Ученый: если ты воевал добровольцем на Украине, тяжело потом будет стоять в очереди в супермаркете

DR: по возвращении с Украины домой датские наемники не получат помощи от властей

Читать на сайте inosmi.ru
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Иностранцами, которые встают под знамена Украины, движут разные причины, сообщает Датское радио. В любом случае они идут на риск. И хотя Копенгаген не запрещает гражданам сражаться на стороне ВСУ, по возвращении домой ждать помощи от властей им не приходится.
Нанна Нёрбю Хансен (Nanna Norby Hansen)
“Один — ноль в пользу ракеты”.
Читайте ИноСМИ в нашем канале в Telegram
Примерно так отписался в семейный чат датчанин с позывным “Чеп” после российского удара по пиццерии в Краматорске на востоке Украины. Тогда погибло 13 человек, а еще 60 получили ранения.
Он один из тех, кто в прошлом году решил покинуть безопасную родину и отправился на Украину добровольцем.
Сегодня “Чеп” все еще долечивается под Киевом.
Родственники предпочли бы, чтобы он вернулся домой, но уважают его решение продолжать борьбу. “Чеп” воют бок о бок с украинцами и другими иностранцами.
Но несмотря на общее дело, мотивация у иностранных бойцов на службе Украины может быть самая разная.
Ветераны горячих точек, искатели приключений и борцы со злом
Некоторые пожелали взяться за оружие из-за морального императива, который пронизывает нынешний конфликт, объясняет научный сотрудник Датского института международных исследований Майя Тузари Гринвуд. Ранее она изучала датских боевиков на Ближнем Востоке.
“Некоторых на линию фронта влечет мысль, что конфликт грозит напрямую затронуть всю Европу. Они хотят поучаствовать в этой драме. Ее они себе представляют как противостояние добра и зла, где слабой Украине противостоит могущественный соперник”, — объясняет она.
В то же время, чтобы встать под украинские знамена, требуется готовность пойти на риск. Поэтому, считает исследователь, некоторыми движет жажда приключений и желание испытать себя.
Майя Тузари Гринвуд отмечает, что среди добровольцев немало ветеранов горячих точек. Этот конкретный конфликт кажется им более понятным и важным, чем предыдущие, в которых им доводилось принимать участие в составе вооруженных сил.
“Некоторые ветераны говорят, что этот конфликт для них совсем не то же самое, что, например, Афганистан. Здесь им представилась возможность сыграть более важную, как им кажется, роль и применить на практике знания и умения ради дела, которому придают больше значения”, — говорит она.
Сам “Чеп” пробовал вернуться в Данию в конце 2022 года, но так и не обрел покоя. “Раньше все работало на 100%. А теперь по нулям. Тоскливо. Приходится с этим мириться, а жаль, — говорит он о службе на Украине. — Я нашел, где мне лучше всего, и это — моё”.
Выбраться из горячей точки “чрезвычайно сложно”
Хотя “Чеп” убивал сам, видел, как гибнут товарищи, и даже смотрел смерти в лицо в тот июньский день в пиццерии, он не видит для себя возможности вернуться домой в Данию.
Сейчас он восстанавливается после ранений, полученных в результате удара. Он уже подписал новый контракт и планирует вернуться на фронт.
Желание остаться и продолжать сражаться вообще типично для многих иностранных бойцов и добровольцев, говорит исследователь Майя Тузари Гринвуд. Некоторые уезжают, но все равно возвращаются.
Служба в горячей точке наполняет их жизнь смыслом, даже если они прекрасно понимают, насколько это опасно.
“Они истратили на этот конфликт немало сил, энергии и эмоций. Жизнь на линии фронта, в зоне боевых действий, очень напряженная, и все бросить и уехать обратно, как ни в чем не бывало, чрезвычайно трудно”, — рассуждает она.
“Когда исход конфликта еще не решен, то вернуться домой, чтобы стоять в очереди на кассу в супермаркете, праздновать Рождество с семьей и жить обычной будничной жизнью бывает очень и очень сложно”, — добавила она.
Долгие очереди за помощью по возвращении домой
Хотя премьер-министр Метте Фредериксен (Социал-демократическая партия) сразу после ввода российских войск на Украину заявила, что ничто не мешает датским гражданам отправиться на фронт добровольцами, помощи от властей по возвращении из зоны боевых действий тоже ждать не приходится.
Поэтому бывших добровольцев ждут долгие очереди — например, за психологической поддержкой или помощью от посттравматического стрессового расстройства.
“Непроста у нас есть система, которая автоматически регистрирует ветеранов по возвращении из горячих точек. Однако у добровольцев доступа к ней не будет”, — подчеркнула Майя Тузари Гринвуд.
“Вообще, было бы желательно, чтобы появилась такая инициатива по поддержке добровольцев. Потому как многим из них понадобится неотложная помощь, и есть семьи, которым тяжело будет с этим справиться самостоятельно”, — заключает Майя Тузари Гринвуд.
Обсудить
Рекомендуем