Поражение Эво Моралеса на референдуме, в результате которого он собирался изменить Конституцию, чтобы обеспечить свое четвертое переизбрание в 2019 году, является хорошей новостью для Боливии и культуры свободы. Она вписывается в демократический процесс, подрывающий устои демагогического популизма в Латинской Америке. Его важными вехами являются победа Маурисио Макри (Mauricio Macri) в Аргентине над кандидатом, выдвинутым госпожой Киршнер; заявление Рафаэля Корреа о том, что он не будет баллотироваться на ближайших президентских выборах в Эквадоре; сокрушительное поражение (на 70% голосов) режима Николаса Мадуро на выборах в Национальную ассамблею Венесуэлы и нарастающая дискредитация Дилмы Русеф и ее наставника, бывшего президента Лулы, в Бразилии в связи с экономическим провалом и скандалами вокруг нефтяной компании Petrobras, предрекающими также провал Партии трудящихся на ближайших выборах.

В отличие от популистских правительств Венесуэлы, Аргентины, Эквадора и Бразилии, чья демагогическая политика привела к обвалу экономики в этих странах, экономическую политику Эво Моралеса характеризовали как успешную. Но статистические данные не рассказывают всю правду о неимоверно благоприятном для Боливии десятилетнем периоде благодаря высоким ценам на сырье. Но как только они стали падать, в стране прекратился экономический рост, ее сотрясают коррупционные скандалы.

Это отчасти объясняет резкое снижение рейтинга Эво Моралеса. Интересно отметить, что в ходе референдума почти все основные боливийские города проголосовали против него и, если бы не сельские районы, наиболее отдаленные и наименее культурные, где властным структурам гораздо проще подтасовать результаты голосования, то поражение Моралеса было бы еще более сокрушительным.

До каких же пор этот своеобразный правитель будет обвинять во всех своих неудачах «американский империализм» и «либералов»? Последний скандал с Моралесом связан с Китаем, а не с США. Его бывшая подруга Габриэла Сапата (Gabriela Zapata), сейчас находящаяся в заключении, родившая ему в 2007 году ребенка, занимала руководящую должность в китайском компании, получавшей крупные и необоснованные подряды на строительство дорог и другие общественные работы общей стоимостью свыше 500 миллионов долларов. Вопиющее злоупотребление служебным положением при распределении этих незаконных подрядов, о котором рассказал отважный журналист Карлос Вальверде (Carlos Valverde), потрясло страну, а оправдания и опровержения со стороны президента лишь усилили подозрение в его нечистоплотности. Боливийской общественности следует помнить, что это лишь совсем недавний случай коррупции, которая многократно проявлялась в течение последнего десятилетия, хотя благодаря популярности Эво ее удавалось замалчивать. Будем надеяться, что при помощи этой угасающей популярности больше не удастся вводить в заблуждение боливийское общество, которое поддерживало главу государства и режим, представляющий из себя воплощение самого необузданного популизма.

Хотелось бы также верить, что мировая общественность, как и боливийцы, перестанет проявлять это, расположение, дискриминационное и расистское по своей сути, особенно в Европе, по отношению к «первому индейцу, ставшему президентом Боливии. Это одно из многих лживых утверждений, касающихся его официальной биографии, которые громогласно в ходе всех его международных поездок. Почему дискриминационное и расистское? Да потому, что французы, итальянцы, испанцы и немцы, встречавшие одобрительными возгласами забавного президента на официальных встречах без галстуков, никогда не стали бы приветствовать руководителя своей страны, если бы он говорил такие же глупости, как Эво Моралес (например, по поводу того, что в Европе так много гомосексуалистов из-за излишне высокого потребления куриного мяса). Но, по их мнению, для Боливии этот безграмотный персонаж вполне подходит. Аплодисменты Эво Моралесу напоминали мне Гюнтера Грасса (Günter Grass), советовавшего латиноамериканцам «следовать примеру Кубы», но при этом в Германии и других странах Европы он уже выступал не за коммунизм, а за социал-демократию. Подходить с разными оценками к первому и третьему миру — это как раз та самая дискриминация и расизм.
 
Те, кто считают, что для Боливии Эво Моралес вполне годится (но не для Франции или Испании), имеют совершенно неправильное представление об этой высокогорной стране. Я очень люблю эту страну, поскольку там, в Кочабамбе (Cochabamba), провел девять лет своего детства, о которых у меня остались самые светлые воспоминания. Боливия — не бедная, а обедневшая страна. Подобно многим латиноамериканским республикам, она обеднела в результате неумелого управления и неправильной политики своих руководителей, многие из которых такие же малограмотные демагоги, как Эво Моралес.

Они не сумели правильно использовать богатейшие людские и природные ресурсы, позволив небольшой кучке олигархов жить в роскоши, в то время как огромные массы индейцев кечуа и аймара, а также метисы, составляющие основу среднего класса, прозябали в бедности. Эво Моралес и его окружение никак не способствовали экономическому развитию Боливии, хотя и заключили торговые соглашения с Бразилией на разработку газовых месторождений, получили огромные займы от Китая на возведение гигантских объектов (для многих из них даже не было разработано технико-экономического обоснования). Подобные действия в значительной мере ставят под угрозу будущее страны, а политика национализации, удушение частного предпринимательства и восхваление классовой (зачастую переходящей в расовую) борьбы вызывает рост социального насилия со всеми вытекающими последствиями.

В Боливии есть мужественные, реалистично мыслящие и уважаемые политики (я знаю некоторых из них). Несмотря на труднейшие условия, в которых им приходилось действовать, подвергаясь шельмованию в СМИ, рискуя оказаться в тюрьме или быть высланными за пределы страны, они защищали демократию, растоптанную свободу, выступали против произвола, демагогии, коррупции, необдуманных и ошибочных шагов Эво Моралеса и его команды идеологов, возглавляемой вице-президентом, марксистом Альваро Гарсией Линерой (Álvaro García Linera). Именно такие политики, а также десятки тысяч боливийцев как они, представляют собой истинное лицо Боливии. Они хотят видеть свою страну не эффектной лубочной картинкой, а современной, свободной, процветающей и истинно демократическим государством, каковыми теперь являются Уругвай, Чили, Колумбия, Перу и ряд других латиноамериканских стран. Они сумели освободиться или вот-вот это сделают, от правителей вроде супругов Киршнер, Уго Чавеса и его последователя Николаса Мадуро, невнятного Рафаэля Корреа, Лулы и Дилмы Русеф, которые их тащили или продолжают тащить к пропасти.

Поражение Эво Моралеса на референдуме, состоявшемся в воскресенье 21 февраля, дает большие надежды Боливии, и сейчас необходимо лишь для того, чтобы оппозиция сохранила единство (к сожалению слабое), возникшее в ходе всенародного опроса. Если в ее рядах снова произойдет раскол, то это будет королевским подарком для угасающей звезды Эво Моралеса. Если же оппозиция останется столь же единой и активной, какой она была все последние недели, то Боливия станет следующей страной, которая освободится от популизма и вновь обретет свободу.