После того, как Россия весной 2014 года аннексировала Крым, политических и военных аналитиков больше удивил не сам факт оккупации и аннексии, а способ, при помощи которого была осуществлена аннексия. Как неожиданно и незаметно прибыли в Крым «зеленые человечки», как начались манифестации в поддержку присоединения полуострова к России, как был организован референдум (который, правда, мировая общественность не признала), и одновременно было принято соответствующее законодательство в структурах власти России, как была развернута пропагандистская война, и насколько все это было внезапно, быстро, решительно, целенаправленно и эффективно.

Нечто подобное наблюдается в политике России в отношении Сирии. Здесь России удивила мир дважды — в конце сентября прошлого года неожиданной отправкой войск в Сирию и таким же неожиданным заявлением об их отводе спустя пять месяцев. Удалось ли России достичь в Сирии поставленных задач? И да, и нет. Россия не сумела вместе с армией своего союзника президента Башара Асада полностью отвоевать те части Сирии, которые сейчас контролируют оппозиционные силы и «Исламское государство». Но, может быть, Россия вовсе и не хотела этого? Теперь, когда в Сирии объявлено перемирие (которое не распространяется на «Исламское государство»), и начаты международные переговоры о будущем Сирии, в руках у России несколько козырей.

Похоже, единственный возможный сценарий дальнейшего развития событий в Сирии — раздел государства. В том случае, если это произойдет, дружественное России государство алавитов (течение ислама, к которому принадлежит президент Асад) образуется в стратегически важной западной части Сирии у границы с Израилем и Ливаном в лучшем случае со столицей в Дамаске, в худшем — в прибрежном городе Латакия, где дислоцирована российская военная база. К тому же, Россия не собирается выводить свои войска из Сирии полностью. На двух военных базах останутся и солдаты, и корабли, и самолеты, и самое внушительное российское оружие в этом регионе — системы противовоздушной обороны С-400. Так сказать, уходим, чтобы остаться.

Фактически это будет протекторат, который сможет существовать только при политической, экономической и военной поддержке России. Таких примеров много — Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия, а теперь также Донбасс. Между прочим, совсем недалеко от Сирии находится оккупированный турками Северный Кипр, о котором мир, кажется, совсем забыл. Зачем говорить о событиях 40-летней давности!

Что будет происходить в других частях сирийского пирога? С этим пусть теперь разбираются западные союзники. В действительности ничего хорошего там не происходит. На севере страны все более четкие очертания приобретает курдское государство, что причиняет основательную головную боль Турции. В центре страны хозяйничают «Исламское государство», а также союзник Запада «умеренная оппозиция» — сотни крупных и мелких группировок, которые воюют с режимом Асада, «Исламским государством, а иногда и друг с другом. Лично мне не верится, что они смогут договориться об общих целях на долгосрочную перспективу.

Сирийский котел продолжит кипеть, провоцируя политическую нестабильность в ближних и отдаленных окрестностях. Возможно, именно это и является целью России: дестабилизировать Турцию, создать угрозу «исламских революций» в Иордании, Саудовской Аравии и странах Персидского залива, направить новые потоки беженцев в растерявшуюся, уставшую Европу. К тому же, чем сильнее хаос на Ближнем Востоке, тем больше надежд на повышение цен на нефть.

В российских СМИ можно прочесть и нечто другое. А именно: самый главный успех в том, что Россия снова сидит за одним столом и разговаривает на равных с США откровенно — о Сирии, тайно, возможно, — об Украине. Остается только надеяться, что пакту Молотова-Риббентропа нет места в современной дипломатии.