Состоявшаяся на Кубе встреча патриарха Московского с папой Римским, стала, несомненно, важным, но не переломным событием. О переломе можно было бы говорить в том случае, если бы после встречи было объявлено, что Франциска пригласили в Москву, пишет Polityka (14.02). О таком паломничестве мечтали многие папы, но оно не могло стать реальностью, поскольку РПЦ руководствуется в своих действиях одобрением Кремля, а тот не готов к радикальному развороту в сторону католиков.

Поскольку первая историческая встреча не завершилась конкретным совместным жестом двух иерархов, сложилось впечатление, отмечает комментатор еженедельника, что больше имиджевых очков получили от нее патриарх Кирилл и путинская Россия: первый стремится стать главой всемирного православия, а Путин будет доволен, что его страна возвращается на международную религиозную арену.

Встреча духовных лидеров Москвы и Рима имеет важное религиозное значение, поскольку они показали свою готовность говорить общим языком о важных проблемах мира и христианской цивилизации, однако, в политическом смысле она выглядит победой Путина, вторит Rzeczpospolita (16.02). С самого начала своего понтификата Франциск придерживался курса политики уступок в отношении Москвы, в частности, не поднимая тему российской агрессии против Украины, и поэтому в сложной для России ситуации российский президент решил дать «зеленый свет» для встречи патриарха и папы.

В итоге Кремль получил своего рода ватиканское одобрение на трактовку украинского конфликта как внутреннего спора, а совместный голос католической и православной церквей в защиту христиан на Ближнем Востоке укрепил имидж Путина, как главного защитника последователей Христа, указывает газета. Все это заслонило тот важный факт, что российский консерватизм и религиозность служат в современной России «камуфляжем, который прикрывает экономические интересы бывших сотрудников КГБ и геополитические имперские амбиции современной российской власти», — с сожалением отмечает издание.

Папа Франциск исходит из искреннего желания достичь примирения с православной церковью и защитить христианскую идентичность Европы, и только время покажет, «не злоупотребит ли путинская Москва его доверием», — предупреждает Gazeta Wyborcza (15.02). Опасения автора публикации вызывает то, что еще недавно папа резко осуждал планы ракетного удара (в конечном итоге нереализованные) США, Великобритании и Франции по позициям Асада в ответ на использование сирийским режимом химического оружия против гражданского населения, а сейчас он делает совместные заявления с представителем РПЦ, которая поддерживает российскую военную операцию в Сирии, в ходе которой, в частности, в окрестностях Алеппо, гибнут мирные жители.

В ходе выступления на Мюнхенской конференции по безопасности Дмитрий Медведев обвинил Запад в обострении отношений с Россией, отметив, что они скатились на уровень холодной войны, и призвал к возобновлению диалога о будущей архитектуре евроатлантической безопасности, глобальной стабильности и региональных угрозах.

Комментируя эти слова в интервью газете Nasz Dziennik (16.02), генерал Роман Полько (Roman Polko) называет их проявлением лицемерия российских лидеров. «Нужно обладать невероятным бесстыдством, чтобы совершить аннексию Крыма, нарушить всевозможные международные договоры, потом привести к резне в Донбассе и продолжающему кровоточить конфликту в том регионе, а сейчас произносить громкие фразы на тему мирных действий», — говорит собеседник газеты.

Такая риторика, полагает он, свидетельствует о верном направлении политики Запада, который начинает реагировать на конфронтационные шаги Москвы, в частности, планируя усилить восточный фланг НАТО. Такое решение служит, по мнению генерала, элементом «психологического давления на Россию, которая долгое время чувствовала свою безнаказанность».

«Сейчас, когда на горизонте вырисовывается адекватная сила, Москва поднимает крик, но это не должно ослаблять нашу решимость. Североатлантический альянс — это оборонительный союз, мы не выходим за восточные границы и у нас есть право защищать свою территорию в рамках альянса», — объясняет он.

В свою очередь заместитель спикера польского сената Адам Белян (Adam Bielan) в беседе с телеканалом TVP Info (15.02) призывает не придавать высказыванию Дмитрия Медведева особого значения и обратить внимание на конкретные действия России. В ситуации глубокого экономического кризиса Владимир Путин окажется перед лицом сложной альтернативы: ограничить расходы на вооружения, что будет означать провал его политической концепции, или сократить социальные расходы, что приведет к общественному недовольству. И во втором случае российскому президенту придется «занять внимание общественности каким-нибудь новым конфликтом», — предсказывает политик.

Основной проблемой в контактах между Западом и Россией он называет то, что Москва сама сопротивляется их нормализации: «Можно ли о чем-то договориться с путинской Россией — это большой вопрос. Я опасаюсь, что нет. То, что можно сделать в ее отношении, — это поставить заслон распространению ее влияний. Так Запад сделал в 80-е, и в итоге СССР рухнул».

Бывший заместитель министра обороны Польши Ромуальд Шереметьев (Romuald Szeremietiew), интервью с которым публикует газета Polska (18.02), считает, что современную ситуация нельзя назвать повторением холодной войны, поскольку несмотря на интенсивную модернизацию российской армии военное превосходство Вашингтона до сих пор настолько велико, что Москва не может вступить с ним в реальную гонку вооружений.

При этом собеседник издания предупреждает, что Россия не откажется от попыток вернуть себе статус сверхдержавы и сформировать «большое евразийское геополитическое единство». Свой путь к этой цели, как полагает эксперт, Кремль видит следующим образом: выдавливание американцев из ЕС, далее — недопущение усиления НАТО в Восточно-Центральной Европе и, наконец, возвращение своего влияния на территориях, принадлежавших вначале Российской империи, а затем — Советскому Союзу.

Запад и Россия стоят на пороге холодной войны и возвращения к политике конфронтации, поскольку западная стратегия, заключавшаяся в уступках Москве ради достижения состояния мирного сосуществования, потерпела крах, убежден бывший глава Бюро национальной безопасности Польши Станислав Козей (Stanisław Koziej), выдержки из выступления которого на тему «Саммит НАТО в Варшаве перед лицом новой войны», приводит Interia.pl (13.02).

Основную угрозу, по мнению эксперта, представляет новый тип агрессии — гибридная война, методы ведения которой Москва отработала на Украине. Поскольку для конфликта такого рода характерны скрытные, неявные действия агрессора, не все члены альянса могут счесть его нападением, и, как следствие, дать на него вооруженный ответ, предупреждает генерал. «В настоящий момент НАТО не обладает потенциалом сдерживания России от развязывания гибридной войны. Москва мало рискует, если, например, решит инспирировать бунт русского меньшинства в странах Балтии», — признает он.

Выходом, по его мнению, может стать постоянное присутствие многонациональных сил НАТО на его восточных рубежах, а кроме того укрепление сотрудничества между Североатлантическим альянсом и Европейским союзом, который должен выработать единую стратегию безопасности для защиты от внешних угроз.

Чем более агрессивными становятся риторика и шаги Кремля, тем больше появляется у Польши шансов на продвижение своей концепции восточной политики в Евросоюзе, считает публицист Rzeczpospolita (16.02). Если раньше европейские политические деятели видели в польских опасениях, связанных с Россией, проявление русофобии и травм прошлого, то по мере того, как восточный колосс вел себя все более агрессивно на внешнеполитической арене и все более жестоко расправлялся с оппозицией и российским гражданским обществом, ситуация начала меняться, пишет журналист.

Мюнхенское выступление Дмитрия Медведева подействовало на западных политиков как ушат холодной воды, и они будут готовы прислушаться к польским советам, чтобы выработать эффективную стратегию действий в отношении Москвы. Варшаве остается научиться говорить спокойным «брюссельским языком» и найти верные средства для убеждения своих союзников по ЕС. «Нас ждет очень тонкая игра. Жестокость россиян нам ее упростит», — заключает автор статьи.