«Если критика аннексии Крыма была обоснованной и если присутствие российских войск на востоке Украины вызывает несогласие, тогда нельзя не критиковать ракетный удар по военной базе независимого государства», — заявил один из опытнейших чешских депутатов Антонин Седя (партия ČSSD). «Именно этим в основном и вызвано снижение популярности Дональда Трампа, который в ходе предвыборной гонки повторял, что его приоритет — обеспечение безопасности США. Однако данная акция никак не вписывается в эти планы и лишь подтверждает возвращение к внешней политике республиканских президентов», — добавил Седя.

 

Parlamentní listy: Насколько эти 59 ракет «Томагавк» были политическим сигналом для внутренних сил в США и насколько Дональд Трамп хотел пригрозить этой акцией Путину? Или же ракетный удар, скорее, был демонстрацией силы перед Ираном и Северной Кореей?


Антонин Седя:
Признаюсь, я не политический аналитик и не эксперт в области безопасности, поэтому позволю себе высказать личную точку зрения. По моей информации, нанести этот удар господина президента Трампа уговорило Министерство обороны. Первой целью, как мне кажется, было преподать урок военным силам сирийского президента и самому президенту Асаду за то, что тот применил химическое оружие против гражданского населения. И, конечно, одновременно это стало демонстрацией возможностей американской армии перед всеми участниками событий в Сирии. Второй довод был исключительно политическим: сам президент США изменил свою позицию в вопросе послевоенного устройства Сирии. Сообщение об ударе российской стороне и последовавший визит госсекретаря США свидетельствуют о том, что этот ракетный удар не был нацелен против Российской Федерации и президента Путина.


— Как сейчас вообще можно описать отношения между США и Россией в свете событий в Сирии? Как изменилось отношение Дональда Трампа к России и наоборот?


— Президент Дональд Трамп узнал (в ходе президентской кампании он этого не понимал), что на нем лежит ответственность за принятие решений на основании информации, поступающей не только от его администрации, но и, в первую очередь, от разведывательных служб. Также Дональду Трампу приходится защищать национальные интересы своей страны, которые в Сирии несколько своеобразны. Президент Владимир Путин тоже отстаивает интересы Российской Федерации в этой стране. И современные отношения между США и Россией я бы назвал замороженными и лишившимися духа сотрудничества.


— Соединенные Штаты несколько изменили свою риторику, и Трамп уже заявил, что не хочет войны в Сирии. Но после весьма прохладных переговоров между Сергеем Лавровым и Рексом Тиллерсоном снова заговорили о введении бесполетной зоны над Сирией. Полагаете ли вы, что первые жесткие заявления обеих сторон, когда США угрожали очередным ударом, а Россия и Иран — ответным, были лишь «демонстрацией силы»? Договорятся ли стороны о неком взаимоприемлемом компромиссе?


— Частью дипломатии были, есть и будут устрашение и жесткие заявления. Переговоры между Российской Федерацией и США подтверждают, что обе стороны стремятся к договоренности. В частности, сейчас они договариваются о бесполетной зоне, а после возможна и скоординированная борьба с «Исламским государством» (запрещенной в России террористической организацией — прим. ред.). Проблемы возникнут при обсуждении послевоенного устройства Сирии, учитывая стремление стран, участвующих в событиях, «удовлетворить» свои национальные интересы. Речь — не только о России и Соединенных Штатах, но и об Иране, Турции и Саудовской Аравии. Здесь я бы рекомендовал переговоры на уровне ООН, что пойдет на пользу в первую очередь самим сирийцам. И, как мне кажется, этому будет предшествовать компромисс, достигнутый Путиным и Трампом.


— Американская общественность не оценила удара по Асаду, и рейтинг Трампа, наоборот, даже упал, как сообщают некоторые агентства, которые следят за общественным мнением. Как вы это объясните?


— Причина заключается в разнице между легальностью и легитимностью. Если критика аннексии Крыма была обоснованной и если присутствие российских войск на востоке Украины вызывает несогласие, тогда нельзя не критиковать ракетный удар по военной базе независимого государства. Именно этим в основном и вызвано снижение популярности Дональда Трампа, который в ходе предвыборной гонки повторял, что его приоритет — обеспечение безопасности США. Однако данная акция никак не вписывается в эти планы и лишь подтверждает возвращение к внешней политике республиканских президентов. Однако вообще можно сказать, что сами американцы начинают понимать: президентская ответственность связывает по рукам и ногам.


— Многие политики считают, что на Ближнем Востоке Москве придется выбирать между Западом и осью Иран — Сирия — «Хезболла». Как вы думаете, чью сторону в итоге примет РФ?


— Соединенные Штаты давно являются союзником Израиля, поэтому не думаю, что американцы начнут тесно сотрудничать с Ираном или «Хезболлой», которые значительно ближе к России. Я также не предполагаю каких-то эффективных решений многовековых проблем в отношениях суннитов и шиитов. Однако вопрос в том, каковы национальные интересы Соединенных Штатов в этом регионе, а как они будут их продвигать. От этого будет зависеть и политика Москвы.


— Интересное мнение высказал эксперт в области безопасности Лукаш Визингр. Он считает, что Трамп может предложить Путину «большую сделку» для раздела сфер влияния. И в ней будут учитываться интересы России на Украине и в Сирии. Скажем, Украина станет нейтральной «буферной зоной», а Башар Асад эмигрирует в безопасное место. Но, конечно, остается вопросом, что Путин может предложить взамен, вернее, что Трамп потребует для США. Что может стать предметом этой сделки? Что может предложить Путин, а что — Трамп? Может ли это быть идеальный сценарий?


— Я отметил это мнение. В нем есть рациональное зерно: две мировые державы должны договориться, поэтому как-нибудь они все же договорятся. Это в их национальных интересах. Но, как мне кажется, «большая сделка» не приведет к разделу Сирии или к отделению восточной части Украины. Президент Путин уже давно старается предотвратить расширение НАТО на восток к границам России. Ведь и в новой стратегии безопасности Москва назвала альянс своим врагом. Действия российских властей в Абхазии, Южной Осетии, а теперь в Молдавии и на Украине подтверждают, что российская сторона без колебаний готова воспользоваться для достижения своей цели любыми средствами. Просто защита своих национальных интересов является приоритетом как России, так и Соединенных Штатов. Поэтому вполне возможно, что некая «большая сделка» будет, но я не хочу предсказывать ее предмет. По-моему, стоит опасаться такого решения, которое вбило бы клин между союзниками по НАТО. Я имею в виду США и европейские страны. Этого может скрыто добиваться Путин в ходе переговоров о будущем Сирии и о решении политических проблем на Украине.


— Так кто же и как поддерживает американский удар по Сирии? НАТО тоже поддерживает? Но не вывел ли Трамп таким образом Североатлантический альянс из игры?


— Пока я не слышал какой-то официальной позиции Генсека НАТО относительно ракетного удара вооруженных сил США. Некоторые страны-члены альянса входят в международную коалицию против ИГИЛ и в Ираке, и в Сирии. Отсюда и сдержанность в оценках. Я бы не сказал, что какие-то страны рьяно поддержали этот удар. Скорее, я отметил критику в адрес Асада, которого подозревают в использовании химического оружия. Примером может послужить позиция Великобритании, давнего союзника США. Так что ряд европейских стран воспринимает американский ракетный удар как законный ответ на применение химического оружия против гражданского населения. У НАТО нет своего военного контингента в Сирии, поэтому негативного влияния на внутренние дела альянса я не вижу, в том числе со стороны администрации американского президента.


— Президент Милош Земан подчеркивает необходимость расследования инцидента с применением химического оружия, вину за который возлагают на сирийский режим. Однако однозначно Земан не высказался. Уже говорят о том, что тем самым президент уже разозлил как американскую, так и российскую сторону. Скажется ли как-то эта позиция на ход визита в Белый дом, повлияет ли на отношения стран в будущем и на популярность Земана у избирателей?


— Я должен признать, что согласен с позицией президента Милоша Земана. Однако это не означает, что я не слежу за публикуемой информацией и разными анализами, в большинстве из которых говорится о том, что приказ о химической атаке отдал сирийский президент, а осуществили ее воздушные силы сирийской армии. Что касается реакции нашего господина президента, то я не думаю, что его позиция повлияет на отношения с президентом Путиным или Трампом. Неоднозначные высказывания президента Земана относительно ракетных ударов, скорее, повысят его популярность среди избирателей.