DR (Дания): 1 428 мертвых дельфинов раскололи фарерцев на два лагеря

Познакомьтесь с 20-летним Роем Ульсеном, который участвовал в убийстве

Читать на сайте inosmi.ru
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Один из тех, кто участвовал в убийстве почти полутора тысяч дельфинов на Фарерских островах, не жалеет о том, что произошло. Авторы статьи поговорили не только с ним, но и с другими фарерцами о том, почему они это сделали, и как это может отразиться на их благополучии в будущем. Как оказалось, оно зависит и от России.

История о рекордном количестве убитых дельфинов взволновала СМИ по всему миру.

Да и здесь, на Фарерских островах, такое масштабное убийство дельфинов привлекло внимание и стало причиной горячих споров. Мнения политиков Лёгтинга (парламент Фарерских островов — прим. перев.) и населения разделились — что лучше, оберегать традиции или поддерживать хорошие отношения с непонятливым миром?

Прошлым воскресеньем фарерцы на моторных лодках загнали аж 1 428 атлантических белобоких дельфинов на мелководье самого длинного фьорда Фарерских островов, чтобы затем убить их на берегу.

Белобокие дельфины — или прыгуны, как их называют на Фарерах — это вид дельфинов, живущих в северной Атлантике. На Фарерских островах их с удовольствием едят.

Но в этот раз кровь рекой текла в море, а фотографии бойни породили громкие заголовки в прессе по всему миру. Сейчас многие беспокоятся, как это скажется на экспорте и туризме страны, благодаря которым сейчас и растет благосостояние этого североатлантического островного государства.

Старая фарерская поговорка гласит: «Хорошо с рыбалкой — хорошо с Фарерами». Поэтому 20-летний Рой Ольсен (Roi Olsen) ни секунды не сомневался, когда в воскресенье 12 сентября услышал, что огромное стадо дельфинов направляется к его родному Скалафьёрдуру.

Он просто не мог не поучаствовать в убийстве.

В то воскресенье его жена Ханна играла в гандбольном матче в городе неподалеку под названием Скала. Рой сидел за судейским столом, отслеживая двухминутные исключения из игры и голы.

«И тут сказали, что нам светит забой прыгунов. Тут можно было сделать только одно…»

Рой побросал все, что было у него в руках, и вместе с местными бросился к лодкам. Он сам вел лодку, в которой были еще его друг и отец, и в его задачу входило не дать стае разбежаться в то время, как ее загоняли все глубже и глубже во фьорд.

«Когда мы вышли, я увидел, что их очень много. Мы думали, их штук 500. Но я и представить не мог, что их настолько много. Нам все время нужно было следовать за прыгунами, пока не загоним их на побережье Скалафьёрдура», — рассказывает Рой Ольсен.

Датское радио: Почему Вы помогаете сохранять традицию, из-за которой убивают так много животных?

Рой Ольсен: Я прекрасно понимаю, почему людям кажется, что это слишком уж много. Я и согласен с этом полностью. Но я также вижу, что нам просто приходится их убивать. Это единственное, что у нас тут на Фарерах есть. У нас нет больших полей для свиней или коров, и будет плохо, если мы не сможем использовать то, что у нас все-таки есть. Для нас это еда.

На мели фьорда, который расположен к северу от столицы Торсхавна, ждали вооруженные ножами фарерцы, которые меньше, чем за час, убили 1 428 дельфинов.

Самый большой забой за всю историю.

Гринд, черных дельфинов, островитяне ловят и убивают сотни лет, а вот белобоких раньше забивали лишь тогда, когда они попадались в стае гринд.

Это было не первое убийство Роя Ольсена — не станет оно и последним. Рой Ольсен получил мясо четырех дельфинов и уже раздал большую часть из этих 50 килограммов друзьям и родственникам, в том числе тестю Йенсу Якобу Хансену (Jens Jákob Hansen):

«По-моему, не нужно было загонять туда столько прыгунов. Я даже ему (Рою — ред.) об этом написал в мессенджере. Полторы тысячи — это слишком жестоко», — говорит Йенс Якоб Хансен.

Он считает ошибкой то, что Рой и сотни других фарерцев убили так много дельфинов. Он и сам участвовал в убийстве гринд с детских лет. И он надеется, что эта традиция сохранится — но не в таких объемах.

А теперь у него полная морозилка дельфиньего мяса, и зять как раз пришел на обед.

«Я тебе положу, — говорит он Рою. И продолжает: — Я, конечно, люблю стейки, но вам не следовало этого делать. Это слишком много. Полторы тысячи прыгунов — это слишком много».

Он хорошо понимает, что это убийство раскололо народ. Современность и моральный кодекс «осознанности» разделили рыбаков из провинции и жителей «Конторсхавна», как называют столицу в народе. Но охота на гринд, которой фарерцы занимаются более 400 лет, создала на Фарерах сообщества, которые, по его мнению, стоит сохранить.

«Если хочешь быть человеком и частью чего-то большего, то в этом помогает именно общность с кем-то и ощущение, что ты в каком-то месте свой. Так оно было на Фарерских островах. Здесь все были согласны, что охота на гринд — это хорошо», — говорит Йенс Якоб Хансен.

Датское радио: Не следует ли фарерцам вместо этого создать еще какие-то сообществе, кроме тех, чьи члены убивают гринд или, например, прыгунов?

«У всех этих гринд, до тех пор, пока они не встретились со мной, была хорошая жизнь. Гораздо лучшая жизнь, чем все то, что вы можете купить в супермаркете. Это стоит ценить», — говорит Йенс Якоб Хансен, который всю жизнь убивал гринд.

Большое стадо прыгунов, которых потом убили, впервые было замечено севернее, неподалеку от второго по размеру города Фарерских островов Клаксвика. Там им позволили уйти, так как решили, что стадо слишком уж большое.

У Скалафьёрдура поступили иначе, но, по словам Роя Ольсена, 200-300 все-таки выпустили из фьорда.

«Забить их у Скалы было правильным решением, там пляж шире. Если бы они оказались в Клаксвике, все закончилось бы хаосом», — говорит Рой Ольсен.

Тем не менее, одна из крупнейших газет Фарерских островов задается вопросом «А было ли это так уж необходимо и во второй раз?», ссылаясь на то, что новость об убийстве и возмущение разошлись по всему миру.

Об этой истории рассказали France24, BBC, The New York Times, CNN и The Washington Post и многие другие.

У берегов пляжа, где убивали дельфинов, на поверхности воды до сих пор плавают куски их жира — на радость чайкам и другим морским птицам. Люди его не едят. На берегу столпились итальянские туристы. Они слышали об убийстве в новостях по итальянскому Rai Uno, но не поверили тогда своим ушам и глазам — да они и до сих пор не верят.

Защитник животных назвал датскому отделению CBS News ответственных за убийство, которое он называет «совершенном позором». Как и материал в Rai Unos, эта статья была украшена кровавыми фотографиями, которыми поделилась группа активистов Sea Shepard. Организация эта не особенно популярна на Фарерских островах.

«Вы прямо как Sea Shepard», — вот как звучали обвинения со стороны министра рыболовства Якоба Вестергора (Jacob Vestergaard) в адрес парламентария Сьюрдура Скаале (Sjúrdur Skaale) во время дебатов на фарерском телевидении через пару дней после убийства дельфинов.

Sea Shepard — или просто SS, как их любят называть местные жители — на Фарерах резко критикуют. Организацию пытались задушить, объявив их деятельность незаконной. Тем не менее, нашлись местные, которые на прошлой неделе поделились с активистами фотографиями с места убийства дельфинов.

Sea Shepard уже давно уделяет свое неодобрительное внимание фарерской традиции охоты на гринд.

По данным фарерских властей, в водах Фарерских островов в среднем ежегодно вылавливается около 600 гринд и 250 дельфинов. Но атлантических белобоких дельфинов отлавливают редко.

В 2019-м отловили 10.

В 2020-м отловили 35.

На прошлой неделе отловили 1 428.

Но мораль и этика в отношении к животным, которыми руководствуется окружающий мир, с кем острова торгуют, в том числе рыбой, сейчас могут оказать влияние на то, сколько атлантических белобоких дельфинов фарерцы смогут себе позволить поймать в будущем. Сьюрдур Скаале, член парламента от фарерской социал-демократической «Партии равенства», это хорошо понимает.

«Мы живем не забоем дельфинов. Мы зарабатываем на жизнь, продавая всему миру лосося, треску. Мы живем за счет туристов, которые приезжают на Фареры. Живем за счет бизнеса, который есть у нас на островах. Так что да, мы не убийством дельфинов живы. Мы не можем жертвовать ради этого многим другим», — сказал Сьюрдур Скаале Датскому радио, когда журналисты встретились с ним в Торсхавне.

Благодаря полному солнечному затмению в 2015 году туристическая отрасль Фарерских островов бесплатно получила рекламу в прессе всего мира, которая иначе стоила бы миллионы.

И фарерцам удалось переломить возникшую на фоне финансового кризиса безработицу и составлявшую тогда более чем 10% населения, добившись полной занятости жителей. Многие фарерцы нашли работу именно в сфере туризма из-за увеличения количества туристов. По состоянию на 2013 год Фарерские острова посещали 68 тысяч туристов ежегодно. К моменту начала пандемии это число почти удвоилось.

Но рыболовство было и будет крупнейшим источником дохода Фарерских островов, и здесь тоже есть что терять: крупнейший фарерский экспортер рыбы, компания Bakkafrost, даже почувствовала себя вынужденной дистанцироваться от убийства дельфинов.

«Bakkefrost осуждает этот эпизод и считает его абсолютно неприемлемым», — написала компания в сообщении для прессы, которое подписал генеральный директор Регин Якобсен (Regin Jacobsen).

За фольклорным фасадом мы видим маленькое островное государство, стремительно развивающее экономику на окраине содружества стран, именуемых Датским королевством. Этому способствует эффективный туристический брендинг с такими модными эпитетами как «нетронутый», «неисследованный» и «невероятный». На экономику это оказало потрясающее воздействие — в начале 2010 годов ежегодный рост ВВП составил более шести процентов.

Страна не входит в ЕС, и когда национальное правительство, несмотря на введенные ЕС санкции против России после аннексии Крымского полуострова в 2014 году, договорилось с россиянами об увеличении экспорта рыбы, многие страны это решение очень критиковали.

«В ЕС мы тогда больше продавать не могли, так что нам пришлось искать другие места, куда сбывать свою рыбу. Появились возможности продавать ее в том числе в Россию. Фарерским островам это очень пошло на пользу. Это способствовало процветанию», — говорит политик Сьюрдур Скаале.

А еще большие ржавые атлантические траулеры под российским флагом постоянно курсируют к Скалафьёрдуру и обратно, сопровождаемые местными лоцманами. Эти траулеры и особенно рыбу, которую они вылавливают, тоже обсуждают, но не так активно, как недавно убитых прыгунов.

Сегодня более четверти экспорта Фарерских островов приходится на Россию — крупнейшего торгового партнера страны.

В 2000 году так называемой «Сепаратистской коалиции» не удалось договориться о суверенитете с тогдашним премьер-министром Поулем Нюрупом Расмуссеном (Poul Nyrup Rasmussen). С тех пор страной в основном руководили коалиции, ориентированные на сплочение с Данией, и сейчас страна ежегодно получает от нее примерно 640 миллионов крон субсидий. Это покрывает 10% государственного бюджета страны.

Но желание видеть Фарерские острова более самостоятельными до сих пор порой громко высказывается, особенно представителями партии «Республика». Как и желание сделать государственные субсидии зависимыми от зарплат и цен. И если кого-то интересует мнение Роя Ольсена, то не датчанам читать мораль насчет фарерских традиций. Он ни о чем не жалеет.

«Если они снова придут к нам сюда, к Скалафьёрду, да, я снова буду в деле. Но если появится какое-то правило или закон, что мы не должны убивать прыгунов, то мы, конечно, не будем. А пока мы ничего плохого не делаем», — говорит он.

Все это заставило фарерского премьер-министра Бардура Нильсена (Bárdur Nielsen) пообещать, что он заново оценит нынешние правила отлова дельфинов.

«Мы к этому вопросу относимся очень серьезно. Хотя эти выловы считаются экологичными, мы более подробно изучим охоту на дельфинов и ту роль, которую она будет играть в фарерском обществе», — сказал премьер-министр в сообщении для прессы.

Обсудить
Рекомендуем