Нынешнее сирийско-российское наступление под Алеппо усугубляет гуманитарный кризис сирийских беженцев, ищущих убежища в Турции, и способствует росту напряженности между Москвой и Анкарой.

По стечению обстоятельств 4 февраля 2016 года официальный представитель Министерства обороны РФ генерал Игорь Конашенков сообщил, что Турция готовится к вторжению в Сирию. Через три дня он заявил в адрес Генерального секретаря НАТО, что его высказывания о том, что российские действия приводят к росту напряженности и увеличивают поток беженцев, глупость. Действия российских воздушно-космических сил вызывают рост напряженности максимум среди террористов, которые теряют почву под ногами, а это именно то, чего с самого начала добивается Россия, и Москва этого нисколько не скрывает. Кроме того, не Россия ввергла Ближний Восток в хаос, а неудачная и безответственная политика НАТО.

Эти две позиции, как и многие другие, очень хорошо иллюстрируют, как Кремль воспринимает свое участие в конфликте в Сирии/на Ближнем Востоке, и каково отношение Москвы к НАТО, вернее отдельным его членам. В то время как Россия борется за добро, НАТО и некоторые его члены в лучшем случае мешают, а в худшем — вредят. И больше всего это касается Турции и США.

А ведь последние 20 лет отношения между Россией и Турцией были не просто беспроблемными, но и во многих отношениях чрезвычайно хорошими.

Совершенно ничто не предвещало, что между этими странами возникнут какие-то спорные темы — даже после начала российской операции в Сирии в конце сентября прошлого года. Еще 20 октября Россия и Турция договорились, что будут совместно бороться с терроризмом. Через десять дней агентство «Спутник» опубликовало интервью с бывшим министром иностранных дел Турции, в котором приводились цифры, подтверждающие увеличение объема взаимного торгового оборота. Турция должна была, в том числе благодаря санкциям, которые против России ввели страны ЕС и США после аннексии Крыма, стать главной страной для транзита российского газа в Европу, а на декабрь был запланирован визит президента Эрдогана в Казань.

Но все изменилось после инцидента со сбитым российским самолетом, причем с такой скоростью, которая в последний раз в истории имела место, наверное, в июне 1941 года. Эрдоган превратился в предателя (и многие приравнивали его к Гитлеру), Турция якобы всадила России «нож в спину», и вдруг оказалось, что Турция давно сотрудничала с террористами Исламского государства и продолжает это делать и т.д. и т.п. Турцию начали критиковать, а кроме того, моментально вернули к жизни образы давнего прошлого, и россиянам напомнили, что турки — извечные враги, которых нужно бить при любой удобной возможности.

Почувствовав себя обиженной и оскорбленной, Москва отреагировала стремительно, отбросив экономическую и политическую логику. Турция быстро сменила Украину на позиции врага номер один, а турецким компаниям в сущности запретили работать на российском рынке. Россиян же призвали не покупать у турок (прежде всего, текстиль и некоторые продукты питания) и не ездить к ним отдыхать. Из-за этого был отменен и безвизовый режим (Россия и без того с немногими странами имеет безвизовые отношения), что вызвало ответные меры Анкары.

Таким образом, в интересах престижа Путин принес в жертву процветающие экономические отношения, допустил, что на юге появился новый враг, и, создав уже описанное давление на предпринимателей, которые зависели от торговли с Турцией, ухудшил и без того плохое положение уже сильно ослабленного среднего класса. В каком-то смысле все это напоминает бессмысленные атаки, в которые во время войны солдат гнали их командиры. Жертвы никто не считал — важно было впечатление.

Будем надеяться, что, несмотря на взвинченную риторику, на отказы от встречи на высшем уровне, о которой Эрдоган неоднократно просил, и на бесконечный поток обвинений, состоящих из лжи, насмешек и оскорблений, прямого военного столкновения между Россией и Турцией не случится. Если опустить крайние мнения о необходимости ядерного удара (об этом, в частности, говорил известный в Чехии Владимир Жириновский), то, пожалуй, можно надеяться на победу здравого смысла. Россия, конечно же, понимает, что Турция уже давно не является «больным человеком на Босфоре», и знает, насколько сильны турецкие вооруженные силы, а также осознает, что у Турции, в отличие от России, есть союзники.

Более того, сегодня Турция, если сравнивать с царскими или коммунистическими временами, не имеет с Россией общих границ, а российское присутствие на юге, то есть в Сирии, не столь масштабно, чтобы Москва могла опасаться наземного вторжения. Причиной для прямой конфронтации, вероятно, могло бы стать какое-нибудь вопиющее нарушение нынешнего статуса-кво, например, если бы Турция закрыла для российских кораблей проливы Босфор и Дарданеллы. Этот вариант многими обсуждался, и некоторые российские юристы признавали, что при определенных обстоятельствах Анкара даже могла бы иметь на то право. Но если Турция не пойдет на это без веской причины, вероятность дальнейшей эскалации не велика.

Однако это совсем не означает, что Россия не может или не хочет вредить Турции, НАТО и Европейскому Союзу иначе. Современный Ближний Восток, как и область Восточного Средиземноморья, где находится Греция и Кипр, открывают для этого почти бесконечное количество возможностей. (И точно так же, кстати, постсоветское пространство, как и сама Российская Федерация, дают пространство для ответных турецких действий.) Что Россия может предпринять?

Со стопроцентной уверенностью можно ожидать продолжения пропагандистской борьбы, когда российские действия выдаются за единственно легитимные (потому что Москва поддерживает правительство), тогда как все остальные поддерживают «террористов». Так что можно понадеяться на избирательную общую борьбу против общего врага, которым должен быть ИГИЛ, хотя он им и не является. С высокой долей вероятности, граничащей с уверенностью, можно ожидать «отмщения» вероломным туркам, которых крайне беспокоит существование курдского меньшинства на востоке турецкой территории.

Москва уже заявила, что курды — союзники. В данный момент ничто не предвещает того, что курды, кстати наиболее многочисленный этнос в мире без собственного государства, благодаря поддержке Кремля добьются своей государственности, но стоит признать тот факт, что эту карту без особых расходов можно разыгрывать бесконечно, а еще есть примеры квазигосударственных образований, которые в последние годы Москва создала в ущерб Грузии и Украине.

Против такого сценария говорит то, что возникновение независимого Курдистана не очень понравилось бы Тегерану, а также тот факт, что России, скорее всего, нечто подобное не удастся сделать в регионе, который не находится непосредственно у российских границ.

Однако Москва может, опять-таки потратив немного средств, принципиально влиять на «перекраивание» границ, которого в регионе, похоже, избежать не удастся. Благодаря статусу постоянного члена Совета безопасности ООН Россия может (не) признавать международную легитимность какого-либо изменения (насколько это важно, демонстрирует, например, Южный Судан) и оставить за собой возможность поставлять своим союзникам оружие и информацию. Сейчас нет оснований полагать, что Россия эту возможность утратит, или она хотя бы чем-то ограничится. Каковы планы России?

Хорошее представление об этом могут дать слова специалиста, в роли которого в нашем случае выступит бывший заместитель министра обороны СССР, а сегодня генерал-майор и президент российской Коллегии военных экспертов, автор двухтомника «Основы общей теории войны» Александр Владимиров. В интервью, которое в октябре прошлого года он дал газете «Культура — духовное пространство русской Евразии», основной целью операции в Сирии он назвал контроль над Средиземным морем и газопроводами в Европу.

Генерал-майор Владимиров утверждает, что в Сирии Россия впервые за долгое время начала действовать тогда, когда ей было удобно. То есть Россия не реагировала, а заставила других реагировать на собственные шаги. Более того, на чужой территории и ценой малых затрат Россия ведет войну за собственное выживание. Кто больше всего препятствует выживанию России? Разумеется, США, которые России и ее интересам вредят и в Сирии. Пусть с ними в чем-то нужно сотрудничать, а также координировать некоторые действия, но нельзя забывать о том, что Америка России вредила, вредит и всегда вредить будет!

Владимиров убежден, что российская операция не станет вторым Афганистаном, потому что Москва не собирается контролировать сирийскую территорию. В Сирии речь идет не о поддержке одной стороны конфликта, а о поддержке официального правительства. Россия не ведет борьбу с исламом или одним из его течений, а хочет установить мир и справедливость для всех граждан Сирии. Кстати, Путин подчеркнул, что ислам — значимая религия, и хотя Россия является представителем христианской цивилизации, она не выступает против ислама, а, напротив, борется с теми, кто не хочет его развития.

А кто не хочет развития ислама? И тут Владимирову все ясно, потому что подобные настроения — результат либеральной фашизации арабского населения и мусульманской цивилизации!

Россия должна выстоять и победить! Сирия — настоящий союзник, и если она устоит, то регион будут контролировать уже не Катар и США, а Россия и Сирия. И это относится и к газопроводам в Европу. Благодаря тому, что из Каспийского моря удалось нанести удар по целям на расстоянии 2500 – 3000 км, Москва продемонстрировала, что американский противоракетный щит в Европе — бессмыслица. И не только в Европе! Корабли, подобные тем, с которых был осуществлен удар из Каспийского моря, могут быть размещены где угодно. На Балтийском море или в Тихом океане!

Благодаря этому, и если России удастся воспользоваться отличными отношениями с Ираном, курдами и Израилем, на Ближнем Востоке будут созданы такие условия, что всем будет ясно: американцы уже никому не нужны. В ходе последующей перестройки арабского мира Россия займет позицию надежного стратегического партнера для всех, кто борется с терроризмом. Его самыми большими рассадниками являются Катар и Саудовская Аравия, которые всех уже достали. С ними придется покончить силой, и Москва при этом не обойдется без помощи Вашингтона. Чтобы это произошло, достаточно подождать подходящего теракта, который может случиться в ближайшую пару лет…

Несмотря на то, что генерал-майор лицо частное, ясно, что подобный образ мыслей, вернее аргументирования, в России воспринимается с восторгом. Однако для самостоятельных акций против всего остального мира, как во времена холодной войны, у России нет ни средств, ни, вероятно, желания. Китай не бросится в ближневосточную авантюру, Иран будет заботиться прежде всего о своих интересах (так же, как и раньше, время от времени интересы могут совпадать, но 90-е годы ясно показали, что Тегеран не будет ставить идеи Москвы не первое место и подчиняться ей), а других сильных игроков просто нет.

Мы не знаем, сможет ли, а если да, то когда, Москва «победить» в Сирии (ведь Путин не сказал, что (не) будет победой, так что ею может быть что угодно). Но если говорить об отношениях с Турцией, то, похоже, Кремль с огромным трудом сносит то, каким образом Анкара позволила себе действовать. Ведь таким же образом Москва поступает с Киевом! Тот факт, что турки не испугались размеров, запасов нефти и газа, присоединения Крыма и даже ядерного оружия, воспринимается как серьезная потеря лица. И еще хуже, что Путин получил пощечину от «какой-то» региональной державы, а ведь роль первого, кто должен был «получить» (не обязательно в Турции), была уготована слабому и мягкому Обаме, под «руководством» которого должна была уйти в небытие (вероятно, никогда не существовавшая) американская однополярность. Вместо этого Москва на собственной шкуре ощутила, что закончилась эра биполярного мира.