«Похоже, профессия «Латвии служить» была написана мне на роду — я появился на свет 18 ноября. В советское время, когда наша семья отмечала, к нам частенько приходил участковый и уточнял, не запрещенный ли праздник мы культивируем. Приходилось доставать свидетельство о рождении», — рассказывал мне в интервью три года назад военный водолаз-сапер Юрий Тимофеев.

На персональном военном счету Тимофеева — участие в международной операции по борьбе с сомалийскими пиратами, расследование двух самых нашумевших корабельных катастроф — «Астриды» и «Беверины», около 200 успешных разминирований, в том числе в Вентспилсе, когда экскаватор подцепил на дне канала в центре города бомбу времен Второй мировой — снаряд весом в тонну мог разнести вотчину Айвара Лемберга вклочья…

У Юрия несколько наград за заслуги перед Родиной, причем, все за дело — ни одной «песочной», за выслугу лет. Он возглавлял Учебный центр военных водолазов, в котором подводному мастерству обучали представителей разных стран мира. В 2012 году, во время операции у берегов Сомали, Тимофеева поздравил с днем рождения лично министр обороны Артис Пабрикс…

В общем, заслуги этого человека можно было перечислять еще долго. И список это непременно пополнялся бы все новыми подвигами… Но в прошлом году Юрий Тимофеев перенес инсульт. Медицинско-экспертная комиссия списала его из рядов Вооруженных сил.

По мнению врачей, причиной инсульта послужила не тяжелейшая нагрузка в течение 20 лет, а врожденная аномалия кровеносного сосуда в голове и образовавшийся в нем тромб. Такой вердикт не оставил водолазу шансов на получение компенсации, положенной тем, кто получил травмы или заболел во время несения службы. Также Юрию Тимофееву не полагается единоразового пособия в размере от 14 до 70 тысяч евро, если после перенесенной болезни он получит инвалидность.

«Самое смешное, что Министерство обороны заявило, что в моей болезни виноваты мама и папа. Что служба в вооруженных силах — максимально здоровый образ жизни, который только развивает людей и делает их здоровыми, — заявил в передаче Nekā Personīga Юрий Тимофеев. — Отношение такое, как будто я не служил. Как будто я какой-то чужак, который, словно злодей, хочет что-то получить от государства. Отрезать ногу и сказать, что меня ранили в Афганистане. Ну почти что-то такое».

Водолаз намерен судиться и добиваться справедливости. В конце концов, за все 20 лет безупречной службы ни одна медкомиссия не зафиксировала у него проблем со здоровьем или изъянов в организме. В том числе совершенно здоровым и годным к службе его признала и комиссия во Франции, где водолаз проходил обучение на международной базе, предварительно выучив с нуля французский язык.

«Это была буквально гонка на выживание, — вспоминал он свой французский опыт. — Была пара моментов, когда казалось, что меня вытащат из воды без сознания. Но я твердо решил — не сдамся… Мы работали с настоящей взрывчаткой. Нас тестировали в разных экстремальных условиях, в том числе, заклеивали маску скотчем, имитируя нулевую видимость (типичную для Прибалтики) и предлагали все сделать на ощупь».

Вот такой человек. И такая возмутительная несправедливость. И набившие оскомину комментарии в интернете: «Интересно, каков был бы вердикт комиссии, если бы водолаза звали Янис Озолс?» Но разве дело в этом? Сколько спортсменов, балерин, артистов, военных, выжимая из своего организма все соки, представляли страну на самом высоком уровне, а теперь, забытые и никому не нужные, тратят свои невеликие пенсии на залечивание травм и топят обиды в алкоголе. Пока они были молоды и полны сил, они делали для своей страны все, а в трудный момент родина поступила с ними, как подросшие нерадивые дети со ставшей обузой старушкой-мамой.

Когда в очередной раз поднимается тема лояльности учителей, врачей, журналистов, когда на очередной грант разрабатываются программы повышения патриотизма школьников, очень хочется вспомнить людей, которые свою родину любили не на словах, а на деле. И если их опыт не рождает оптимизма, все бла-бла не работают. И тогда, может стоит говорить не о патриотизме и любви, а о максимальной формализации отношений. Например, застраховать представителей таких мало совместимых со здоровьем профессий, чтобы, когда не сможет человек рисковать жизнью на благо родины, пусть родина позаботится о нем.

В свое время, заинтересовавшись вопросом, насколько это страшное преступление «родину не любить», я попросила на эту тему высказаться экс-министра обороны Латвии, директора Юридического колледжа, доктора права и политических наук Талавса Юндзиса. Он ответил: «Есть семейные пары, в которых супруги не любят друг друга, но живут всю жизнь вместе, не портят друг другу настроения, уважают друг друга. Они лояльны друг другу. Человек тоже может не любить свою страну, но быть лояльным к ней. И в этом нет преступления».

Если бы «брак» Юрия Тимофеева с родиной случился по расчету, то, может, не было бы так больно, набирая телефонный номер отважного водолаза, услышать: «Это был его служебный номер — он тут больше не работает… Как с ним связаться? Мы не знаем».