Удивительно, что среди 23 миллионов сирийцев мы не можем найти альтернативу сирийскому президенту, с которой были бы согласны Россия и Иран. Мы не найдем такого человека даже спустя сотню лет. Башар Асад — последний человек в своем роде и любая альтернатива сирийскому президенту не удовлетворит даже 10% требований, предъявляемых Москвой.


Где Москва найдет человека, который является генеральным секретарем партии, контролирует все государственные органы и чиновников (начиная со сторожа колодца в пустыне и заканчивая премьер-министром, министрами внутренних дел, иностранных дел, обороны и финансов, включая также членов Народного собрания и независимых деятелей), является главнокомандующим армии, председателем Высшего судебного совета, фигурой, которая может единолично объявлять войну, заключать мир, подписывать соглашения с государствами, предоставлять военные базы, отдает военные приказы, принимает законы, подписывает их, а затем передает на одобрение своим марионеткам из парламента?


Как Россия найдет президента, который сам пишет конституцию страны, а потом нарушает десятки ее статей? Где она отыщет президента, который будет следовать ее распоряжениям? Россия воображает, что Башар Асад защищен на международной арене, представляя ей военные базы в обмен на вето в Совбезе ООН. Так где Россия найдет президента, который не видит ничего дальше ножек стула, на котором сидит?


Дело в том, что Россия опирается не на личность Башара Асада, а на полномочия и власть, которыми он обладает, включая абсолютный контроль над государственными органами. Когда он поехал в Москву и подписал соглашения о военных базах, он ни с кем не советовался и не нуждался в чьем-либо одобрении. Когда Россия получила газовые льготы на побережье Средиземного моря, сирийский президент также был единственный лицом, принимающим решения. Тем не менее, он не может предъявить Москве ни одного требования, потому что ему сразу же пришлось бы предстать перед Международным уголовным судом, если бы Москва бы отказалась от него и оставила его одного перед лицом десятков обвинений в совершении уголовных преступлений.


При этом Россия понимает, что любая авантюра, предполагающая отставку Асада и его замену, станет концом для Сирии. Несмотря на то что в распоряжении России — десятки проверенных деятелей, которые могли бы сменить Асада на посту президента, они не представляют собой никакого значения без полномочий Асада, его власти над органами безопасности и другими институтами, которую ему предоставила принятая им конституция.


Россия не хочет видеть в Сирии избранный Народный совет, независимую судебную систему и правительство, сформированное политическими силами, которые участвуют в демократических выборах. Она не хочет сокращать число органов безопасности до одного. Это может сделать лишь один человек — Башар Асад.


Сегодня Москва держится за Асада в большей степени, чем в 2011 году. Сирийский президент стал слаб и изнурен. Он потерял большую часть своей армии, отдал территории иранским боевикам, а экономика страны была разрушена. В настоящее время Сирия представляет собой пластилин, из которого можно вылепить все что угодно. После того, как присутствие России в Сирии обрело легитимный характер, страна не может сделать ни шагу без разрешения Москвы.


Если бы Россия захотела отказаться от Башара Асада, его бы сразу вызвали на базу Хмеймим, посадили в военный самолет, отправили в Москву и объявили, что управлять страной будет военный совет, пока не сформируется гражданское правительство и не состоятся всеобщие выборы. Однако не следует ожидать, что Россия откажется от всех своих привилегий. Сегодня она полностью владеет Сирией, поскольку контролирует Асада, поэтому Москва не пойдет на уступки оппозиции или международному сообществу, отказавшись от Асада.


Россия продолжит «маневрирование» между Астаной и Женевой при помощи Анкары и Эр-Рияда для реабилитации Асада, даже если он останется изолированным на международном уровне. В любом случае сохранение Асада у власти в Сирии означает сохранение российского влияния в этой стране. Москва получает рынок для сбыта своих нефти и газа и стабильное положение в Средиземном море.


Чего еще желает Москва? Что сирийский народ может предложить Москве после того, как Асад продал страну?


Все, что может противопоставить сирийский народ этому двойному угнетению со стороны России и Асада, если он действительно хочет перемен и освобождения, это организация сопротивления. Сирийцы должны понимать, что все переговоры и соглашения приведут только к реабилитации Асада.