Вашингтон — Вот основные моменты интервью, которое президент США Дональд Трамп дал в среду в Овальном кабинете агентству Reuters.

 

Знал ли он, что его сын Дональд Трамп-младший встречался с юристом из России?

 

«Нет, я этого не знал. Узнал пару дней назад, когда услышал об этом в новостях. Я об этом не знал».

 

Жалеет ли он о том, что не знал об этой встрече своего сына?

 

«Смотрите. Эта кампания… Скажу вам честно, я вообще-то думал о том, что выиграю, потому что я побеждаю всю свою жизнь. Но я начинал эту кампанию не как политик, и многие люди были настроены скептически. Кто-то верил, из числа знающих меня людей… но многие были настроены скептически. Это было дикое время. И мы встречались со многими людьми».

 

«То же самое и с той встречей: человек заходит, садится, уходит, все быстро. Как я слышал, это была 20-минутная встреча. Многие люди и многие профессионалы из политики говорят, что так делают все. Тебе звонят и говорят: „Послушайте, у меня есть информация о Хиллари Клинтон и о НКДП". Или что там еще они говорят. Я думаю, большинство людей согласилось бы на такую встречу».

 

Жалеет ли он о встрече своего сына?

 

«Я думаю, большинство людей согласилось бы на такую встречу».

«Вы должны понять, что когда она состоялась, еще не было никакой лихорадки из-за России. Не было никакого нервного возбуждения по поводу России, потому что встреча состоялась в самом начале кампании, более или менее. В то время не было лихорадки из-за России».

 

«Вот я наблюдаю последнюю пару дней за этими лицемерными политиками-демократами — большинство из них настоящие лицемеры, строящие из себя святош — и понимаю, что если бы такое предложили им, они бы в мгновение ока согласились на такую встречу».

 

О дискуссиях с Путиным на тему вмешательства в выборы.

 

«Первый вопрос, первые 20-25 минут. Я сказал: «Вы это делали?» Он ответил: «Нет, не делал, абсолютно». Потом я задал этот вопрос еще раз, совершенно другим способом. Он ответил: «Абсолютно нет».

 

«Кто-то действительно заявил, что если бы он это сделал, мы бы об этом не узнали. Это очень интересная мысль».

 

«Смотрите. Произошло нечто, и мы должны выяснить, что это такое, так как мы не может допустить, чтобы такое происходило с нашим избирательным процессом. Что-то случилось, и мы должны выяснить, что это такое».

 

«Мы обязаны выяснить, обязаны добраться до сути случившегося, потому что у нас не должно быть ни малейших подозрений в отношении нашего избирательного процесса».

 

«Так, все согласны, что это никак не повлияло на голоса избирателей на выборах, и это очень важно. Но мы должны обеспечить, чтобы ничего подобного с нашим избирательным процессом больше не было».

 

Доверяет ли он Путину?

 

«Чувствую ли я, что могу кому-то доверять? Я очень недоверчивый человек. Я не тот, кто доверяет многим людям. Но он — руководитель России. А это вторая по мощи ядерная держава в мире. Я — лидер США. Я люблю свою страну. Он любит свою страну. Он болеет за Россию. Председатель Си, у меня и с ним тоже была продолжительная встреча, два с половиной часа. Отношения великолепные. Он болеет за Китай, я болею за США. Каждый за свою страну. Но я поступаю так, как поступаю, и у меня получается».

 

«У нас была очень продуктивная встреча. И я думаю, мы четко нацелились на то, чтобы шаг за шагом добиться прекращения боевых действий в Сирии. И в конечном счете на Украине. А еще были другие вопросы, в том числе об уничтожении известных нам террористов».

 

О дискуссии с Путиным на сирийскую тему.

 

«Итак, я сел с Путиным, и у нас была очень хорошая — мы были там два часа и 15 минут — была очень хорошая встреча. Один из вопросов, который мы подняли, это прекращение огня. Я сказал: „Мы должны решить эту проблему в Сирии. И на Украине, между прочим". И что произошло? Мы сели, поговорили, договорились о прекращении огня, которое, между прочим, сохраняется вот уже четыре дня, по состоянию двадцатиминутной давности. Казалось бы, четыре дня — это немного, но у них огонь вообще никогда не прекращался. Это потому что им сказал Путин, а не кто-то такой, о ком никто никогда не слышал. Путин и я, мы договорились об этом, и перемирие у нас уже четыре дня. А это значит, что за четыре прошедших дня спасено множество жизней. И оно будет сохраняться, а ситуация будет улучшаться».

 

Об отношениях с Путиным.

 

«Я очень жестко говорил с Путиным. У нас очень важные взаимоотношения. Эти взаимоотношения позволяют сохранять множество жизней, как в случае с прекращением огня, которого никто не добился, кроме меня».

 

«Во время кампании я выступал за сильную армию, прочные границы и низкие нефтяные цены».

 

«Смотрите, что я сделал. Цены на нефть пошли вниз. Мы поставляем сжиженный природный газ в Польшу, крупные поставки в Польшу. Путин этого не хочет. А еще мы добавили 56 миллиардов долларов на закупки боевой техники в последнем бюджете. Никто об этом даже подумать не мог. Путин всего этого не хочет, так почему он должен поддерживать меня?»

 

«Вот тот вопрос, который я хотел бы задать Путину: действительно ли он поддерживал меня?»

 

«У меня большие планы в области энергетики, а это не очень хорошо для России, потому что она зарабатывает деньги на энергоресурсах. Это ведет к снижению цен на энергоресурсы. У меня также большие, очень большие планы в отношении армии. А еще в отношении кибервойн».

 

«Внутри я думаю, что Путин должен быть против меня».

 

О настроениях в Белом доме.

 

«Настроение в Белом доме — прекрасное».

 

«За пять месяцев мы сделали больше, чем практически любой президент за всю историю».

 

«Посмотрите на Ирак, посмотрите на Сирию, и вы увидите успех, которого мы добились в борьбе с ИГИЛ (запрещенная в России организация — прим. перев.), он почти полный».

«Белый дом работает прекрасно. Фондовый рынок достиг новых высот. Количество рабочих мест — рекордное за 16 лет. У нас уже утвержден судья Верховного суда. Энергетика достигла такого уровня, какого не было никогда. Наша армия добивается успехов. Мы добиваем ИГИЛ, чего не мог сделать Обама. Нет такого вопроса, такого дела, где бы мы не добивались успехов. Белый дом работает прекрасно, несмотря на измышления демократов».

 

О том, хорошо ли его защищает команда адвокатов.

 

«Проблема в том, что я ничего не сделал. Я ничего не сделал. Дело не в защите. Я ничего не сделал. У меня не было связей с Россией, и поэтому я сказал: «Что здесь делать команде адвокатов?»

 

О его недовольстве историей с Россией.

 

«Единственное недовольство заключается в том, что это выдумка демократов, которой они пользуются как оправданием своего поражения на выборах. Они говорят, что должны были победить, потому что республиканец не может привлечь на свою сторону выборщиков».

 

«Никакой координации не было. Это величайшая глупость, которую я слышал. Не было координации, это измышления, это придумали демократы».

 

«Это величайшее мошенничество в истории, когда партия, получив под зад, собирается и начинает думать: хм, чем бы оправдаться?

 

«Она продолжает и продолжает одно и то же. Честно говоря, это позор, это очень вредно для нашей страны. А русские наверняка смеются, потому что эта сюжетная линия очень вредна для нас как для страны».