Polityka: экономика одного только Дубая теряет до миллиона долларов в минуту

Индия уже не первую неделю борется с газовым кризисом. Отсутствует сжиженный газ, нет топлива для заправки баллонов, которое обычно применяется для приготовления пищи. Такими же баллонами пользуются в Европе и Польше жители не газифицированных населенных пунктов.

В Индии на газе из баллонов готовят пищу бедняки и богачи, жители городов и деревень. Баллоны с пропан-бутаном, из которых мощной и шумной струей эффектно вырывается яркое пламя, стоят в уличных чайных, столовых и закусочных, то есть везде там, где можно быстро и недорого поесть. Эти "забегаловки" очень важны — за небольшие деньги они обеспечивают питанием всю огромную страну. Тот, кому повезло, кто подумал об этом заранее и имел на это средства, тот успел купить электрическую плиту. Сегодня этот товар уже не сыскать, все нагреватели и электрические плиты давно смели с полок магазинов.

Поэтому по всей огромной Индии перед пунктами обмена газовых баллонов выстраиваются длинные очереди. В них приходится стоять часами, очередь занимают с ночи, и все равно многие уходят ни с чем, вернее, с пустым баллоном. И хотя хранение баллонов и спекуляция ими строго запрещены, черный рынок процветает. В Агре, том самом городе, где находится легендарный Тадж-Махал, в ходе рейда полиция изъяла у спекулянтов 128 баллонов. Подпольная торговля голубым топливом сегодня необычайно выгодна. Баллоны, которые обычно стоят 900-1000 рупий, находят покупателей и по 2,5 тысячи рупий. А еще в дело включились мошенники: бывает, что баллоны заполнены не полностью.

Впрочем, ничего неожиданного не произошло: уже давно было известно, откуда берется газ и что будет, если Ормузский пролив окажется заблокированным. Так что для Индии дефицит был ожидаемым. 60% сжиженного газа, сжигаемого в индийских плитах, закупается за границей, причем 90% его объема поступает через этот злополучный пролив. В стране имеются стратегические запасы нефти, которых может хватить даже на два месяца, но существенных запасов газа власти не обеспечили. Имеющиеся резервы невелики и быстро истощаются. Дефицит стараются восполнить местные нефтеперерабатывающие заводы, пытаясь переключиться на производство сжиженного нефтяного газа. В свою очередь, правительство выдает газ из своих скромных запасов — в первую очередь частным пользователям, больницам и образовательным учреждениям.

Предпринимателям, включая отели и рестораны, часто приходится жестко экономить или сворачивать деятельность. В Мумбаи из-за этого закрылся каждый пятый пункт общественного питания. Те, что еще как-то функционируют, сократили меню или перешли на блюда, которые требуют меньше энергии, или которые можно приготовить на древесном угле или дровах. По этим причинам празднование конца Рамадана в Индии и всей Южной Азии было более скромным, чем в предыдущие годы. Семейных торжеств тоже стало меньше, потому приготовление даже самых основных праздничных блюд превратилось в трудновыполнимую задачу. Страдают и другие отрасли. В Гуджарате даже остановились несколько сотен заводов по производству керамической плитки.

В то же время министр энергетики Индии заверяет, что в долгосрочной перспективе военная ситуация не повлияет на производство электроэнергии. Здесь газ играет второстепенную роль, поскольку Индия использует уголь и, в меньшей степени, возобновляемые источники. Правительство пытается ускорить процесс подключения к сети новых ветряных электростанций и хранилищ энергии. Тем не менее, газ необходим, особенно во время пикового потребления энергии. Его максимум приходится на период летней жары, которая с каждым годом становится все более экстремальной.

Пакистан, Бангладеш, Непал и Шри-Ланка также столкнулись с "газовой проблемой", а вместе с Индией это почти 1,9 миллиарда человек. Причем проблема с баллонами — это только цветочки. С начала войны цены на топливо в Шри-Ланке выросли на 25%. Целью повышения является снижение потребления хотя бы на 15-20%. Остров полностью зависит от импортной нефти, а также от поставок нефтепродуктов. Топливо выдается по лимитам (15 л на легковой автомобиль и 5 л на мотоцикл), желающие его купить должны зарегистрироваться в специальных списках. С целью экономии президент Анура Кумара Диссанаяке распорядился сделать выходными среды в ряде государственных учреждений, в школах и вузах также сокращают учебную неделю на один день. Глава государства также предлагает перейти на удаленную работу.

Тем же путем пошли Вьетнам и Филиппины. Там президент Фердинанд Маркос пообещал финансовую поддержку местным моторикшам — водителям "тук-туков", а также рыбакам и фермерам, которые сильнее всего пострадали от повышения цен на топливо. Маркос приказал чиновникам сократить до минимума командировки. Бангладеш пытается справиться с плановыми отключениями электроэнергии. В Таиланде сотрудникам рекомендуется приходить на работу в легкой одежде, например, без пиджаков, чтобы можно было немного снизить мощность кондиционеров.

Война доставляет все больше неприятностей монархиям Персидского залива. Они регулярно подвергаются обстрелам со стороны Ирана. Конфликт нанес удар по их экономической модели, основанной на обслуживании воздушного движения, привлечении туристов, а также капиталов – в том числе полученных из нелегальных источников и отмываемых в Дубае или Абу-Даби.

По некоторым оценкам, экономика одного только Дубая теряет до миллиона долларов в минуту. Из эмирата уже выехали десятки тысяч квалифицированных иностранных рабочих, которые уже не верят в сказку о город на песке — оазисе безопасности и процветания. Трехмиллионная армия трудовых мигрантов (в основном из Индии, Непала и Пакистана), которые работают на стройках и в сфере услуг, пока остается на месте. Но найдется ли для них какое-то занятие — большой вопрос. Если они потеряют работу, им придется покинуть территорию ОАЭ. Если трудовые мигранты начнут массово уезжать и на их место никто не приедет, это будет четким сигналом о крахе модели нефтяной монархии.

До сих пор три крупнейших аэропорта региона обслуживали более 500 тысяч пассажиров в день — это более десяти процентов глобального транзитного трафика и до двадцати процентов прибытий самолетов с международных направлений. Поэтому неудивительно, что Всемирный совет по туризму и путешествия заявляет, что ежедневно туристическая индустрия Персидского залива, в том числе Бахрейна и Катара, теряет 515 миллионов евро. Это цена отсутствия пассажиров, гостей в отелях, ресторанах, развлекательных центрах и парках.

Война когда-то кончится, но это не обязательно приведет к быстрому возвращению экономики к прежним показателям. Специалисты прогнозируют, что в этом году Ближний Восток потеряет несколько десятков миллионов туристов, для которых данный регион стал слишком рискованным, чтобы отправиться туда на отдых. Южная и Восточная Азии не досчитаются туристов из Европы, чему способствуют закрытое воздушное пространство и пертурбации в Дохе и Дубае. Кроме того, некоторые не захотят испытывать судьбу и не решатся на транзитный полет, например, через Эмираты.

Еще есть места в самолетах, следующих непосредственно из Европы в другие части Азии. Однако они стали очень дорогими. Более высокие цены на топливо и политика авиакомпаний, предлагающих билеты по ценам, которые еще месяц назад были бы восприняты клиентами как грабеж среди бела дня, делают свое дело.

Между тем, ближневосточные авиалинии, во главе с Emirates, Etihadи Qatar, надеются на повторение сценария, который неизменно наблюдался после всех предыдущих кризисов. Они утешают себя тем, что у пассажиров короткая память, и они быстро вернутся в кресла авиалайнеров. Так было после пандемии. Однако ближневосточные перевозчики не знают, как долго продлится война. Они также не знают, можно ли будет летать в условиях продолжения боевых действия в регионе, и если да, то с какими ограничениями. Они также не уверены, что смогут быстро нанять необходимый персонал.

Члены экипажей, особенно пилоты, могут не захотеть работать в регионе, который сделался небезопасным. Тем более что опытные пилоты востребованы везде в мире, их всегда не хватает. Дефицит летного состава достиг такой степени, что идут разговоры о повышении им пенсионного возраста.

Остальной мир тоже ощущает последствия этой войны. Национальный союз фермеров Великобритании объявил о повышении цен на продовольствие. В первую очередь, в ближайшие недели подорожают помидоры, огурцы и перец, то есть овощи, выращенные в теплицах, отапливаемых газовыми печами. В ближайшие месяцы подорожают молоко и молочные продукты, чему будет способствовать увеличение цен на удобрения, производство которых очень энергоемко. Еврокомиссия призывает страны-члены ЕС ограничивать запасы газа на зиму, поскольку, как считают в Брюсселе, если они сейчас задействуют часть резервов, топливо подешевеет.

Борьба с чрезвычайными ситуациями — дело нужное, но еще важнее извлечь из этой войны необходимые уроки. Уроков пандемии и российско-украинского конфликта мир не усвоил. Он по-прежнему зависит от ископаемого топлива и традиционных, но ненадежных маршрутов их перевозки. Это неудивительно — так дешевле и удобнее. Быстрая перестройка энергетических систем, их децентрализация и перевод на возобновляемые источники, не зависящие от политических пертурбаций — когда-то это казалось дорогой, сложно выполнимой, и в общем-то ненужной идеей.

Однако достаточно было блокирования на довольно короткое время ресурсов Персидского залива, как настроения заметно изменились. О строительстве новых ядерных реакторов заговорили там, где, казалось бы, эту тему давно закрыли. За возвращение атома выступают в странах, откуда его изгоняли. Помимо всего прочего, Тайвань рассматривает возможность запуска своей атомной электростанции, которая была отключена совсем недавно — в мае.

Мы с некоторой завистью смотрим на Китай, который по-прежнему пользуется углем, а в последние десятилетия сделал ставку на быстрое развитие возобновляемых источников энергии и ускоренную электрификацию транспорта. В настоящее время половина вновь зарегистрированных транспортных средств в КНР имеет только электрический привод, и уже более половины электроэнергии в сети поступает из возобновляемых источников энергии. Поэтому Китай, хотя около 10% потребляемой им нефти до недавних пор поступала по Ормузскому проливу, переживает нынешний кризис относительно легко.