В роскошном номере венского отеля с повышенными мерами по обеспечению безопасности, построенного во времена Габсбургов, Дмитрий Фирташ пьет чай и тихо, но отчетливо рассказывает об Украине, своей родной стране, где он не был уже два года.

Критики говорят, что Фирташ воплощает собой класс украинских олигархов, наживавших огромные состояния, одновременно препятствуя нормальному развитию украинской экономики. У него было множество деловых интересов и немалое политическое влияние, он входил в число доверенных лиц президента Украины Виктора Януковича, свергнутого в результате революции Майдана в феврале 2014 года.

Долгие годы он был ключевой фигурой в мутной газовой отрасли, подготавливая и зарабатывая на контрактах по импорту на Украину газа из среднеазиатских республик и России.

Но документы австрийского суда и электронные письма ФБР, доступ к которым получил The Guardian, свидетельствуют, что он также играл важную роль в борьбе между Россией и Западом за будущее Украины.

Через две недели после того, как революция Майдана свергла Януковича, вооруженные полицейские ворвались в офис Фирташа в Вене и арестовали его на основании американского ордера.

Его обвинили в подкупе индийских чиновников с целью заключения титановой сделки. Вместе с тем, помощники Фирташа утверждают, что арест на самом деле носит политический характер и призван удалить влиятельную фигуру с украинской политической сцены в критический период.

Неожиданно австрийский суд согласился с этой позицией и в августе 2015 года отклонил американский запрос об экстрадиции как политически мотивированный, что стало неприятным сюрпризом для Вашингтона.

Электронные письма, отправленные ФБР австрийским властям, поддерживают версию о политической подоплеке дела. Отстраняя Фирташа от политики в момент успеха Майдана, США могли пытаться сформировать проевропейское украинское правительство.

Фирташ отрицает, что продвигал российские интересы на Украине, но в интервью The Guardian он говорит, что давно скептически относился в предложенному соглашению о свободной торговле с Европейским союзом. Демонстрации на Майдане начались после того, как Янукович объявил, что отказывается от этого соглашения и намерен вместо этого заключить договор с Россией.

«Я всем говорил, что необходимо привлечь Россию и вести переговоры со всеми сторонами, — сказал Фирташ. — Мне говорили, что я хочу обменять демократию на дешевый газ, а я хотел и то, и другое. Я бы хотел иметь европейские ценности, но давайте будем честны, как ни говори, а мы многое потеряли. Без России нам не прожить, так как это огромный рынок для нас. Но и Европу нам бы терять не хотелось. И что же нам выбирать?»

Перед Майданом Россия и Запад требовали от Януковича выбрать одну сторону. Возможно, бизнес-интересы Фирташа в России сделали его в глазах Запада неудобной фигурой с большим влиянием.

Фирташ давно связан с деловыми интересами в России. Он родился в небольшом городе на Западной Украине в 1965 году. В 1988 году он приехал в Москву и поселился в отеле рядом с Красной площадью. В то время эта гостиница служила неформальной фондовой биржей, и Фирташ встречался там со многими будущими бизнесменами, в основном, из азиатских республик.

«Все началось с порошкового молока. Мы отправили порошковое молоко (в Узбекистан), но денег у них не было, и они рассчитались партией хлопка. Хлопок мы продали в Европу и так заработали первые деньги», — вспоминает он. То же самое произошло в Туркменистане, который рассчитался с Фирташем газом, положив начало его длительному и довольно противоречивому участию в торговле газом.

Депеша WikiLeaks о встрече Фирташа с послом США на Украине в 2008 году утверждает, что Фирташ поддерживал связи с Семеном Могилевичем, известным мафиозо, который до прошлого года входил в список 10 самых разыскиваемых преступников ФБР.

Фирташ категорически отрицает содержание депеши и утверждает, что не говорил послу ничего подобного: «Я знал Могилевича, как и пол-Украины. Я никогда не имел с ним дела».

Фирташ основал РосУкрЭнерго, посредническую компанию, заработавшую огромные деньги на поставках центральноазиатского и российского газа на Украину. Российское расследование показало, что Фирташ получил кредитную линию на сумму до 11 миллиардов долларов от близких к Путину банкиров, и это позволило ему расширить свою империю.

Шаги, предпринятые США против Фирташа, удивительным образом совпадали с некоторыми политическими событиями на Украине. Первоначальный запрос на арест Фирташа поступил в октябре 2013 года, сразу после того, как Янукович в Сочи встретился с президентом России и заявил, что, возможно, не подпишет соглашение с ЕС. Несколько дней спустя Янукович встретился с помощником госсекретаря Викторией Нуланд и пообещал подписать соглашение, как утверждала она в то время.

За день до встречи Нуланд и Януковича целый ряд американских чиновников написали австрийским властям письма с просьбой отозвать арест Фирташа. Судя по письму от представителя ФБР в Вене, это не случайное совпадение.

Электронное письмо, копия которого была получена редакцией The Guardian, сообщает, что после переговоров «представителей министерства юстиции США, Госдепартамента и ФБР в Вашингтоне было решено не добиваться выполнения ордера в отношении этого лица и подождать более подходящей возможности в будущем, отвечающей нынешней стратегии расследования».

Неясно, почему в обсуждении этого вопроса участвовали высокопоставленные представители Госдепартамента США. Госдепартамент, министерство юстиции США, ФБР и посольство Украины в Киеве отказалось ответить на вопрос The Guargdian об участии Госдепартамента и о том, почему сначала был подан запрос на арест Фирташа, а затем отозван.

Российские государственные СМИ давно продвигают теорию заговора и называют Майдан американской операцией. Доказательств этому нет, но, похоже, США добивались замены некоторых фигур, и Нуланд играла в этом ключевую роль.

После того, как Янукович отказался подписывать соглашение с ЕС, американская политика на Украине стала более агрессивной, говорит Николай Азаров, бывший премьер-министр Украины. Ныне он живет в Москве. Азаров вспомнил о встрече с Нуланд 10 декабря 2013 года, когда она раздавала пирожные на Майдане, что для российских СМИ стало доказательством американского вмешательства.

«Она сказал мне, "премьер-министр, лучшим способом разрешить кризис станет формирование правительства национального единства", и что я должен уйти в отставку, — сказал Азаров. — Наша разведка сообщила, что американцы планируют сформировать новое правительство и обсуждают кандидатуры министров. Я резко ответил ей, что США вмешиваются в наши дела, и это неприемлемо. Я сказал Нуланд, "передайте вашему руководству, что ваши действия на Украине могут привести к серьезному кризису, так как Россия не останется в стороне"».

В 2014 году была опубликована запись перехваченного телефонного разговора между Викторией Нуланд и послом США на Украине Джеффри Пайеттом. Они обсуждали, кто из лидеров оппозиции мог бы возглавить новое украинское правительство. Это не может быть доказательством американского управления событиями на Майдане, как утверждали российские СМИ, но это свидетельствует о том, что американское вмешательство в украинские политические назначения было глубже, чем кажется.

Когда политическое будущее Украины повисло на волоске, Фирташ мог стать проблемой. «Американцы думали, что он собирается вмешаться, и, скорее всего, так оно и было, — сказал хорошо осведомленный источник в бизнес-разведке. — Они думали, что он представляет российское влияние на Украине, хотя и не совсем понимали, как именно это работает».

В Лондоне Фирташ удостоился лучшего приема. Через несколько дней после Майдана он выступил в британском МИДе с рассказом о событиях на Украине. Встречу организовали депутат парламента от Консервативной партии Джон Уиттингдейл и парламентарий-лейборист Ричард Спринг. Они оба состоят в Британско-украинском обществе, основанном Фирташем.

Но пока он был в Лондоне, американцы активировали австрийский ордер, и полиция провела арест. Фирташа устранили с политической сцены.

12 марта 2014 года вооруженные полицейские ворвались в офис Фирташа в Вене и арестовали его. Через неделю его освободили из-под стражи после внесения залога в размере 125 миллионов евро.

«Разумеется, Фирташ зависел от России, и американцы боялись, что он может перескочить на российскую сторону из-за своих деловых связей», — говорит Азаров.

Фирташ продолжает участвовать в украинской политической жизни, действуя из Вены. Характерным примером стала его встреча с действующим президентом Петром Порошенко и бывшим боксером-супертяжеловесом Виталием Кличко вскоре после того, как его освободили под залог. Порошенко утверждал, что не планировал встречаться с Фирташем. Но после той встречи Кличко снял свою кандидатуру на президентских выборах, что позволило Порошенко легко победить, и предпочел занять пост мэра Киева. По мнению комментаторов, это свидетельствует о том, что и после Майдана миллиардеры принимают ключевые политические решения.

Решение австрийского суда об отказе в экстрадиции вернуло Фирташу свободу передвижения, хотя США подали апелляцию. Он собирался вернуться в Киев в тот день, когда давал интервью The Guardian в начале декабря, но передумал, когда министр внутренних дел сказал, что его арестуют в аэропорту и отправил вооруженных до зубов людей дожидаться Фирташа, хотя никаких обвинений против него выдвинуто не было.

Фирташ хотел посетить Киев для продвижения своей инициативы по созданию Агентства модернизации Украины. Его проект поддерживают лорд Рисби, французский философ Бернар-Анри Леви и группа бывших европейских политиков. Они предложили серию реформ для Украины.

Критики считают, что таким способом Фирташ хочет купить дружбу нового правительства и сохранить влияние в свете объявленной политики де-олигархизации. Фирташ признает, что понес большие убытки за два года, хотя затрудняется назвать точную сумму.

«Я не знаю никого на Украине, кто воспринимал бы его предложения всерьез», — говорит бывший журналист Сергей Лещенко, ныне депутат Верховной Рады. Мало у кого вызывает симпатию человек, с именем которого связывают отрицательное влияние на протяжении долгих лет.

Фирташ утверждает, что все нападки на него носят политический характер. Он утверждает, что события после Майдана, когда Россия аннексировала Крым и способствовала разжиганию гражданской войны на востоке Украины, подтвердили его правоту о том, что Украину нельзя было ставить перед выбором между Европой и Россией.

Он сказал: «Время идет, и что же мы получили? Россия и Евросоюз ведут переговоры, а нас отстранили. А тем временем Россия закрыла свои границы для наших товаров».