wPolityce (Польша): что означает для Польши операция в Минске? Это важный сигнал, предупреждающий, что пора взяться за работу

Читать на сайте inosmi.ru
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Экс-министр иностранных дел Польши считает, что в инциденте с самолетом все крутится вокруг Польши. Именно ей хочет навредить Россия, чьи спецслужбы якобы причастны к произошедшему, используя при этом Белоруссию. Политик все сводит к польской «занозе» — «Северном потоке — 2» и к врагам Польши, мешающим ей создать свой центр силы в Европе.

Интервью с бывшим министром обороны Польши Ромуальдом Шереметьевым (Romuald Szeremietiew).

wPolityce.pl: Какими были основные цели операции спецслужб, фактически угнавших самолет компании Ryanair и похитивших Романа Протасевича? Какую роль сыграли в ней российские спецслужбы?

Ромуальд Шереметьев: Последнее установить сложно, но, какую-то роль они, несомненно, играли. Операция как таковая, в свою очередь, должна стать для нас предупредительным сигналом, поскольку это очередной шаг России в рамках ее попыток навредить Польше. При этом она использует в качестве инструмента Александра Лукашенко, которому предлагается помощь в сохранении власти взамен за то, что он будет нападать на Польшу и создавать ей проблемы. Он платит такую цену, пожалуй, не до конца осознавая, чем все для него закончится. Так или иначе, России нужен не он, а Белоруссия, в этом суть.

Проведенная операция беспрецедентна: европейское государство совершило фактически акт террора, угнало самолет, обратившись к обману в российском стиле и использовав свои истребители. Событие вызывает крайнее возмущение: этого человека там арестовали, ему остается только посочувствовать, ведь Минск выписал ордер на его арест, а сейчас он подвергнется очень жестким репрессиям. Это может повлечь за собой различные последствия, для него лично крайне неприятные, а Польша и наша часть Европы получили очень важный сигнал, предупреждающий, что пора взяться за работу.

— Вы упомянули о Польше, а в деятельности создателей канала NЕХТА есть польские мотивы. Была ли эта операция направлена на продвижение российского тезиса о «поляках, выступающих пятой колонной в Белоруссии»? Следует ли ожидать атак на польское меньшинство?

— Я бы сказал, что это элемент более широкой картины. Стратегическая, важная цель, которую ставит перед собой Россия, заключается в подчинении Белоруссии. Она хочет достичь ее при помощи такого рода операций, заставляющих Польшу почувствовать, что ей угрожает непосредственная опасность. Это событие, разумеется, наносит удар по Польше, по польскому меньшинству в Белоруссии. Все к этому идет, именно этого россияне и добиваются.

— Вы сказали, что Кремлю нужна Белоруссия. Насколько эта операция была нацелена на то, чтобы ее подвергли остракизму? Россия смогла бы довести до конца план поглощения белорусского государства, получив на это международное одобрение.

— Это один из элементов плана. К сожалению, действия Запада и президента США помогают России. Могу себе вообразить, что бы происходило, если бы президент Трамп принимал такие решения, какие сейчас принимает Байден. Если России удастся достроить «Северный поток — 2», если появятся большие объемы газа, распределением которого займется Германия, став основным посредником Москвы, та получит дополнительные возможности. Существуют планы по созданию трубопроводов с российским газом, связывающих Германию и страны, которые укрепляют связи с Польшей в рамках «Инициативы трех морей». Цель состоит в том, чтобы не позволить нам создать собственный центр силы, который будет гарантировать Центральной Европе безопасность. Он стал бы влиятельным игроком, который занимает четкую идеологическую позицию, отличающуюся от той, какой придерживаются брюссельско-берлинско-парижские элиты, поэтому его появления не хочет ни Берлин, ни Париж.

Мы видим, что происходит на Западе в цивилизационном плане, как там выбрасывают на свалку христианские ценности, все то, на чем строилась европейская, западная цивилизация. Польша и Венгрия сопротивляются такого рода тенденциям, поэтому укрепление регионального центра, создающегося при их участии, не соответствует интересам ни России, ни так называемого Запада, в первую очередь Германии.

До сих пор мы могли в какой-то мере опираться на США, казалось, что нам удастся построить задуманное, но при новом президенте Вашингтон изменил позицию. Ситуация сложилась крайне сложная. Серьезные задачи стоят также перед польскими политическими кругами. Мы не можем рассчитывать на помощь оппозиции, которая старается всеми силами помещать Польше — «ужасному государству партии „Право и справедливость"». Вопрос, будет ли это государство способно сохранить и укрепить тот альянс, который начал формироваться в Восточно-Центральной Европе.

— Как ЕС и НАТО должны отреагировать на террористические действия в отношении гражданского самолета? Звучат идеи о проведении международного расследования, но достаточно ли сильное это средство?

— Все шаги, которые будет предпринимать ЕС в рамках отношений с Белоруссией, с точки зрения наших интересов, конечно, полезны, но мы знаем, что Евросоюз в плане возможностей воздействия — не тот инструмент, при помощи которого можно было бы чего-то добиться. Будут заявления, будут просьбы «больше такого не делайте», но вряд ли нечто большее. А если бы Берлин сказал «товарищи, спасибо, но в вашем газе мы не нуждаемся», рухнула бы вся конструкция, выстроенная Москвой. Однако Германия такого не сделает, а объединенная Европа — это сейчас в первую очередь она. Немцы располагают самым большим потенциалом, канцлер Меркель имеет огромное влияние на то, как действует ЕС.

Сдаваться, конечно, нельзя. Нужно требовать, что Европейский союз адекватно отреагировал на инцидент, но, думаю, следует прежде всего сосредоточиться на Вышеградской группе, так называемой Бухарестской девятке и, конечно, на Киеве, заниматься совместной деятельностью на этих площадках. Нужно показать Украине, что концепция опоры на Германию может ее подвести, если газопровод действительно запустят. В этой сфере многое предстоит сделать.

— Вы упомянули об администрации Байдена и ее решениях, которые фактически подталкивают Россию к такого рода действиям. Вопрос, насколько ее провоцирует европейская политика. Можно вспомнить о том, как некоторые страны ЕС при посредничестве Белоруссии обходили антироссийские санкции.

— Именно так. Вопрос, смогут ли Западная Европа и США сопротивляться проникновению России в Европу. Москве никакой Евросоюз не нужен, она даже не испытывает желания выстраивать с ним какие-либо отношения. Ей нужна расколотая Европа, которая будет подчиняться московской политике. Российские стратеги говорят о плане создания геополитического сообщества от Владивостока до Лиссабона. Они дают ясно понять, что в восточной части Европы доминирующую позицию должна занимать Россия, а в западной — Германия. Ключевую роль в формировании нового сообщества призвано сыграть российско-немецкое партнерство. При таком развитии событий Польша будет подвергаться давлению разного рода, нам станет очень сложно продвигать наши национальные интересы.

История с шахтой «Турув» (суд ЕС обязал Польшу прекратить там добычу угля, — прим.пер.) показывает, что мы можем столкнуться с конкретными, крайне болезненными для нас действиями. В чем здесь дело? Наша страна развивается, движется вперед, она неплохо выглядит даже на фоне драматической ситуации, сложившейся в ЕС из-за пандемии, а те, кто боится сильной Польши в этой части Европы, пользуются инструментами, которые могут помешать нашему экономическому развитию. Думаю, «зеленый курс», который мы приняли, это один из методов, призванный нас ограничить. Нам приходится прилагать особые усилия, чтобы избежать спада. Энергия — основополагающая вещь, дорогая энергия — смерть для экономики.

Существует сложная система разного рода взаимозависимостей, нам может казаться, что мы создаем нечто, что станет нашей сильной стороной, а на самом деле будет наоборот. Россия не заинтересована в существовании сильной Польши, такой же позиции придерживается, судя по всему, часть немецких элит.

— Вернемся к Белоруссии. Мы знаем, что у авторов канала NЕХТА есть свои информаторы в белорусской армии и КГБ, а также других органах. Станет ли арест Романа Протасевича первым шагом к развертыванию широкомасштабных репрессий в отношении скрытых сторонников оппозиции?

— Я не думаю, что многочисленным помощникам канала, основанного и функционировавшего с участием арестованного Протасевича, что-то угрожает. Надеюсь, что вся эта структура продолжит функционировать, что ее не удастся так легко уничтожить посредством задержания лидера, хотя удар был, конечно, сильным и болезненным.

— Благодарю за беседу.

Обсудить
Рекомендуем