На днях моя 16-летняя дочь попросила рассказать, что это за история с русской девочкой в Берлине. Я начал нудно отвечать, что был довольно спорный телевизионный сюжет с, как минимум, одним фальшивым эпизодом, и что, с точки зрения нормальной журналистики, правильно говорить, что на самом деле о произошедшем вообще мало что известно и необходимо спокойно во всем разобраться, прежде чем делать выводы. «Хорошо, — сказала заскучавшая от моей дидактики дочь, — предположим, это — фейк, но зачем?»

Геополитика против чернухи-бытовухи


Привыкнув к антизападной пропаганде, я уже давно об этом не задумывался. А и вправду, зачем? Вот в истории с «распятым мальчиком» в Славянске все было понятно — это прямая, лобовая пропаганда. Таким способом дискредитировался враг, в качестве которого позиционировались украинцы. В свою очередь стимулировалась солидарность с жителями Донбасса, и, говорят, «распятый мальчик» привел туда немало искренних добровольцев. А зачем раскручивать сомнительную историю с девочкой? Вроде бы ни с Германией, ни с приехавшими туда беженцами мы не воюем. И добровольцы туда пока едут в основном работать или учиться.

«Ну, например, — говорю я чуть ли не первое, что приходит в голову, — как-то отвлечь от происходящего здесь или снивелировать здешнюю картину сравнением «а в Европе-то вообще ужас что творится». И тут моя дочь моментально реагирует: «А, типа белгородский врач? Умно».

Ну да, и история с врачом, убившим пациента, и с ученицами ульяновского колледжа, избившими воспитанницу детдома, и еще много других не кажутся такими уж дикими на фоне зверств неизвестных беженцев, почти что поработивших закатывающуюся Европу. И уже как-то не особенно интересно, что там потом будет с врачом, с девчонками этими жестокими, инспектором ДПС, державшим «скорую» перед кортежем, и многими другими фигурантами ежедневных российских новостей. Прочитали и забыли, чернуха-бытовуха. То ли дело в Германии, тут, брат, уже геополитика пошла.

Ксенофобия государственного масштаба

Перефразируя известный мем, что там, у немцев, с беженцами, теперь интересно всем. История с девочкой крепко связала российского зрителя с европейской повесткой. Раньше он просто посмеивался над глупыми, с его точки зрения, европейцами, непонятно зачем пустившими к себе орды подозрительных людей. А теперь будто коснулось и его самого — наших бьют. Бывших наших, скажете? Да ну что вы, они же туда поехали не грязью родину обливать, простые люди, как и мы. Русские же своих не бросают. Неважно, что история какая-то сомнительная, проблема беженцев, терроризирующих население многострадальной Германии и русскоязычную диаспору в том числе, налицо, так что не надо забалтывать, это вам любой диванный аналитик скажет, даже не включая телевизор.

Вот и появился еще один не то чтобы враг, а, скажем так, объект ненависти, которых по нынешним временам много не бывает. По масштабу, конечно, не сравнить с украинцами или турками, не говоря уж об американцах. Но на роль врагов второго плана вполне потянет. Да-да, вы не ошиблись, это именно ксенофобия и разжигание ненависти, причем государственного уровня и масштаба. Что парадоксальным образом должно работать против антимусульманских настроений внутри России, а главное — на имидж российских властей.

Дескать, посмотрите, мягкотелые европейцы со своими хвалеными политкорректностью, толерантностью и мультикультурализмом не смогли справиться с мусульманами-беженцами. И вынуждены теперь чуть ли не плясать под их дудку, в результате чего страдают и простые русские люди в Германии.

С другой стороны, посмотрите, какие наши мусульмане молодцы: каждый день клянут недругов России, пятую колонну, готовы защищать президента днем и ночью. Если кого и убивают, то врагов народа. Точнее так: посмотрите, какими они стали молодцами благодаря понятно чьей мудрой политике. А ведь еще не так давно с автоматами по горам бегали, в ребят наших стреляли. Может эта ваша Меркель такой фокус провернуть? То-то.

Тайный выгодоприобретатель

У этой темной, но шумной истории есть еще один не самый заметный из России бенефициар. Это немецкие ультраправые, под эгидой которых и проходят сейчас антиэмигрантские выступления. В их числе и «народный сход» возмущенных русскоязычных жителей Берлина, который был показан в сюжете Первого канала.

Не удивлюсь, если и вся история с якобы изнасилованной девочкой пошла именно от правых. Памятуя, как тепло у нас привечают всяких европейских ультраправых от «Йоббика» до Национального фронта, появление таких сюжетов в эфире федеральных каналов, транслируемых и на Европу, где живет несколько миллионов бывших соотечественников, выглядит совершенно неудивительным.

Русскоязычные эмигранты практически в любой стране, как правило, изначально придерживаются весьма правых взглядов. Иными словами, они редко когда испытывают симпатию к другим приезжим, особенно, скажем так, неблизких ментальностей и культур. И часто активнее коренного населения выступают за жесткие ограничения по приему мигрантов, несмотря на то, что сами таковыми являются. Их еще большая радикализация — крайне благоприятная почва для не слишком популярной Национал-демократической партии Германии (НДПГ), возможность для нее получить новые голоса из немецкого «маленького СССР», молящегося на путинский телевизор. Чем не своего рода добровольцы?

Похоже, историй, сталкивающих выходцев из России с «восточными варварами» будет еще немало.