В Ираке Китай уже опосредованно воюет. Иракские ВВС используют полученные в прошлом году китайские ударные беспилотники и с гордостью демонстрируют кадры унитожения целей ИГИЛ с воздуха. На роликах министерства обороны Ирака видны и китайские специалисты, которые помогают иракцам осваивать передовую китайскую технику. Так что Китай уже участвует в воздушной войне в Ираке и набирается опыта.

Слухи о присоединении Китая к российской воздушной кампании в Сирии муссируются почти с самого ее начала. СМИ в 2015 году периодически пестрели «желтыми» новостями о переброске самолетов ВВС Китая на российскую базу в Сирии, о тысячах китайских морпехов, которые вот-вот высадятся в Тартусе, о пяти тысячах китайских спецназовцев из подразделений «Сибирские тигры» и «Ночные тигры», которым дали зеленый свет на операции в Сирии, о китайских кораблях, которые скоро будут наносить удары по джихадистам с моря.

Тема участия Китая в сирийской войне вновь поднимается и в эти дни. Washington Times на этой неделе опубликовала материал, в котором со ссылкой на неназванные американские военные источники сообщает, что так как Китай озабочен пропагандой ИГИЛ в Синьцзяне (теми же видеобращениями ИГИЛ на китайском языке), ростом числа уезжающих китайских граждан воевать за ИГИЛ на Ближнем Востоке, то Поднебесная рассматривает вариант участия в войне в Сирии. И, как считают американцы, думает делать это скорее вместе с русскими, чем с силами Коалиции.

Издание также отмечает, что в декабре Китай принял закон, который впервые позволяет китайским военным участвовать в антитеррористических операциях за границей. А на этой неделе МИД Китая опубликовал первый документ о политической стратегии Китая в отношениях с арабскими странами, где приветствуется более тесное сотрудничество в военной сфере и в сфере борьбы с международным терроризмом.

Сразу после выхода материала в Washington Times, спикер МИД Китая заявил, что он не в курсе информации, что Китай обдумывает участие в сирийской войне, и шаблонно добавил, что это ООН должна играть решающую роль в борьбе с международным терроризмом, руководствуясь резолюциями Совета безопасности ООН.

В конце декабря кандидат в президенты США Бен Карсон вновь заявил, что сотрудники ЦРУ сообщили ему, что китайцы уже в Сирии, и его источники лучше, чем источники Белого Дома. Его слова вызвали некоторый шок и шум, поэтому штабу избирательной кампании пришлось уточнить, что Карсон имел в виду не наличие китайских войск в Сирии, а то, что Китай имеет тесные связи с Сирией и давно поставляет ей оружие, так что речь шла о китайском оружии, логистике и возможном ограниченном техническом обслуживающем персонале. Впрочем, член команды Карсона сообщал ранее, что есть информация, что китайские военные советники уже находятся в Сирии и работают на земле вместе с российскими специальными подразделениями.

London Review of Books также отмечает еще одну причину, почему Китай не может остаться в стороне от войны в Сирии. По словам посла Сирии в Китае, спецслужбы Турции помогали китайским уйгурам попадать в Ирак и Сирию через свою территорию, и нет никаких гарантий, что они снова не помогут им, но на этот раз уже пробраться обратно в Китай, да еще с боевым опытом за плечами. Посол отметил, что отношения между китайскимии и турецкими спецслужбами сегодня более чем натянутые. Другая причина — Сирия планирует потратить на восстановление страны около 30 миллиардов долларов. Участвовать в дележе этого пирога и остаться в стране надолго — тоже не так плохо уже с экономической и с военной точек зрения.

До войны именно Китай был главным торговым импортером для Сирии с оборотом более двух миллиардов долларов. Также Китай имел и значительные интересы в нефтяном секторе Сирии. Китай десятилетиями вооружал Сирию вопреки угрозам США, а в 2004 году Асад даже лично побывал в Пекине, укрепляя связи между двумя странами.

«Голос Америки» тоже упоминает о решении Китая играть более весомую роль на Ближнем Востоке, пишет о предстоящем визите президента Китая в страны Ближнего Востока и о вновь вспыхнувших спекуляциях, будет ли Китай участвовать в войне в Сирии. «Голос Америки» также цитирует Ли Шаосяня, вице-президента китайского «Института современных международных отношений». Ли Шаосянь объясняет, что одна из причин, почему Китай может пойти на участие в урегулировании кризиса в Сирии, заключается в том, что в глазах всего мира тот, кто способен оказывать реальное влияние на Ближнем Востоке, считается весомой фигурой в мировой геополитике.

Что касается Ирака, то кроме поставок ударных беспилотников и обкатки их работы в реальных боевых действиях, по данным Asia Times, Китай готов сотрудничать с иракцами в области сбора и анализа разведданных, поставок оружия и обучения персонала. А по словам министра иностранных дела Ирака, в 2014 году Китай даже выразил пожелание наносить авиаудары по террористам в Ираке. Министр также сообщил, что Китай уже занимается обучением иракских военных, но не назвал формат и количество участвующих. О прямых поставках оружия из Китая в Ирак точных данных нет, но не исключается, что эта торговля идет через третьи страны.

Всего в Ираке сейчас работает около 10 тысяч китайских граждан, а во время активной экспансии ИГИЛ более одной тысячи из них пришлось эвакуировать из иракской Самарры. На Китай приходится от трети до половины всего импорта нефти Ирака, а сам Ирак в 2014 году был пятым главным поставщиком нефти в Китай. Интересы Китая в Ираке понятны.

Не секрет, что Китаю очень хочется получить реальный боевой опыт, которого так не хватает современным вооруженным силам страны. Спецоперации против исламистов в Синьцзяне не в счет. И желательно получить его не в глобальной войне, а в региональной, подальше от своих границ. Китай уже участвовал в тех же миротворческих операциях в Мали и в Южном Судане, куда были посланы помимо всех прочих специалистов и несколько сотен именно боеспособных китайских солдат, и готов вскоре предоставить для подобных операций уже восемь тысяч своих военнослужащих, но пока это трудно назвать войной. Поэтому Ирак (уже) и Сирия были бы идеальным полигоном для обкатки Китаем в деле своего вооружения, военнослужащих, для согласования действий авиации и т.п. При этом Китай видит, что все более менее значимые страны в мире обладают опытом ведения современной войны, а Китай в этом плане сильно отстает.

Зимой этого года президент Китая посетит Иран и Саудовскую Аравию. Многие ожидают, что решение об участии или неучастии в войне на Ближнем Востоке Китай примет после этих визитов.