Profil: После вступления в должность нового президента США Дональда Трампа закончится ли вскоре ледниковый период в отношениях России с США?

 

Сергей Лавров: Разумеется, мы внимательно следили за тем, что господин Трамп говорил о России в период избирательной кампании и после победы на выборах. Заявленная им позиция о необходимости выстраивания нормального диалога между нашими странами внушает определенную надежду на позитивные подвижки в двусторонних отношениях.


Как неоднократно подчеркивал президент Владимир Путин, мы готовы пройти свою часть пути для оздоровления связей с США. Их ухудшение в последние годы произошло не по нашей вине, а в результате целенаправленной политики предыдущей администрации в Вашингтоне. Со своей стороны мы всегда были открыты для того, чтобы развивать предсказуемое партнерство на основе принципов равноправия, взаимного уважения и учета интересов друг друга.


 Трамп высказался за улучшение отношений с Россией и даже объявил НАТО устаревшей организацией.


— Мы понимаем, что для преодоления тяжелейшего ущерба, нанесенного отношениям при Бараке Обаме, потребуются серьезные усилия с обеих сторон. Пока, наверное, слишком рано говорить о том, как пойдет работа с республиканской командой по конкретным вопросам. Нужно дождаться, когда сотрудники новой администрации определятся со своими внешнеполитическими приоритетами. Мы убеждены в том, что при наличии обоюдной заинтересованности Россия и США, безусловно, способны не только продвинуться вперед в решении двусторонних вопросов, но и внести совместный вклад в эффективное преодоление ключевых проблем современности. Особенно востребована координация усилий наших стран в борьбе с международным терроризмом. Кроме того, у нас большой нереализованный потенциал взаимовыгодной кооперации в торгово-инвестиционной, инновационной и технологической сферах. Примечательно, что, несмотря на санкции и давление со стороны администрации Барака Обамы, большинство американских компаний в последние годы не захотели уходить с перспективного российского рынка. Он для них был и остается очень прибыльным. Мы заинтересованы также в расширении культурно-гуманитарных обменов. Повторю: наладить эффективное сотрудничество между Россией и США возможно — но только на основе взаимного уважения и учета интересов.

 

  Военное вмешательство России в Сирии укрепило позиции главы сирийского государства Башара Асада. Однако организованная Россией, Турцией и Ираном встреча по урегулированию сирийского конфликта в столице Казахстана Астане была мало результативной.

 

— Мы удовлетворены тем, как прошла Международная встреча по Сирии в Астане 23-24 января нынешнего года. Мы рассматриваем ее как важный, качественно новый шаг в усилиях по урегулированию. За столом переговоров вместе впервые сидели представители сирийского правительства и вооруженной оппозиции, которые до сих не участвовали в контактах с правительством и в целом в процессах, связанных с переговорами о будущем Сирии. И хотя свои известные подходы сирийские стороны не поменяли, они подтвердили готовность к диалогу, сначала в рамках опосредованных, а потом, как мы надеемся, и прямых контактов. По итогам встречи принято заявление от имени трех гарантов — России, Турции и Ирана, в котором подтверждается приверженность суверенитету, независимости, единству и территориальной целостности Сирийской Арабской Республики как многоконфессионального, мультиэтнического, без деления по религиозному признаку, демократического государства. Особое значение имеет содержащееся в документе признание, что сирийский конфликт не может быть урегулирован военным путем, и его решение возможно исключительно в рамках политического процесса, основанного на всеобъемлющем выполнении резолюции 2254 Совета Безопасности ООН. Принципиально важно, что в документе заявляется о решимости России, Ирана и Турции продолжить совместную борьбу против ИГИЛ и «Джабхат ан-Нусры», называющей себя теперь «Джабхат Фатх аш-Шам» (обе организации запрещены в РФ — прим. перев.), а также способствовать отделению от них групп вооруженной оппозиции. В Астане удалось укрепить режим прекращения боевых действий в Сирии в соответствии с соглашением от 29 декабря. Создан трехсторонний механизм для наблюдения за соблюдением этого режима и расследования нарушений. Накануне встречи удалось подписать договоренности с участием представителей России и Иордании в качестве гарантов перемирия между группировками «Южного фронта».

 

 Имеет ли еще смысл продолжать женевский мирный процесс по Сирии под эгидой ООН?

 

— Мы не планируем заменить Женеву Астаной. Мы поддерживаем возобновление внутрисирийских переговоров под эгидой специального уполномоченного Генерального секретаря ООН по Сирии Стаффана де Мистуры (Staffan de Mistura). Мы по-прежнему считаем, что их формат должен быть обширным и инклюзивным, как это предусмотрено в резолюции 2254 Совета безопасности ООН. Мы предпринимаем конкретные шаги по содействию женевскому процессу, который получил дополнительный импульс в Астане.


  Чего Вы ожидаете от австрийского председательства в ОБСЕ?


— Россия заинтересована в активном и конструктивном председательстве Австрии в ОБСЕ. Мы рассчитываем, что наши австрийские партнеры проявят объективный и беспристрастный подход к формированию и осуществлению повестки дня Организации с учетом интересов всех государств-участников. Именно об этом шла речь в ходе наших переговоров в Москве 18 января нынешнего года с моим коллегой, Федеральным министром европейских, интеграционных и иностранных дел Австрии Себастьяном Курцем, с которым мы подробно обсудили наше взаимодействие в ОБСЕ. Мы с удовлетворением констатируем, что предложенная Веной программа на 2017 год, которую мы внимательно изучили, весьма насыщенна и прагматична и, что важно, уделяет равное внимание всем измерениям безопасности. Главная задача на предстоящий год — восстановление в ОБСЕ доверия и возможностей для равноправного диалога и принятия коллективных решений в области безопасности. Мы убеждены, что Организации следует продолжать выступать в роли важнейшей площадки для обсуждения подходов ко всем ключевым вопросам общеевропейской повестки дня. Насколько мы понимаем, такую позицию разделяют и наши австрийские коллеги. В числе приоритетов ОБСЕ должны оставаться борьба с терроризмом, незаконным оборотом наркотиков и киберугрозами. Не менее важны такие актуальные на нынешнем этапе темы, как защита традиционных ценностей, гармонизация интеграционных процессов.


  Какой вклад может внести ОБСЕ в решение конфликта на Украине? Россия отклонила введение вооруженной полицейской миссии ОБСЕ в Восточной Украине.

 

— Мы надеемся, что в ходе австрийского председательства Организация будет уделять должное внимание преодолению конфликтов на своем пространстве. В первую очередь это касается содействия разрешению внутриукраинского кризиса. Максимально полное задействование потенциала ОБСЕ в этих целях сегодня особенно востребовано. В этой связи хотел бы отметить эффективную работу Спецпредставителя Действующего председателя австрийского дипломата Мартина Сайдика в Контактной группе, где в диалоге сторон конфликта — Киева, Донецка и Луганска — решаются и должны решаться практические вопросы урегулирования. Важную стабилизирующую роль играет Специальная мониторинговая миссия ОБСЕ. Исходим из того, что ОБСЕ будет и впредь активно способствовать переговорному процессу по урегулированию в Приднестровье, а также вокруг Нагорного Карабаха, что особенно важно на фоне обострения ситуации в этом регионе в прошлом году. Мы надеемся на продолжение в конструктивном ключе Женевских дискуссий по Закавказью. Со своей стороны будем оказывать австрийским коллегам поддержку в успешной реализации этих важных задач.

 

  Следует ли отменить санкции Запада против России вместе с ответными российскими мерами? Себастиан Курц предложил пошаговую отмену. Готова ли Россия к такому шагу?

 

— Мы не инициировали санкции. Поэтому их отмена от нас не зависит.


  Однако Россия ввела также санкции против западных фирм, главным образом, экспортеров продовольственных товаров.


— Вы считаете, что мы должны по-прежнему оставаться под европейскими санкциями, но отменить наши контрмеры?

 

  Нет, я этого не говорил. Речь идет о пошаговой отмене всех санкций.


— Мы ввели эти контрмеры по одной простой причине. Европейские санкции не дают возможность нашим банкам получать кредиты для финансирования нашего сельского хозяйства. Это означает, что сельскохозяйственные продукты из Европейского Союза смогли бы использовать на российском рынке нечестные конкурентные преимущества. Мы должны были уравнять это.