Европа, Африка и Ближний Восток пребывают в совершенном хаосе. Что делать? Решение, разумеется, есть всегда. Однако проблему мы можем пытаться решать либо идеологически, либо рационально, прагматически, реалистически, и не всегда это получается благовидно и элегантно.

Начнем с России. Пожалуй, все согласятся с тем, что оккупировать территорию соседнего государства военной силой — это агрессия. Проблему отторжения территории можно решать мирным путем, скажем, с помощью референдума или договоренности. Пример — Словакия. Разумеется, в Крыму и на Донбассе большинство жителей русские, и у них есть право на самоопределение. Также нужно подчеркнуть, что в Крыму у Путина не было других вариантов: Украина собиралась расторгнуть договор о базе в Севастополе, и тогда военный флот РФ потерял бы выход в Черное море, и, кроме того, на Крым, как на место своей новой базы, уже имели виды американцы. Это сложный вопрос, но применение силы в международных отношениях должно быть неприемлемым.

И опять-таки что же делать? Аннексия Крыма нам не нравится, но найдется ли кто-то, что думает, что новый русский царь уступит? Вряд ли. Мы не обязаны его любить, но мы должны принять реальность. Санкции, как всегда, не работают. Россия — слишком большая и сильная. Ни Трамп, ни, скажем, Робейшек не являются поклонниками Путина. Но они понимают реальность и ищут какое-то разумное решение. Оно не будет ни благовидным, ни элегантным. Конечно, наши милые либералы их обоих упрекнут в этом и гордо продемонстрируют, какие они принципиальные демократы. Что ж, пусть так… (Или я что-то упустил? Предложил ли кто-то что-то разумное, чтобы выгнать Путина из Крыма и Донбасса?)


Что мы вынесли из арабской весны?

Вероятно, только то, что свергнуть диктатора совместными действиями внутренней оппозиции и западных (США и ЕС) помощников не так трудно. Однако прежде чем идти на дело, нам стоило бы хорошенько проверить, кто является там оппозицией. «Запад» этого явно не сделал. Эти политики как-то не заметили, что «оппозиционеры» — самая настоящая исламистская сволочь. И так был свержен Каддафи, и страну захлестнуло «Исламское государство» (запрещенное в России — прим. ред.). Ливия пребывает в хаосе, у нее два или три правительства, и с ее территории на Европу надвигается масса нецивилизованных варваров. Все это прямое следствие обамо-клинтоновской слабоумной политики.

То же самое было в Ираке. Чудовище Саддам Хусейн поддерживал террором и насилием единство этой искусственно созданной страны (в прошлом Персии), полной враждующих общин шиитов, суннитов и курдов. Он делал это отвратительными методами и закончил свою жизнь на виселице. Страна же погрузилась в намного худший хаос. Мусульмане разных направлений ислама продолжают убивать друг друга.

На очереди Сирия.

Это была относительно устроенная страна. Это устройство навязывал, опять-таки террором, отучившийся на Западе диктатор Асад. У него тоже были тюрьмы, пыточные и прочие «человеколюбивые» учреждения. Вопрос: располагаем ли мы полной информацией о том, что, собственно, в Сирии творилось до попытки переворота? Конечно же, нет. Оказалось, что эти «демократические» противники Асада — порядочный сброд, преимущественно исламисты разных окрасок. Обама с Клинтон поддержали вооружение антиасадовской оппозиции и только потом поняли, что их протеже на самом деле являются в массе своей обыкновенными салафитами, террористами и прочими исламистами. Теперь уж слезами горю не поможешь. Вся информация, которой мы сегодня располагаем, «biased», то есть тенденциозна. Путин и Обама по-разному ее оценили. Кто прав? Аллах его знает… И что теперь?


Обратите, пожалуйста, внимание на новейшую тенденцию. Россияне начинают сотрудничать с Асадом, и когда президентом станет Трамп (если до того какой-нибудь либерал его не убьет), он начнет вместе с россиянами искать некое разумное решение. И вдруг Асад, даже в наших СМИ, не такой уж отпетый негодяй.

Какие решения, собственно говоря, были возможны в начале конфликта в Сирии? Обамовское: вооружить оппозицию, оправить ей оружие и стараться свергнуть ненавистного диктатора. Или, по моему мнению более разумное, оказать на Асада целенаправленное давление, в том числе с помощью санкций, и заставить его изменить свой недемократический режим. Медленно, но верно. В данном случае санкции и давление имели бы смысл. Сирия не Россия.

Похоже, целый ряд мировых политиков переполняют самые благородные мысли, которые, однако, часто приводят к трагическим последствиям. Проблема, вероятно, в том, что не все народы мира думают одинаково, но, по всей видимости, политики этого не замечают. Они не могут понять: то, что европейцу или американцу кажется само собой разумеющимся, для афганского горца или пустынного бедуина невероятная глупость. Возможно, есть красота в том, чтобы идти в бой под знаменами гуманности и демократии, но, быть может, неплохо было бы заранее подумать о том, сколько человеческих жизней это будет стоить.