Российская экономика сейчас, безусловно, находится не в лучшей форме. В 2015 году она вступила в рецессию, которая, предположительно, не завершится, как минимум, до конца 2016 года. МВФ первоначально ожидал сравнительно недолгого спада с переходом к умеренному росту, однако предположения о будущих ценах на нефть, на которых он основывался, сейчас выглядят неоправданно оптимистичными.

На фоне падающих нефтяных цен рушится курс рубля. На момент написания этой колонки он перешел психологически — пусть и не экономически — значимый порог в 80 рублей за доллар. Индекс ММВБ с начала года также упал более чем на 5%. Экономика в рецессии, валюта в свободном падении, обесценивающиеся акции: все это подозрительно похоже на финансовый кризис. Может быть, прогнившее здание путинистской экономики собирается рухнуть?

Возможно! За последние 18 месяцев мировая экономика не раз преподносила неприятные сюрпризы — и вряд ли откажется от этой привычки. У России, в свою очередь, явно нет никаких уникальных свойств, которые делали бы ее неуязвимой для финансового коллапса (понятие «русской души» не относится к сфере макроэкономики).

Однако давайте посмотрим на ситуацию немного внимательнее. Как может рухнуть российская финансовая система? Во-первых, российский Центробанк может целиком или почти целиком истратить свои финансовые резервы, лишив страну подушки безопасности, спасающей от экономических шоков, а инвесторов — остатков доверия к России.

Безусловно, в конце 2014 года Россия теряла резервы невероятными темпами. Однако этот процесс был остановлен, и в итоге резервы стабилизировались на уровне примерно 370 миллиардов долларов. Это, конечно, намного меньше, чем было до кризиса.

Тем не менее, этого вполне достаточно, чтобы избежать кризиса платежного баланса. Сейчас валютные резервы России способны обеспечить «покрытие импорта» на период от 18 до 22 месяцев (в зависимости от того, как считать). Это намного больше шестимесячного порога, который неофициально считается минимальным уровнем, обеспечивающим макроэкономическую стабильность.

Еще один потенциальный риск связан с валютным долгом. Как известно, государственный долг России — один из самых маленьких в мире. С другой стороны, российские корпорации обременены значительными валютными долгами, в основном в долларах и в евро. Традиционно, если в стране с развивающимся рынком национальная валюта падает так сильно, как упал рубль, выраженные в долларах долги становятся для нее неподъемным бременем. Для такой ситуации есть специальное слово, и это слово — «дефолт». Проходить через него бывает болезненно и для стран, и для компаний.

Итак, что же произошло с валютными долгами российского корпоративного сектора? Благодаря Центральному банку России, мы можем посмотреть, как они себя вели после 2008 года. Обратите внимание на начавшее в марте 2014 года значительное снижение долговой нагрузки.

Таким образом, на начало 2016 года Россия обладает стабильными (хотя и не слишком большими) валютными резервами, а ее корпоративный сектор сумел избавиться от заметной части долговой нагрузки — хотя кардинальным образом ее пока не уменьшил. На мой взгляд, это не похоже на страну, находящуюся на грани коллапса.

Разумеется, «не находится на грани коллапса» не означает «обладает здоровой экономикой и ожидает быстрого экономического роста». Российским потребителям сейчас очень трудно. Собственно говоря, макроэкономическое положение России остается приличным именно потому, что страна уже приняла очень горькое лекарство в очень большой дозе. Большинство производителей нефти попытались отложить переход к новой реальности низких цен на нефть, поддерживая искусственно завышенные валютные курсы и допуская гигантский бюджетный дефицит. Россия поступила иначе. Она отпустила курс рубля в 2014 году — именно чтобы не тратить резервы в тщетных попытках защитить дорогой рубль. А судя по тому, что Кремль поговаривает о политике экономии, он намерен удерживать дефицит на скромном уровне в 3-4% от ВВП. Несмотря на все экономические затруднения последнего года, Россия сумела сохранить положительное сальдо платежного баланса, для чего ей потребовалось сильно сократить импорт, чтобы компенсировать падение экспортной выручки.

Разумеется, ни в чем нельзя быть уверенными. Российский политический курс, которым до сих пор, по-видимому, руководили в основном экономические соображения, легко может сдвинуться в сторону популизма. Правительство вполне способно ввести валютный контроль или контроль капиталов, что стало бы настоящей катастрофой. Но как бы то ни было, хотя многие нефтяные страны сейчас, действительно, движутся к экономическому апокалипсису, к России это не относится. По крайней мере, пока.