Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Разрыв с Россией подорвал экономику Германии, приводит слова экс-мэра Малтепе и аналитика Али Кылыча dikGAZETE. Немцы столкнулись с утратой дешевой энергии, снижением инвестиций и социальным кризисом. Причем эти фатальные последствия ощущаются уже по всей Европе, подчеркивает эксперт.
Цену конфликта на Украине платит вся Европа. Разрыв отношений с Россией пагубно сказался на всей европейской экономике. Деньги из карманов рядовых европейцев и налогоплательщиков так или иначе направляются украинскому правящему режиму.
На днях мы обсудили эти вопросы с членом Центрального исполнительного комитета Республиканской народной партии, бывшим мэром Малтепе Али Кылычем, поведавшим о трудностях, с которыми сегодня сталкивается Германия. Господин Кылыч много лет работал журналистом в Германии и является экспертом, хорошо знающим эту ведущую страну Европы.
Передаю вам важные оценки Али Кылыча...
Цена zeitenwende (смены времен или эпох): экономическая и политическая цена разрыва Германии с Россией
Конфликт на Украине обернулся для Германии не только переломом во внешней политике, но и в то же время вызовом для послевоенной экономической модели, общественного договора и геополитического позиционирования.
Объявление Берлина о zeitenwende (смене времен или эпох) было не столько риторическим поворотным моментом, сколько заявлением о том, что Германия демонтирует свою полувековую стратегическую архитектуру отношений с Россией, основанную на энергетике. Однако цену такого выбора сегодня можно видеть в экономических данных и общественных настроениях.
Крах модели дешевой энергии
По состоянию на 2021 год около 55% импорта природного газа в Германию поступали из России. Это было не просто энергетической зависимостью, а основой глобальной конкурентоспособности немецкой промышленности. Химическая, металлургическая, автомобильная и машиностроительная отрасли благодаря дешевому российскому газу могли поддерживать производство с высокой добавленной стоимостью.
"Северный поток", поставлявший газ напрямую через Балтийское море, стал символом этой модели. Такая стратегия закрепилась в эпоху Герхарда Шрёдера и поддерживалась экономической рациональностью во времена Ангелы Меркель, несмотря на политическую дистанцию.
Однако после 2022 года картина драматически изменилась.
- —Цены на газ выросли в 8–10 раз по сравнению с периодом до конфликта на Украине.
- —Для смягчения энергетического шока немецкое правительство объявило о пакете мер поддержки в размере около 200 миллиардов евро.
- —Был учрежден специальный фонд для нужд обороны в размере 100 миллиардов евро.
- —Германия вступила в техническую рецессию.
В 2021 году объем торговли с Россией составлял около 60 миллиардов евро, а за два года сократился почти вдвое. В некоторых энергоемких отраслях производство снизилось на 15–20%. Промышленные гиганты, такие как BASF, перенаправили инвестиции в США и Азию.
Это не конъюнктурное колебание, а эрозия конкурентных преимуществ.
Экономический спад и общественные настроения
В период с 1980-х по 2010-е годы в Германии преобладало ощущение стабильности. Наблюдался устойчивый рост благосостояния, социальное государство обеспечивало безопасность. Сегодня же инфляция может достигать отметки в 8%, реальные доходы снизились, а счета за электроэнергию выросли.
В качестве символического примера можно рассматривать тот факт, что рестораны в отеле Bayerischer Hof в Мюнхене закрыты в некоторые дни недели из-за нехватки персонала. А то, что это же место ежегодно принимает Мюнхенскую конференцию по безопасности, лишь усиливает иронию вокруг споров о глобальной безопасности и хрупкости местной экономики.
Увеличение времени ожидания приема у врачей-специалистов в системе здравоохранения, нехватка персонала в сфере образования и трудовые кризисы в гастрономической отрасли и сфере услуг — все это признаки структурной усталости.
Парадокс миграции и политический перелом
В демографическом отношении Германия стареет, нарастает дефицит рабочей силы. Такие отрасли, как здравоохранение, уход за больными, гастрономия и логистика, в значительной степени зависят от труда мигрантов. Это не выбор, а экономическая необходимость.
Тем временем набирает популярность партия "Альтернатива для Германии" (AfD), особенно в бывших восточных землях. При этом центристские партии — Социал-демократическая партия Германии (СДПГ) и Союз 90/Зеленые, даже Христианско-социальный союз (ХСС) в Баварии теряют поддержку избирателей.
Этот подъем связан не только с миграцией, а является продуктом представления об "оторванности элит от народа". Экономический спад подпитывает политику идентичности.
Вместе с тем углубляется противоречие между экономикой, зависящей от труда мигрантов, и антииммигрантским политическим дискурсом.
Трансатлантическая ориентация и вопрос стратегической автономии
Разрыв энергетических связей с Россией подтолкнул Германию к поиску альтернатив. Результатом этого процесса стал импорт сжиженного природного газа (СПГ) и укрепление отношений с США в сфере безопасности. Однако это подразумевает сужение стратегической автономии.
Мюнхенская конференция по безопасности показывает, что Германия сейчас находится в центре более жесткой архитектуры безопасности. Берлин отходит от модели экономической взаимозависимости с Москвой и при этом становится более зависимым от Вашингтона.
Борьба с Россией обернулась для Германии не только экономической расплатой, но и издержками геополитической переориентации.
Измерение, связанное с Турцией: упущенный стратегический порог
Решающее значение в этой связи имеет роль Турции. Анкара является незаменимым игроком с точки зрения энергетических коридоров, НАТО, оборонной промышленности, управления миграцией. Лидер Христианско-демократического союза (ХДС) Фридрих Мерц дает сигналы в пользу улучшения отношений с Турцией.
Тем не менее блокировка процесса вступления Турции в ЕС, продолжающаяся уже более 60 лет, и эрозия взаимного доверия ограничивают потенциал этих отношений.
Германия, стремясь к новому энергетическому и геостратегическому балансу после разрыва отношений с Россией, могла бы разработать более рациональные рамки взаимодействия с Турцией. Однако политические сомнения сужают это пространство.
Вывод: конец модели или трансформация?
Германия не претерпевает крах, однако ее привычная экономическая формула утрачивает свою актуальность.
Старая модель:
- —дешевые российские энергоносители;
- —высокий профицит внешней торговли;
- —сильное социальное государство;
- —стабильность политического центра.
Новая реальность:
- —высокие цены на энергию;
- —геополитические риски;
- —демографический спад;
- —политическая поляризация.
Цена разрыва с Россией отражается в сотнях миллиардов евро государственных расходов, потере объемов торговли и снижении конкурентоспособности. Что еще важнее, в общественном сознании подорвано чувство "безопасности".
Теперь вопрос заключается в следующем: сможет ли Германия восстановить свою конкурентоспособность, создав новую энергетическую и промышленную парадигму? Или же разрыв с Россией повергнет ведущую экономику Европы в долгосрочный спад?
В этих условиях вопрос "по ком звонит колокол" становится риторическим. Но несомненно одно: колокольный звон раздается не только в Берлине, но и во всей Европе.
*
Такова оценка Али Кылыча. Все это важно и заслуживает особого внимания. Надеемся, что разрыв с Россией не загонит Европу в мрачные времена...
37
Думаю что никто из граждан России ( в том числе и я )не будет лить " крокодиловы" слезы по поводу краха Европы если он наступит . Слабая Европа или Европа занятая собой- лучшая безопасность для России.
30
Немцев упорно готовят к очередному походу на восток - за бесплатным газом, землёй и рабами. Других причин загонять население в нищету я не вижу.
