Кабул/Москва — На самом севере Афганистана, в провинции Кундуз на берегу реки Аму-Дарьи, на границе с Таджикистаном есть лесной массив, который уже много лет служит Талибану перевалочной базой поставок оружия. Существуют налаженные торговые отношения. Мафия поставляет оружие, Талибан (движение запрещено в России — прим. ред.) оплачивает нго опиумом.


Но если верить одному высокопоставленному афганскому правительственному чиновнику, то есть еще и третий торговый партнер — русские. Перепроверить это, естественно, невозможно. Тем не менее намеки на это настолько убедительны, что их серьезно воспринимают в дипломатических кругах Кабула. В то же время русская мирная инициатива по Афганистану вызывает раздражение западных посольств и миссии НАТО Resolute Support. В пятницу представители 12 стран, в частности Китая, Пакистана, Афганистана, Ирана и Индии, должны приехать в Москву на конференцию. Москва, говорят в Кабуле, использует политический вакуум, который возник из-за того, что новое правительство США все еще не выработало стратегию по Афганистану, хотя уже прошло три месяца после вступления Дональда Трампа в должность президента.


В Кабуле ничего невозможно узнать о масштабе и способе предполагаемых поставок оружия. Командующий войсками США на Ближнем Востоке генерал Джозеф Вотель (Joseph Votel) заявил два месяца назад в американском конгрессе, что можно «предположить», что Россия «вероятно» оказывает поддержку Талибану «в форме поставок оружия или иным способом». Россия, видимо, пытается стать «влиятельным игроком в этом регионе». Подобным же образом ранее высказался и командующий войсками НАТО американский генерал Кертис Скапаротти (Curtis Scaparrotti). Не исключено, что туманные словесные сообщения были адресованы президенту, чтобы ускорить принятие решения о будущей стратегии по Афганистану.


Специальный представитель российского президента по Афганистану Замир Кабулов отклонил эти упреки как «измышления», которые «должны оправдать провал американской военной и политической кампании». Тем не менее Москва признает, что поддерживает контакты с Талибаном и с их политическим представительством в Катаре. В первый раз Кабулов заявил об этом в конце 2015 года. «Талибан — это афганцы, они борются за свои убеждения и доказали свою жизнеспособность», — сказал Кабулов. Талибан разработал свою доктрину в результате прежнего сотрудничества с «Аль-Каидой» (запрещена в России — прим. ред.), он более не выступает за «джихад независимо от границ» и является «внутренней афганской вооруженной оппозицией». Недавно Кабулов в одном интервью подчеркнул еще раз, что борьба Талибана с присутствием международных сил в Афганистане является «оправданной». Российское Министерство иностранных дел сообщило, что цель контактов Москвы с Талибаном — привлечь это движение к внутреннему афганскому мирному процессу и предоставить со стороны России гарантии безопасности в стране. Официальный представитель миссии НАТО в Афганистане капитан Уильям Сэлвин (William Salvin) видит в таких высказываниях «признание» Талибана, дающее этому движению «слишком узаконенное положение». Само же движение Талибан говорит об «отношениях исламского эмирата, легитимного правительства Афганистана», то есть о себе самом, с «другой страной». В интервью, опубликованном во вторник, российский президент Владимир Путин заявил, что многие государства поддерживают контакты с Талибаном. «Конечно, там есть очень радикальные элементы», — заявил он в телевизионном интервью, но в Афганистане необходимо развивать отношения со всеми силами.


«Странно», «бессодержательно», «уход в сторону» — такими словами в Кабуле описывают мирную конференцию, которая намечена на пятницу в Москве. В конце концов, Россия едва представлена в Афганистане как в военном отношении, так и в сотрудничестве по развитию. Для этого есть свои причины: в Афганистане, как и в России, едва ли исчезло из памяти время больших потерь с обеих сторон во время оккупации Афганистана советскими войсками. В Кабуле не понимают, почему Объединенные Нации и важные страны-доноры, такие как Германия, не были приглашены на московскую конференцию. Ясно, что для Москвы речь идет о том, чтобы в ответ на напряженность в отношениях с Западом из-за Сирии и Украины «немного царапнуть фланг» и «подставить ножку Америке». Соединенные Штаты отказались участвовать в конференции. Афганское правительство думает о том, чтобы послать на нее только руководителя отдела, с чем Вашингтон, конечно, согласится.


Естественно, в Кабуле стараются не позиционировать себя единственной стороной в этом конфликте и не оставлять о себе негативных представлений как о стране, бойкотирующей мирные инициативы. Правительство в первую очередь опасается, что Афганистан может быть втянут в конфликт между Россией и Америкой, уж не говоря о войне, где он будет вести боевые действия вместо этих стран. Усилия России с целью позиционировать себя в качестве посланника мира в Афганистане напугали Запад. Между тем продвигаются новые планы, посвященные другой мирной конференции, которая должна пройти в Кабуле уже в этом году. Цель этой конференции — подтвердить, что Афганистан должен сам взять на себя руководство, и показать, что такую конференцию можно провести лучше, чем это сделала бы Россия.


Российская инициатива началась в декабре с афронта: на встречу трех были приглашены Иран и Пакистан, но не правительство в Кабуле, хотя речь шла о влиянии «Исламского государства» (ИГИЛ, запрещено в России — прим. ред.) в Афганистане. Кабул отреагировал раздраженно, тем более что встреча выступает конкурентом другому формату переговоров, который объединяет Афганистан, Пакистан, Соединенные Штаты и Китай.


Русские опасения по поводу того, что боевики ИГИЛ или его местной ячейки ИГИЛ-Хорасан, сокращенно IS-K, смогут массово проникать через Афганистан в Среднюю Азию, рассматриваются в Кабуле как «преувеличенные». «Утверждения, с которыми выступают русские, заключаются в том, что Талибан является единственной группировкой, которая борется с ИГИЛ-Х. И это абсолютно неправильно», — говорит официальный представитель миссии Resolute Support Сэлвин в беседе с газетой. Действительно афганские правительственные войска в сотрудничестве с американской антитеррористической миссией уничтожили от 600 до 800 боевиков местной ячейки ИГИЛ. Боевики остались только в небольшой части районов на востоке страны. Сэлвин отвергает слухи о присутствии ИГИЛ на севере, которые распространяет Москва, и указывает, что афганские региональные политики могут делать такие заявления, чтобы привлечь к себе внимание центрального правительства. В то же время Сэлвин сообщает о сведениях, согласно которым боевики ИГИЛ, которых вытеснили из Сирии и Ирака, обдумывают отход в Афганистан. Это следует из перехваченных переговоров боевиков. Но пока нет признаков того, что такой отход действительно имеет место.


С точки зрения Москвы, Афганистан, с одной стороны, несет с собой риски безопасности, с другой стороны, является местом действия, где проходит геополитическая борьба с Западом и за статус мировой державы. Российская служба безопасности предупреждает уже несколько лет о том, что джихадисты хотят идти из Афганистана через среднеазиатские страны в Россию к мусульманскому населению Поволжья и Урала. В Таджикистане, северном соседе Афганистана, Москва имеет военную базу и, согласно слухам, помогает в охране границы. В телевизионном интервью, прошедшем в эфире во вторник, Путин говорил о четырех тысячах русских и пяти тысячах выходцев из Средней Азии, получивших боевой опыт в рядах ИГИЛ в Сирии и Ираке.


В Кундузе, афганской провинции, граничащей с Таджикистаном, согласно предположениям, российская поддержка местным полевым командирам Талибана служит в качестве буфера для предотвращения проникновения ИГИЛ. Так, недавно убитый в результате американского авианалета мулла Салам Ахунд (Mullah Salam Akhund), который в сентябре 2015 года сумел на некоторое время захватить Кундуз, якобы поддерживал контакты с русскими. Слухи из афганской провинции следует воспринимать с осторожностью. Губернатор Кундуза заявил несколько дней назад, что Талибан пытался найти возможность поставок оружия из России. Представитель губернатора ответил следующее на вопрос газеты: «Высказывания губернатора основаны на слухах».


А их много в Кундузе. Многие жители хотят собственными глазами увидеть русских солдат, солдат «с бородой». Для Талибана, который опровергает сообщения о русской помощи, но подтверждает политические контакты с Москвой, новое согласие с бывшими оккупантами могло бы между тем превратиться в проблему. Это значит, что уже бы поднялся шум. Такой целенаправленный союз был бы примечательным. Не только потому, что Талибан в России рассматривается как террористическая организация, но также и потому, что Талибан сам в течение многих лет сотрудничает с джихадистам Исламского движения Узбекистана (запрещено в России — прим. ред.), которых так боится Москва.


В середине марта влиятельный советник по вопросам безопасности афганского президента Ханиф Атмар (Hanif Atmar) посетил Москву, чтобы сообщить России о своей борьбе с боевиками ИГИЛ. Атмар хорошо отзывался о контактах с Россией, потому что он еще в молодости выступал на стороне коммунистического правительства, поддерживаемого Советским Союзом. Он, в частности, встречался с Николаем Патрушевым, влиятельным секретарем национального Совета безопасности.


Действительно, афганское правительство уже полтора года говорит об опасности ИГИЛ, в частности, для того, чтобы просить военной помощи у России. В этой связи вице-президент Абдул Рашид Достум (Abdul Rashid Dostum), который в восьмидесятых годах учился в советской высшей военной школе, поехал в Россию. Он посетил также чеченского руководителя Рамзана Кадырова в Грозном, который потом заявил, что ИГИЛ, по словам Достума, хочет превратить Афганистан в свой плацдарм. Для отражения этой угрозы, как заявил Кадыров, Кабулу нужна поддержка России «как в Сирии».