в стране, попадающей под описание, значит, нужно его проверить и сообщить «куда следует». В письме Росфинмониторинга указаны, прежде всего, государства, которые находятся под международными санкциями и занесены в черный список Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (FATF).

Но уже во втором пункте письма в число подозрительных попадают страны, в отношении которых «применяются специальные экономические меры» в соответствии с Законом «О специальных экономических мерах» от 30 декабря 2006 года . Один из его пунктов гласит, что такой мерой может быть «запрещение внешнеэкономических операций или установление ограничений на их осуществление». Очевидно, что в этих юридических формулировках явно просматриваются страны, в отношении которых Россия в прошлом году ввела так называемые ответные санкции.

«Да, страны, в отношении которых введены так называемые „антисанкции“, подпадают под действие пункта „б“ информационного письма Росфинмониторинга», — подтверждает Михаил Халецкий, юрист юридической фирмы «Некторов, Савельев и партнеры». «Кроме того, „страновой риск“ действует в отношении участников черного списка FATF (Иран, КНДР, Алжир и др.), стран, в отношении которых введены международные санкции и в которых участвует Россия (эти санкции вводятся Совбезом ООН, в частности речь идет о Конго, Либерии), и некоторые другие страны, например, Грузия».

Напомним, что на данный момент ответные санкции со стороны России распространяются на все 28 стран ЕС, на США, Канаду, Японию и Австралию. Но этим Росфинмониторинг не ограничился. Как рассказал газете «Известия», которая и обнаружила и довела до общественности письмо ведомства, источник в Росфинмониторинге, его рекомендации в целом затрагивают 41 страну, включая Ямайку, Мексику, Аргентину, Новую Зеландию — и Швейцарию.

Первые три страны попали в подозрительные, поскольку они недостаточно, по мнению финансовой разведки России, борются с наркоторговлей. Последние две — в связи с тем, что они если и не поддерживают режим санкций, то принимают, как Швейцария, меры по недопущению обхода санкций через свою территорию.

Бумагооборот вместо товарооборота

Предположим, что некий российский гражданин решил купить недвижимость, скажем, в США или Швейцарии. Для этого ему придется воспользоваться услугами посредников (юристов и нотариусов) и банков для перевода денег. И на каждом этапе он вызовет подозрение. Может быть организована тщательная проверка, затребованы дополнительные документы.

«При совершении сделок, которые имеют признаки „необычности“, финансовый оператор обязан в соответствии с собственными правилами внутреннего контроля проверить, не направлена ли эта сделка на отмывание незаконно полученных денежных средств или на финансирование терроризма.

Если подозрения подтвердятся, то о такой сделке нужно будет уведомить Росфинмониторинг. Даже если подозрения в результате проверки окажутся ложными, все равно финансовый оператор обязан будет задокументировать факт и результаты проверки и хранить составленную документацию определенный срок», — поясняет Михаил Халецкий. Для самих финансовых операторов, как видно, это чревато дополнительгыми тратами времени и денег.

«Поддержание отношений со странами, сомнительными с точки зрения Росфинмониторинга, может привести к запросу финансовыми организациями большого количества документов, подтверждающих подобные сделки, к увеличению сроков проведения операций вплоть до их полной остановки. В целом для бизнеса данный акт имеет негативный оттенок», — рассказывает Михаил Жолудев, управляющий партнер юридической фирмы КПФМ.

Политика и деофшоризация

Кроме бизнеса, который имеет интерес в указанных странах, меры эти распространяются и на иностранцев, которые проводят операции и сделки в России. Если говорить о частных лицах, то гражданин из страны, попадающий под критерии Росфинмониторинга и ЦБ, может запросто столкнуться в России с проблемами по обслуживанию своих счетов, карт, при обмене валюты.

Причем о том, что с его деньгами не все в порядке, он узнает только на стадии блокировки денежных средств или отказа от выполнения той или иной трансакции. Закон «115-ФЗ» прямо ведь запрещает информировать клиентов о принимаемых против них мерах. Но если такого рода правила порождают так много лишних действий, то зачем они нужны? Эксперты видят в этом политический момент — но не только.

«Доминирование странового риска в критериях „необычных“ сделок, явно свидетельствует о присутствии политического мотива», — считает доцент Финансового университета при правительстве России Андрей Иванов. «С одной стороны, логично, что государство рекомендует внимательней относиться к сделкам с участием государств, против которых оно само вводит какие-то экономические санкции. С другой стороны, к борьбе с отмыванием и финансированием терроризма эти меры отношения не имеет».

По мнению эксперта, неверно смешивать борьбу с легализацией преступных доходов и финансирование терроризма с противодействием предполагаемому обходу санкций. Он полагает, последнее больше относится к компетенции таможенной службы. «Конечно, странно выглядит ситуация, когда в один ряд ставятся США, где один из самых высоких уровней соблюдения законодательства, и, скажем, Иран с Сирией», — подчеркивает Андрей Иванов.

Еще один возможный мотив — борьба с рекордным оттоком капитала и деофшоризация. Ведь многие страны ЕС (Кипр, Нидерланды, Люксембург), а также не входящая в Евросоюз Швейцария, являются перевалочными пунктами для перекачки денег в офшоры и обратно. Возможно, именно поэтому Конфедерация тоже оказалась в числе «неблагонадежных» стран.