BZ: в Германии предложили отказаться от американских ядерных боеприпасов

Уже много лет безопасность Германии фактически сводят к военной составляющей: масштабное наращивание вооружений ценой внутреннего мира, секретные соглашения и отказ сообщать подробности о проектах вооружений, которые были бы несовместимы со статусом Германии. Подход, основанный на дипломатии, балансе интересов и укреплении доверия, системно демонтировали.

В военной логике безопасность обосновывают двумя аргументами: ядерным сдерживанием и зависимостью от защиты со стороны США. Сегодня стало ясно: ни то, ни другое больше не работает — ни политически, ни стратегически, ни юридически.

Политически, потому что безопасность Германии и Европы, несмотря на атомное оружие (а отчасти именно из-за него), стала не устойчивее, а более хрупкой. Стратегически, потому что зависимость от Вашингтона, а тем более обсуждаемая некоторыми политиками опора на Великобританию и Францию, очевидно не дает надежной гарантии. Юридически, потому что само федеральное правительство заявляет: применение атомного оружия является военным преступлением.

Это черным по белому написано на сайте Федерального министерства юстиции Германии. Там недвусмысленно сказано, что к военным преступлениям относится и "применение биологического, химического и атомного оружия".

Тезис о том, что атомное оружие якобы защищает от вооруженных столкновений, не подтвердился. Все государства, обладающие атомным оружием, участвовали или участвуют в войнах и военных конфликтах, многие такие кампании были проиграны. Российско-украинское вооруженное противостояние началось вопреки, а не из-за отсутствия ядерного сдерживания. Оно происходит в мире, где атомное оружие остается реальностью, угрозы "сдерживания" звучат все чаще, а риски эскалации растут.

Одновременно Германия оказалась в ловушке структурной зависимости от США. Американские атомные боеприпасы, размещенные в Бюхеле, находятся исключительно в распоряжении президента США. Ни федеральное правительство, ни тем более бундестаг не влияют на то, будет ли это оружие применено с территории Германии. Решение президента Трампа — воспользуется он ими или нет, когда и для чего — это политическая непредсказуемость, то есть гарантия небезопасности.

Эта зависимость усилится еще больше, если США, как объявлено, уже в этом году разместят в Германии ракеты средней дальности и гиперзвуковые системы. Военные действия могут начаться, даже если правительство и парламент не принимали такого решения. Но это означает и другое: Германия может стать целью превентивного удара, чтобы предотвратить возможное применение такого вооружения.

Раз федеральное правительство прямо квалифицирует применение атомного оружия как военное преступление, возникает юридический "переломный момент". По немецкому и международному праву наказуем не только сам акт, но и пособничество, подготовка и участие в применении такого оружия.

Кодекс преступлений против международного права не признает "оправдания приказом" в случае военных преступлений. Он обязателен для всех уровней государства — правительства, парламента, администрации и вооруженных сил.

Отсюда вытекает прямое противоречие: Германия объявляет применение атомного оружия преступлением, но сохраняет структуры, которые его применение готовят и делают возможным. Юридически это несостоятельно.

Альтернатива — не "разоружение в пустоту". Альтернатива — оборонительная, конвенциональная архитектура безопасности, при необходимости с европейской координацией, соответствующая международному праву и находящаяся под демократическим контролем. Противовоздушная оборона, защита критической инфраструктуры, предотвращение кризисов и дипломатия, основанная на прозрачности интересов и их согласовании, повышают реальную безопасность. Атомное оружие — нет.

Прежде всего собственный правопорядок требует последовательности. Основной закон связывает государственную власть правом и законом и обязывает уважать международное право. Тот, кто воспринимает эти нормы всерьез, не может одновременно держаться за ядерное сдерживание.

Если применение ядерного оружия — военное преступление, значит Германия не должна размещать у себя ядерные боеприпасы, терпимо относиться к подготовке их применения, позволять отрабатывать такие сценарии и сохранять политическую зависимость, основанную на ядерном насилии.

Логичный и юридически безупречный вывод таков:

• вывоз американских ядерных боеприпасов из Германии;

• прекращение ядерного участия;

• присоединение Германии к Договору о запрещении ядерного оружия (ДЗЯО);

ДЗЯО — не наивный идеализм, а международно-правовой ответ на оружие массового уничтожения, применение которого невозможно контролировать и невозможно оправдать с точки зрения гуманного подхода.

Такая угроза лишь подпитывает "дилемму безопасности" и фактически допускает уничтожение собственного населения. Даже если бы (запрещенный) первый удар оказался успешным, гарантированная возможность ответного удара означала бы конец как минимум цивилизации в Центральной Европе.

Выход из тупика — зависимости от США и сведенного к военной логике понимания обеспечения безопасности — это не "политическая пустота", а самостоятельное политическое, экономическое и оборонно-политическое развитие Европы. Понятие безопасности нужно определить заново: как оборонительное, конвенциональное, кооперативное и основанное на праве состояние общества и государства.

Безопасность Германии укрепляют:

— защита критической инфраструктуры;

— усиление профилактики кризисов в обществе;

— расширение конвенциональных оборонительных возможностей;

— развитие путей дипломатического урегулирования конфликтов;

— повышение экономической устойчивости.

Германия стоит перед принципиальным выбором. Либо она остается заложницей очевидно неработающей модели времен холодной войны — зависимой, противоречивой и юридически хрупкой. Либо делает собственные выводы из собственной правовой системы и делает ставку на безопасность через самостоятельную политику, дипломатию и баланс интересов — без ядерного оружия.

Кто называет факт применения ядерного оружия военным преступлением, должен иметь мужество добиваться его устранения. Договор ООН о запрещении ядерного оружия создает для этого правовую рамку.