Настало время отказаться от надуманных отговорок по поводу вооруженных сил США или зон безопасности и убедить повстанцев принять российские условия. В противном случае в Алеппо начнется кровавая бойня.

Способно ли объявленное на этой неделе шаткое соглашение о прекращении огня предотвратить катастрофу, которая может произойти в Сирии в ближайшее время? Речь идет об осаде Алеппо, крупнейшего сирийского города. Это будет ключевым испытанием для соглашения, вступающего в силу 27 февраля. Уже несколько недель жители Алеппо ждут надвигающуюся катастрофу. Недавно сирийские правительственные силы при поддержке российской военной авиации перерезали последний из остававшихся путей снабжения повстанцев в Алеппо и тем самым создали основу для осады. Опасаясь возможных бомбардировок и голода, десятки тысяч сирийцев уже направились к границам Турции в надежде обрести там спасение. Однако Анкара отказалась пропустить на свою территорию большую часть беженцев, и в результате гуманитарный кризис уже зреет на турецкой границе.


Тысячи других людей направились в другие части Сирии, в том числе в те районы, которые находятся под контролем существующего режима. Немалая часть этих людей весной и летом окажутся на пути в Европу.

Можно считать парадоксом то, что переговоры об облегчении ситуации в Алеппо уже не ведутся. Именно успехи режима Асада и продвижение его армии к Алеппо в начале февраля ускорили международные переговоры. Однако эти переговоры, скорее всего, будут иметь там менее важное значение, чем в других частях Сирии, потому что бои в Алеппо и вокруг него стали значительно более интенсивными во время проведения переговоров. А русские ясно дали понять: даже в том случае, если прекращение огня будет выполнено, Алеппо и соседняя провинция Идлиб будут исключены из договоренности из-за непосредственного присутствия там группировки «Джабхат-ан-Нусра», филиала «Аль-Каиды» в Сирии.

Тот факт, что президент Владимир Путин вчера так быстро поддержал это соглашение и выступил со специальным заявлением по телевидению, по крайней мере свидетельствует о новых обязательствах со стороны Москвы. Они, вероятно, будут основываться на военных завоеваниях, которых путинские вооруженные силы помогли добиться Асаду за последние несколько месяцев. И российский лидер не без оснований может быть уверенным в том, что он контролирует ситуацию на земле: наличие Ан-Нусры, в частности, предоставляет России оправдание для продолжения боев в Алеппо и даже для нанесения ударов по тем повстанцам, которых Запад предпочел бы поддержать. Вашингтон понимает, что невозможно подготовить соглашение о прекращении огня, которое позволит совершать нападения на Исламское государство — этого хочет президент Барак Обама, — но при этом исключит возможность нанесения ударов по представителям группировки Ан-Нусра, которая, в соответствии с любым определением представляет собой террористическую организацию.

Для спасения Алеппо мы должны признать, что Россия в настоящее время держит в своих руках все карты. Многие еще видят последний ответ в использовании вооруженных сил США, а также в установлении бесполетной зоны или зоны безопасности для спасения жителей Алеппо. Кроме того, эти люди считают возможным остановить продвижение поддерживаемого русскими режима и отбросить его силы назад. Подобные голоса требуют, чтобы Вашингтон нашел способ вновь обеспечить маршруты поставок в город и увеличил поставки современных мощных вооружений повстанцам.

Однако столь же часто в подобных требованиях обнаруживается отсутствие более широкой стратегии, в рамках которой могут быть использованы вооруженные силы Соединенных Штатов. Помимо того, что подобные действия будут содержать в себе риск прямого американо-российского столкновения и возникновения более масштабного конфликта, представляется сомнительным, чтобы зоны безопасности действительно смогли улучшить защиту гражданского населения. Без соответствующей поддержки со стороны наземных сил, способных обеспечить безопасность такого рода зон, боевые действия будут продолжаться. Ан-Нусра и ИГИЛ, вероятно, частично заполнят любой вакуум. Отбрасывание вооруженных сил сирийского режима из северного Алеппо может поменять идентичность тех, кто страдает, но подобные действия вряд ли смогут решить существующие проблемы в целом. Более того, сирийский режим и его российские и иранские союзники в ответ лишь усилят свои действия. В конечном итоге, трудно понять стратегию, которая пытается облегчить страдания сирийского народа с помощью направления большего количества вооружений и большего насилия. Мы ранее уже неоднократно видели подобную эскалацию и ответную эскалацию в ходе сирийской войны, и результат всегда был одинаковым: еще большие по масштабу бедствия для местного населения.

Должен существовать более приемлемый путь — и он есть, даже в том случае, если хорошего пути вообще быть не может. Основным принципом должна стать концентрация внимания на помощи жителям Алеппо, а не на достижении абсолютных политических результатов или победы в этой войне, хотя подобного рода чувства воодушевляют слишком многих вовлеченных игроков. Уже давно пора отказаться от бессмысленного вопроса о будущем Башара Асада и перестать пытаться дотошно контролировать фиктивный сирийский переходный период. Возможно, это означает признание стратегии Асада и русских, однако защита гражданского населения, гуманитарные коридоры и замораживание конфликта до того, как он достигнет новых высот опасной эскалации, — все это сегодня должно стать приоритетной задачей, и прежде всего в Алеппо.

Кроме того, настало время заставить сирийскую оппозицию принять российские условия прекращения огня вокруг Алеппо и признать это лучшим вариантом долгосрочной стратегии. На севере страны подобный вариант, в действительности, означает, что нужно заставить оппозицию и ее региональных сторонников признать, что мы не можем работать вместе с группировками, сотрудничающими с Ан-Нусрой, и что присутствие подобных группировок в Алеппо не позволит поддержать режим прекращения огня. Деэскалация на российских условиях — все же лучше, чем полное отсутствие деэскалации.

© AP Photo, SANA
Разрушенные дома в бывшем христианском районе Алеппо


Следует отметить, что демобилизация, в конечном счете, является наиболее опасным вариантом для Асада. Уже давно известно, что сирийский президент не способен выжить в случае проведения долгосрочной политической реформы, и победа в Сирии вероятнее всего будет результатом процесса деэскалации, после чего существующий режим будет подвержен давлению со стороны своих внутренних избирателей и внешних сторонников — независимо от первоначальных условий. До тех пор, пока борьба в Сирии будет оставаться военным сражением за выживание режима, и Россия, и Иран будут ограничиваться выполнением задачи, связанной с защитой Асада. Однако на прошлой неделе мы вновь имели возможность увидеть, как постоянный представитель России при ООН публично рекомендовал Асаду изменить свою позицию и принять план прекращения огня, и это означает, что появление альтернативного пространства сделает сирийского руководителя чувствительным для давления со стороны его союзников.

Разговоры о направлении большего количества вооружений или об установлении зон безопасности способны лишь ободрить оппозицию и продлить войну, что приведет к новому витку эскалации. Американское правительство давно пришло к выводу — к правильному выводу, по нашему мнению, — о том, что оно не может выиграть войну для сирийской оппозиции. Вместе с тем, верхом жестокости является предоставление ей поддержки и ободрения, достаточных лишь для того, чтобы не проиграть. Надежда — это враг мира в Сирии.

Следует также иметь в виду, что времени остается очень мало. Алеппо — это то место, где соглашение скорее всего не будет соблюдаться, и это то место, где любая новая эскалация военных действий может разрушить весь процесс, если учитывать более широкое символическое и стратегическое значение этого города. Международное сообщество должно незамедлительно отреагировать на соглашение о прекращении огня для того, чтобы предотвратить надвигающуюся гуманитарную катастрофу в Алеппо. В противном случае мы увидим там такое количество страдания, какого мы раньше еще не видели в ходе сирийской гражданской войны, жертвами которой уже стали 300 тысяч человек.

В продолжающиеся бои в Алеппо, как и было предсказано, уже вовлекаются все ключевые игроки, и они твердо намерены не передавать судьбу этого города в руки других. Что касается оппозиции, то внешние сторонники обеспечивают новые поставки оружия, а Турция, как сообщают, подвозит боевиков к линии фронта по своей территории. Кроме того, Анкара начала проводить артиллерийские обстрелы позиций курдских формирований, которые при поддержке российской авиации захватывают города вблизи Алеппо, ранее удерживавшиеся повстанцами. ИГИЛ также подтягивает свои силы. Боевики этого джихадистского движения находятся к северу от Алеппо, и по мере ухудшения ситуации они пытаются расширить свои претензии. Короче говоря, Алеппо содержит в себе все семена для эскалации и даже для непосредственного столкновения между Россией и Турцией.

Если сирийскому режиму на самом деле удастся окружить позиции повстанцев в районе Алеппо, то в результате скорее всего возникнет неконтролируемая гуманитарная катастрофа. В удерживаемой повстанцами восточной части Алеппо, по существующим оценкам, все еще находятся около 350 тысяч человек, и это намного больше числа жителей при осаде Хомса или Мадайи. Более того, российские военно-воздушные силы теперь полностью там присутствуют, и они реализуют стратегию, сформированную на разрушенных улицах города Грозного, столицы российской мятежной провинции. Согласно этой стратегии, повстанцы не могут скрываться среди жителей города, если нет ни города, ни его жителей. И ситуация будет еще хуже, поскольку повстанцы вряд ли захотят сдаться в таком стратегически важном месте — частично потому, что сокращается количество других удерживаемых повстанцами районов, куда они могли бы направиться при заключении любой договоренности о сложении оружия.

Все это означает, что для устойчивого прогресса в других местах, вероятнее всего, потребуется достижение прогресса вокруг Алеппо. Дальнейшее ухудшение ситуации там, вероятнее всего, приведет к тому, что будет выпущен весь воздух из более широкого соглашения. Сегодня неотложный приоритет состоит в следующем: нужно подумать о том, каким образом переместить имеющиеся достижения в этот ключевой город.

Подобный подход должен одновременно сопровождаться обращением более пристального внимания на ухудшающиеся курдско-турецкие отношения. Не существует перспективы замораживания более широкого конфликта вокруг Алеппо — особенно если он будет в основном на российских условиях и без договоренности с Турцией, и Соединенные Штаты должны усилить свое давление на курдов для того, чтобы они остановили свое наступление в восточном направлении и отказались от захвата удерживаемых повстанцами деревень.

Если все эти планы провалятся, и не будет надежды на достижения прогресса на севере, то тогда уместным будет применение сдерживания в отношении России — только не с помощью силы, поскольку подобные действия будут обречены на провал. Направленные против русских меры должны предусматривать расширение санкций — это тот инструмент, который Запад на самом деле будет применять и которого на самом деле опасаются русские. Соединенные Штаты и Европа должны заранее объявить о новых санкциях — особенно о финансовых санкциях — против России, которые будут введены в том случае, если гуманитарный доступ не будет обеспечиваться в Алеппо. Но, даже бросая вызов русским, мы — как бы это ни было нам неприятно — должны признать, что в конечном итоге путь, предотвращающий гуманитарную катастрофу в Алеппо, проходит через Москву.

Джулиен Барнс-Дейси и Джереми Шапиро — научные сотрудники Европейского Совета по международным отношениям.