Накануне пасхальных праздников Трехсторонняя контактная группа договорилась о полном прекращении огня на Донбассе, которое вступит в силу с 1 апреля 2017 года. Петр Порошенко уже дал соответствующее поручение руководству армии. Кроме того, с 1 апреля, к поминальным дням, запланировано ускорение процедуры пересечения линии соприкосновения, в частности, планируется продлить работу пунктов пропуска в утренние и вечерние часы. Министр обороны Степан Полторак уже заявил, что Украина готова к началу перемирия в зоне АТО, но будет отстаивать позиции в случае угрозы жизни украинских военных. О том, следует ли надеется на прекращение огня со стороны боевиков, «Апострофу» рассказывает координатор группы «Информационное сопротивление» Дмитрий Тымчук.


С трудом верится, что в этот раз на Донбассе наступит затишье. Пессимистические прогнозы обоснованы самой логикой переговоров 29 марта в Минске, хотя о деталях мы можем знать «с той стороны», а не от наших представителей.


Сами разговоры о перемирии с 1 апреля и до Пасхи будут выглядеть смешно и нелепо. Учитывая опыт, уже через пару дней может быть определенная деэскалация, когда вместе 70 обстрелов станет 40. Но к Пасхе все вернется к исходным позициям, к тому формату, который мы наблюдаем сейчас. Хотелось бы, конечно, ошибаться, и чтобы это перемирие наконец сработало. Но никаких предпосылок, к сожалению, мы не видим. Российские войска никаких подготовительных мероприятий в последние несколько суток не проводили.


Со стороны Украины уже есть приказ Верховного главнокомандующего ВСУ, президента Украины по прекращению огня с 1 апреля. А вот со стороны боевиков мы этого не видим, были лишь политические заявления. Опыт прошлых лет показывает, что, наоборот, во время больших праздников «господа православные» с другой стороны очень любят нас раздражать своими обстрелами.


Если следовать логике процесса замораживания конфликта на Донбассе, то созданы предпосылки по затиханию конфликта. Однако те реальные мероприятия, которые мы видим, свидетельствуют о том, что российские войска усиленно готовятся к продолжению конфликта. Одно дело логика конфликта, а другое — реальные действия. Здесь мы в очередной раз убеждаемся, что в Кремле с логикой не дружат. Они же допускают сценарий, согласно которому есть попытка свергнуть «киевскую хунту», поставить к себе лояльное руководство, чтобы эти представители проникли в состав Верховной Рады и в исполнительную власть.


Сейчас многие используют аргумент, что война нужна только украинской власти. Показательно то, что такие заявления делают не только оппозиционные блоки и ярко выраженная «пятая колона» Кремля в Украине, но уже и силы, которые позиционируют себя как патриотические, начинают подхватывать этот лозунг. Это и есть расшатывание ситуации. Теперь понятна цель Путина. В Украине уже все подряд начинают так говорить — и здесь у Путина тогда все как по нотам, ему есть смысл продолжать конфликт, несмотря на приднестровский сценарий.


Для политического же урегулирования конфликта у нас пока нет предпосылок. Есть Минские соглашения, которые не имеют никакой юридической силы. Эти соглашения не ратифицированы украинским парламентом, но ратифицированы резолюцией Совбеза ООН от 2015 года. Это и дает им силу. Но поскольку на более низком уровне никаких подтверждений юридической силы эти документы не имеют, нам необходимо законодательное обоснование для минского процесса. Это, конечно, нужно было это сделать в 2015 году. Именно отсюда идет обсуждение закона об оккупированных территориях. У нас сейчас нет нашего «мирного плана», есть непонятные Минские соглашения, которые, к глубокому сожалению, закреплены резолюцией Совбеза ООН.