С момента, когда распался Советский Союз и на свет появился целый ряд новых независимых европейских государств, прошло 25 лет. Европа, наконец-то, не разделена на восточную половину с плановой экономикой и западную с рыночной экономикой. Но совершенно очевидно, что 25 лет недостаточно, чтобы понять, что классическое деление Европы с помощью «железного занавеса» осталось в прошлом.

Датские СМИ по-прежнему используют то же, ничего не говорящее обобщенное обозначение «восточноевропейцы» о тех более чем 300 миллионах гражданах, которые живут в бывшем Восточном блоке. «Тюрьмы заполнены восточно-европейскими преступниками», «Разыскивается восточноевропеец», «Рекордное количество восточных рабочих в Дании» — только попробуйте заменить слово «восточный» на «западный», и вы поймете, насколько дико это звучит.



СМИ додумались до этого не сами. Датские политики также весьма поднаторели в обобщениях, часто имеющих тот же негативный подтекст. Правый фланг политики опасается восточноевропейских преступных элементов, а левый — восточноевропейских сезонных работников, которые демпингуют зарплаты и социальные условия.

Между Восточной и Западной Европой есть различия. Но то, что определяет Восточную Европу, не означает, что она состоит из 25 одинаковых полудиктаторских бетонных государств, населенных преступниками и паразитирующими, охочими до социальных пособий мигрантами (классическое обобщение). Давайте попробуем понять, в чем же действительно состоят различия между двумя половинками континента.

Изначально речь идет о географии. Для Западной Европы характерны, грубо говоря, заливы, полуострова, реки и горные цепи, в то время как в Восточной Европе преобладает одна плоская, в основном, территория. В то время, как Западная Европа расположена на самом краю континента с четкой границей по Атлантическому океану, Восточная Европа находится в серединке евразийского континента с Западной Европой на западе и Азией на востоке. Эти географические условия имели фундаментальное значение для истории региона и для состава его населения.

Не имеющая естественных границ, Восточная Европа в своей истории была весьма подвержена интервенциям, особенно учитывая то, что находится она между Западной Европой и Азией. Границы государств все время перемещались, империи росли и распадались, постоянные переселения народов и вторжения в т. ч. славян, булгар, гуннов, аварцев, мадьяров, викингов, монголов, крестоносцев, турок, французов, немцев и русских раз за разом приводили к тому, что территория — как с востока, так и с запада — подвергалась разграблению, перекраивалась, вымирала от голода, обогащалась, распадалась и трансформировалась. Границы перемещались то туда, то сюда, некоторые исчезали, появлялись новые, и все это — в гораздо большей степени, чем в Западной Европе. Это привело к огромному многообразию религиозных направлений, этносов и языков на всей этой территории.

Например, в Западной Европе преобладают германские и латинские языки (немного приправленные для остроты баскским и кельтским), в то время как в Восточной Европе есть языки и славянские, и финно-угорские, и греческий, и албанский, и балтийские, и тюркские — не говоря уже о германских и латинских.

И если в Западной Европе преобладает католическая, протестантская и кальвинистская церковь, для Восточной Европы характерен целый веер. Он состоит из вариаций православной церкви, шиизма, суннизма и суфизма, униатов (верных римскому папе православных), армянской и грузинской христианских церквей и буддизма (да, представьте себе: в европейской части России расположена единственная буддистская республика в Европе, Калмыкия) — не считая католиков и протестантов.

Помимо географии, история также внесла свой вклад в то, что различия можно по-прежнему заметить в культуре, они способствовали этому многообразию. Прежде всего и важнее всего:

Первая сверхдержава на континенте, Римская империя, была окончательно и бесповоротно поделена в 385 году, и это привело к тому, что Европа также разделилась: на западные государства с преобладанием латинского и восточные государства с преобладанием греческого.

Это деление заложило основу для великой схизмы позднее в средние века — христианство разделилось тогда на западную, католическую версию и восточную, православную. Чаще всего это датируют 1054 годом, хотя это был долгий процесс.

Отношения были как плохие, так и хорошие, как вдоль, так и поперек континента, и разделение означало, что Европа реально была поделена между двумя культурными и духовными центрами власти. Рим и Константинополь по-разному влияли на тех, кто был вокруг них, и сферы их интересов перемещались каждый в свою сторону в направлении, соответственно, северо-запада и северо-востока, в то время как сами они медленно утрачивали политическую власть в течение средних веков.

Что касается Восточной Европы, то там появился новый игрок — мусульманская Османская империя, Начиная со средних веков и вплоть до I мировой войны, Восточная и Центральная Европа были полем боя между католиками и протестантами на западе и мусульманами и православными христианами на востоке.

С Эпохи Возрождения и вплоть до того, как Черчилль и Сталин во время Ялтинской конференции после Второй мировой войны поделили между собой Европу на салфетке, география Европы еще раз стала причиной того, что Восточная и Западная Европа в истории двигались каждая в своем направлении.

Западноевропейский полуостров разросся до богатых империй, имеющих заморские колонии, в то время как государства Центральной и Восточной Европы были «заперты», не имея доступа к мировому океану.

Колоссальный испанский импорт серебра из Южной Америки привел к тому, что экономическое превосходство османов, которое обеспечивал им Шелковый путь, приказало долго жить, а Австро-Венгрии и России, которые были в состоянии колонизировать территории, лишь аннексируя своих соседей, было трудно угнаться за западными соседями.

Восточная Европа колониальную гонку проиграла, развалилась на мелкие государства и вела гражданские войны после Первой мировой войны.

Долой упрощенные представления

География и история привели, таким образом, к разным условиям в Восточной и Западной Европе. Но регион «Восточная Европа» обозначает для датской общественности единое целое, потому что регион этот рассматривают как гомогенный. На страны Восточной Европы смотрят как на полунищие, полукоррумпированные, полукринимальные и полуавторитарные режимы.

Впрочем, термин «гомогенный» едва ли не самая некорректная часть составного именного сказуемого. Понятно, что для удобства можно упрощенно представлять себе путаницу стран в Европе как группы «нас» и «их». Но давайте будем осторожнее с теми, кого мы отталкиваем от себя.

Нам следует покончить с нашим слишком примитивным и чересчур общим датским представлением о наших ближайших соседях. Восточная Европа — это не какое-то там лоскутное одеяло из стран с различными этническими и религиозными особенностями. Страны эти — каждая сама по себе лоскутное одеяло с множеством этнических и религиозных меньшинств. Кроме того, страны сильно отличаются между собой в том, что касается демократических и экономических успехов.

Эстония, Латвия и Литва и в экономическом, и в культурном отношении во многом связаны с Севером Европы крупными инвестициями из всей Скандинавии. И, несмотря на банковские кризисы и рецессию, все эти три страны являются сейчас членами еврозоны, в них стабильная демократия, высокий образовательный уровень, сравнительно невысокий уровень коррупции, а скандинавские страны для них — очевидные примеры для подражания.

25 лет тому назад эти страны начали бороться с советским режимом. Строили баррикады, многие в Риге и Вильнюсе пожертвовали своими жизнями в борьбе с советскими войсками. Они боролись за то, чтобы стать такими, как мы — стать частью Севера, где есть свобода, справедливость и демократия, как во времена до Второй мировой войны, когда мы были похожи друг на друга. Вступление в ЕС и НАТО стали важными шагами на пути к этой цели.

Но и эстонцы, и латыши, и литовцы (вместе с прочими гражданами бывшего восточного блока) постоянно описываются датской общественностью как криминальные банды. В ситуации, когда после войны на Украине и аннексии Крыма российское давление бросает тяжелую тень на все три государства, они наоборот заслуживают нашей помощи и поддержки — особенно сейчас, когда после победы Трампа на выборах гарантии со стороны НАТО все больше кажутся пустым звуком.

Между Восточной и Западной Европой есть разница. Но картинка имеет гораздо больше нюансов, чем рассказы о криминальных и несчастных, которыми пестрят газеты, и которые определяют наше понимание восточноевропейцев. Они не могут сравниться с иностранными рабочими, туристами, студентами и au pairs, которые извлекают из своего пребывания в Дании много положительного. Многие из них возвращаются к себе на родину с датской культурой и пониманием датского общества в багаже. Некоторые из них получают высокие должности, как, например, мэр Риги и лидер латвийской оппозиции Нил Ушаков, и оказывают влияние на свое собственное общество, вдохновившись нашим.

Кристоффер Хекет (Kristoffer Hecquet), историк, сооснователь журнала Magasinet rØST