Москва придумала способ заставить США формально согласиться на наступательные военные операции России против партнеров Америки в этом регионе. И при этом она называет их перемирием.

Россия предлагает в Сирии то же самое, что она больше года делает на востоке Украины, а именно «прекращение военных действий» на тех условиях, которые будет определять Москва.

Мирное соглашение «Минск-2», подписанное в феврале 2015 года Россией, Украиной, Францией и Германией при поддержке США, должно было привести к прекращению военных действий на всей территории Украины. Однако ставленники России на местах — при активной поддержке Москвы — продолжают атаковать позиции украинской армии, громко обвиняя украинцев в нарушении режима перемирия.

Тогда, как и сейчас, основным мотивом было стремление решить гуманитарные проблемы. Запад полагал, что перемирие на Украине поможет удержать пророссийские силы от захвата Дебальцево, который тогда был в осаде. Но российские ставленники захватили Дебальцево спустя три дня после вступления в силу соглашения о перемирии.

В Сирии Путин будет использовать те же самые приемы, чтобы достичь тех же самых целей — ослабления или уничтожения оппозиционных сил, которые Америка поддерживает.

Это имеет большое значение, потому что Алеппо является одним из последних бастионов оппозиционных сил,  который дает хоть какую-то надежду на такое будущее Сирии, в котором нет ни жестокого репрессивного режима Асада, ни диктатуры «Аль-Каиды» и ИГИЛ.

Россия, разумеется, утверждает, что все группировки на севере Сирии — это сплошь «Аль-Каида», ИГИЛ и их союзники.

Это ложь.

Оппозиция в Алеппо включает в себя те группировки, которые пользуются поддержкой США. Некоторые из этих группировок даже получили от США противотанковые ракеты, а это значит, что они прошли тщательную проверку, призванную гарантировать, что это оружие не окажется в руках  ИГИЛ или «Аль-Каиды».

Ложные заявления России о том, что она борется с террористами — это циничная попытка скрыть истинные намерения Путина, заключающиеся в том, чтобы восстановить диктатуру Башара аль-Асада и гарантировать России право на использование военных баз на побережье Средиземного моря.

Что случится дальше?

Ниже изложена одна из версий развития событий по наихудшему сценарию. Войска сирийского правительства при мощной поддержке со стороны ливанской Хезболла, иракских шиитских группировок, иранской армии и России, не прекращающей наносить множественные авиаудары, продолжит наступательные операции под Алеппо, еще больше изолируя оппозицию в этом городе и расширяя территорию, контролируемую Асадом.

Они продолжат наносить удары по гражданским объектам в этом районе, в результате чего десятки тысяч людей лишатся жилья и увеличится  поток беженцев в Турцию.

Госсекретарь Джон Керри, разумеется, будет выступать с решительными протестами против всего этого, но администрация Обамы не станет предпринимать никаких действий.

Режим Асада окружит Алеппо и продолжит уничтожение группировок, которые США поддерживают — во имя процесса, с которым Америка только что согласилась.

Результатом станет еще большее ослабление умеренной оппозиции, с которой США могли бы сотрудничать, и усиление «Аль-Каиды», ИГИЛ и их союзников.

С одной стороны, эти военные операции нанесут непоправимый ущерб оставшейся умеренной оппозиции, не затронув районы, где сосредоточены силы ИГИЛ и «Аль-Каиды».

С другой стороны, они станут убедительным подтверждением заявление ИГИЛ и «Аль-Каиды» о том, что США перешли на сторону Асада и будут поддерживать попытки этого диктатора уничтожить суннитов и что теперь только ИГИЛ и «Аль-Каида» смогут защитить суннитское население.

В этом смысле Россия воплотит свою ложь в реальность.

Мы наблюдали за тем, как Россия разыгрывала этот сценарий на Украине, в течение целого года. Россияне даже опубликовали описание того, как именно они манипулировали Западом.

Манипулирование США с целью заставить их поддержать действия России на самом  деле является основной задачей Путина.

Удивительно, что те, кто в течение всего прошлого года принимал участие в разыгрывании этого сценария на Украине, надеются на то, что в Сирии результат будет иным.

Однако же представители Госдепартамента и Белого дома, по всей видимости, действительно в это верят.

Фредерик Каган — директор Программы критических угроз Американского института предпринимательства. Кимберли Каган — президент Института по изучению войны.