2016 год будет скверным для потрепанной российской экономики. Рубль опустился до рекордно низкой отметки, а нефтяные цены с 1 января упали на 11%, составляя сегодня около 30 долларов за баррель. Правительство, которое почти половину доходов получает от нефти и газа, в срочном порядке пытается заткнуть дыру в своем бюджете в полтора триллиона рублей (19,2 миллиарда долларов). Международный валютный фонд дает прогноз о том, что российская экономика в текущем году сократится на 1% после 3,7-процентного сокращения в 2015-м. Такая ситуация создала «атмосферу чрезвычайной нервозности», сказал президенту Путину министр экономического развития Алексей Улюкаев на встрече 26 января, о чем говорится на кремлевском вебсайте.

Цифры — мрачные, но даже в них присутствует недооценка все более отвратительных перспектив для России, которая всего несколько лет назад переживала период величайшего процветания. Экономисты и капитаны бизнеса, включая тех, кто близок к Кремлю, предостерегают, что России предстоит длительная стагнация и снижение конкурентоспособности. «Мы проиграли конкуренцию, надо честно сказать. Мы просто оказались в числе стран, которые проигрывают, стран-дауншифтеров», — заявил на конференции в Москве 15 января глава самого крупного в стране финансового института «Сбербанк» Герман Греф.


Ситуация напоминает «лестницу, ведущую вниз», — говорит Евгений Гонтмахер, являющийся членом правления московского Института современного развития, где председательствует премьер-министр Дмитрий Медведев. Гонтмахер прогнозирует, что России удастся обеспечивать близкий к нулевому рост до конца 2017 года, и что правительство будет успокаивать граждан, говоря о возобновлении роста в российской экономике после президентских выборов 2018 года. Но на самом деле, заявляет он, «после 2018 года экономика пойдет вниз».

Россия пережила немало кризисов, в том числе, падение нефтяных цен в 2008 году и дефолт 1998 года. Тогда здоровый рост возвращался в течение года-двух. На сей раз спад — другого характера, говорит профессор Владислав Иноземцев, работающий в Москве в НИУ ВШЭ. «Дело не в нефти и не в санкциях, дело в структурных недостатках», — отмечает он. Признаки недомогания появились еще в 2012 году, когда нефть стала стоить 100 долларов, а до западных санкций, введенных против России из-за аннексии Крыма, оставалось два года.


По словам Иноземцева, спад был вызван возвращением Путина на президентский пост в мае 2012 года. Он поднял налоги на бизнес и недвижимость, чтобы получить средства на военные расходы, и расширил полномочия неэффективных государственных компаний, таких, как нефтяной гигант «Роснефть». «Бизнесмены разочаровались» и начали сокращать инвестиции в предприятия и оборудование, объясняет Иноземцев. Ослабла производительность, пышным цветом расцвела коррупция, и иностранные инвестиции пошли на спад, так как у инвесторов появилась тревога по поводу захвата государством их активов. Об этом рассказывает эксперт по вопросам стратегии формирующихся рынков Тимоти Эш (Timothy Ash), работающий в Лондоне в компании Nomura International.

Когда Путин в 2000 году в первый раз стал президентом, он заявил, что уменьшит зависимость государства от нефти. Но вместо этого государство стало еще больше зависеть от нефтяных поступлений, а главной движущей силой экономики стали потребительские расходы.

Но сейчас ситуация меняется. Доходы населения снижаются два года подряд, и примерно 22 миллиона россиян живут в бедности, что на 50% больше, чем в 2013 году. Розничные продажи за прошлый год уменьшились на 10%, а реализация автомобилей упала на 36%. General Motors, когда-то считавшая Россию одним из самых быстроразвивающихся рынков, в прошлом году прекратила свою работу на территории этой страны, а розничные торговцы, включая немецкую фирму Adidas и испанскую Mango, закрыли магазины. Сеть McDonald’s, у которой в России 543 ресторана, 25 января заявила, что в этом году намерена открыть еще 60 точек, однако будет корректировать меню, так как покупатели все чаще переходят с «Биг Маков» на более дешевые куриные крылышки и бургеры со свининой.

Зловещим признаком стало сокращение в декабре промышленного производства и инвестиций в основной капитал. И это несмотря на прозвучавшее 17 декабря заявление Путина, что худший этап кризиса — уже позади. Похоже, что нефтяные цены восстановятся еще не скоро.


Сторонники реформ говорят, что еще есть время, дабы остановить спад, увеличив инвестиции в технологии и ослабив контроль государства над частным сектором. Как заявил 20 января Bloomberg News на Всемирном экономическом форуме в Давосе бывший министр финансов и советник Путина Алексей Кудрин, хотя российские граждане страдают, риск социальных волнений невысок. «У нас в запасе есть еще два года, когда настроения в обществе будут стабильными», — сказал он.


Но крупные инвестиции правительству не по карману. Оно уже глубоко запустило руку в валютные резервы, а министр финансов Антон Силуанов 13 января заявил, что расходы на большинство программ могут быть урезаны на 10%, дабы закрыть бюджетный дефицит. Не лучше обстоят дела и в частном секторе. Санкции лишили большую часть российских компаний доступа к крупным финансовым рынкам, а из-за низкого курса рубля бизнесу стало сложно ввозить из-за рубежа оборудование для повышения эффективности.

Путин, у которого рейтинги одобрения остаются на уровне выше 80%, не проявляет особого интереса к перестройке экономической модели России. «У нас есть основания для сдержанного оптимизма» на 2016 год, сказал он 26 января министру Улюкаеву.

Господствующими в экономике государственными компаниями руководят преданные Путину друзья, а остальные члены его окружения получают немалые прибыли от крупных проектов, таких, как сочинская Олимпиада, хотя долгосрочный экономический эффект от них невелик. Далеко идущие реформы, говорит экономист Гонтмахер, «противоречат институциональным интересам нынешней власти».

При участии Анны Андриановой.